Дайджест "МЗ"
 
Европа погибнет,
предсказывает Марк Стайн

Даниэль ПАЙПС, New York Sun

Марк Стайн, политический обозреватель и критик в области культуры, написал замечательную книгу - America Alone: The End of the World as We Know it ("Америка в одиночестве: Конец мира, каким мы его знаем", изд. Regnery). В нем соединились несколько качеств, которые редко встречаются вместе - он обладает юмором, пишет тщательно подготовленные репортажи и глубоко мыслит. Эти качества он использовал и при написании книги о, возможно, самой важной проблеме нашего времени: исламистской угрозе Западу.

М-р Стайн высказывает поразительное утверждение, но подходит к нему постепенно, по частям, поэтому я соберу его доводы здесь. Он начинает с описания наследия двух тоталитарных систем. Травмированные электоральной притягательностью фашизма, послевоенные европейские государства создавались методом сверху-вниз с тем, "чтобы почти полностью изолировать правящий класс от популистского давления". В результате истэблишмент "стал относиться к электорату как к детям".
Во-вторых, советская угроза во время холодной войны побудила американских лидеров, недовольных европейской (и канадской) слабыми ответными действиями, взять на себя их эффективную защиту. Эта щедрая и дальновидная политика к 1991 г. привела к победе, но также имела неумышленное и менее благотворное побочное следствие - европейские фонды были использованы для создания государств всеобщего благосостояния. Такие государства имели несколько пагубных недостатков: государство-нянечка привело к ослаблению, "инфантилизации" европейцев. Их стали волновать такие псевдо-проблемы, как изменения климата, в то время как мужчины постепенно изнеживались.

Оно также как бы нейтрализовало их, лишая "большей части основных функций зрелости", начиная с инстинкта размножения. Примерно с 1980 г. уровень рождаемости упал, оставляя неадекватную базу для пенсий сегодняшних рабочих.
Государство было создано на основе принципа pay-as-you-go (предусматривающего оплату счетов в срок и уплату налогов при получении зарплаты), аналогичного схеме Понци (Ponzi scheme). Последняя регламентирует отношения, существующие в том или ином поколении. В результате для получения пенсии сегодняшние рабочие зависят от своих детей.
Резкий спад рождаемости означал, что "аборигенные" народы таких стран, как Россия, Италия и Испания находятся в начале спирали смерти населения.
Все это привело к упадку доверия, которое в свою очередь породило "цивилизационное истощение", оставившее европейцев неподготовленными к борьбе за свой образ жизни, за привычные условия существования.
Для того, чтобы экономика продолжала эффективно работать нужно было принимать на работу иностранных рабочих. Вместо того, чтобы разработать долговременный план подготовки к приему многих миллионов иммигрантов, европейская элита плыла по течению, приветствуя почти каждого, кто подвернется. Благодаря географической близости Европы, плохой демографической ситуации и часто возникающим кризисам, "ислам теперь является главным поставщиком новых европейцев", пишет м-р Стайн.

Прибывая в период плохого положения в области демографии, политики и культуры, мусульмане существенно изменяют Европу. "Ислам обладает молодостью и силой воли, а Европа - возрастом и благосостоянием". Другими словами, "до-современный ислам побеждает пост-модернистскую Европу". Значительная часть западного мира, предсказывает м-р Стайн, "не выживет в двадцать первом веке, и многие страны этого мира исчезнут еще в наше время, включая много, если не большинство европейских стран". Еще более драматично он добавляет, что "это - конец мира, каким мы его знаем".
(В противоположность этому я полагаю, что у Европы еще есть время избежать такой судьбы).

В книге America Alone подробно рассматривается вопрос о том, что м-р Стайн называет "крупные силы, действующие в развитом мире, оставили Европу слишком слабой, чтобы сопротивляться ее беспощадной трансформации в Еврабию". Европейское "наследное население" уже на месте и "неясен лишь один вопрос - насколько кровавым будет трансфер движимого и недвижимого имущества". Он интерпретирует террористические акты в Мадриде и Лондоне, а также убийство Тео ван Гога в Амстердаме, как первые выстрелы в европейской гражданской войне и утверждает, что "сейчас колонией является именно Европа".
Название книги "Америка в одиночестве" связано тем, что м-р Стайн предполагает, что Америка, с ее "относительно здоровым демографическим состоянием", после перенесения этого сурового испытания будет одиноким уцелевшим государством . "Европа умирает, Америка - нет". Поэтому "Европейский материк доступен для захватов, Америка - нет". Аудитория, к которой обращается м-р Стайн, это главным образом американцы. Его послание таково: проявляйте осторожность, говорит он, или то же самое случится с вами.
Переходя к главному, он советует: во-первых, избегайте "раздутых европейских систем всеобщего благосостояния", объявите их не больше, не меньше как угрозой национальной безопасности, уменьшайте (вмешательство) государства и придавайте особое значение уверенности людей в своих силах и индивидуальным нововведениям. Во-вторых, избегайте расслабленности, не сидите "на корточках в крепости "Америка", но разрушайте идеологию радикального ислама, помогите реформировать ислам и распространяйте западную цивилизацию в новых местах. Только если американцы "могут мобилизовать силу воли для того, чтобы сформировать по крайней мере часть возникающего мира", у них будет достаточно союзников для того, чтобы упорно продолжать это дело. Если они потерпят неудачу, ожидайте "возникновения нового средневековья, … планеты, на которой большая часть поверхности снова стала примитивной".

Перевод с английского Анатолия Курицкого

14 ноября 2006
http://ru.danielpipes.org/article/4137

Вернуться на главную страницу


Гаумарджос!

Выступление Юрия Джибладзе (Центр развития демократии и прав человека) на митинге "За Россию без фашизма!" в Москве 4 ноября 2006 года

Они приходили в школы и искали детей с "неправильными" фамилиями - им не место в наших школах; они посылали письма в университеты, требуя списки студентов с "неправильными" фамилиями - они не должны получать у нас наше высшее образование; они врывались в магазины и рестораны, обыскивали рынки - вон из нашей страны, "неправильные" люди, вам не место здесь; они насылали налоговые проверки на писателей и художников с "неправильными" фамилиями; они останавливали "неправильных" людей на улицах и забирали их в участок, они рвали и перечеркивали документы "неправильных" людей, потому что начальство от них требовало: давайте цифры каждый день - сколько таких "неправильных" людей выявлено, задержано за нарушения, арестовано с оружием, наркотиками, дайте план.
Неважно, гражданин или нет, главное - "неправильной" национальности. Выслать их всех из нашей прекрасной страны! Это враги! Очистить нашу прекрасную страну от нежелательных лиц, восстановить "правильный" баланс населения, прекратить транспортное, почтовое, банковское, пограничное сообщение с этой вражеской страной, запретить импорт продуктов оттуда, отгородиться стеной, забыть общее прошлое, вперед - в светлое свободное от этих "неправильных" людей будущее.
Погромщики громят художественную галерею и уничтожают картины художников с "неправильными" фамилиями, детей разлучают с родителями, людей держат в унизительных условиях в участках и депортационных центрах ценою смерти самых больных и слабых, высылают в грузовых самолетах как скот. Верховный лидер говорит о защите интересов "коренного населения" и лицемерно беспокоится о "некоторых перегибах", извращающих мудрую линию руководства.

Это - не 30-е годы прошлого века, не нацистская Германия, не канун Хрустальной ночи. Это - не учебник истории. Это - наша страна сегодня. Это - отвратительная анти-грузинская кампания, развязанная российскими властями и подхваченная ксенофобами всех мастей, которые давно ждали сигнала сверху. Этот сигнал с самого верха пришел. Впервые в новейшей истории свободной России массовая дискриминация по национальному признаку санкционирована на самом верху. "Президент с нами!" - торжествуют национал-радикалы и выходят на неофашистские марши, готовят новые погромы. Октябрь 2006 года навсегда стал позором моей страны, России.
Что нам делать, чтобы смыть этот позор и остановить волну расизма и ксенофобии? Не молчать. Называть вещи своими истинными именами: расизм и официальная дискриминация - позорная политика нашего государства сегодня. Помнить о том, что "наша истинная национальность - человек", как сказал английский писатель Герберт Уэллс. Говорить нашим политикам - нельзя считать, что есть плохие националисты и есть националисты "здоровые", пушистые, нельзя подстраиваться под ксенофобные настроения большинства в надежде на то, что вы привлечете поддержку "электората" сегодня, а завтра, во власти, вы все исправите. Нет, завтра будет поздно; это - тот компромисс, от которого не отмоешься.

4 ноября 2006 года, Москва.
Фото А. Карпюк/Грани.ру

Не молчите, не проходите мимо, когда унижают человеческое достоинство людей из-за того, что они носят неправильную фамилию, имеют другой цвет кожи, говорят с акцентом, выглядят по-другому, исповедуют другую веру. Остановите хотя бы одного национал-радикала, сотрите свастику на своем подъезде, сорвите надпись "жилье сдается только русским", напишите в редакцию газеты, где говорят "языком вражды", остановите милиционера, пристрастно проверяющего документы у смуглого парня, спасите хотя бы одного преследуемого и униженного.
Сделайте, что можете, но не молчите. От каждого из нас зависит, сможет ли стать Россия свободной страной, страной, где можно жить без страха, страной без расизма.
Не молчите, ибо вчера - евреи, сегодня - грузины, чеченцы, мусульмане, цыгане, таджики, русские "неправильных убеждений", завтра - любой из вас, любой из нас.
Не молчите, чтобы нам не пришлось с горечью повторить слова немецкого пастора Мартина Нимюллера, сказанные им в 1943 году:

Когда нацисты пришли за коммунистами,
я молчал, так как не был коммунистом.
Когда они пришли за евреями,
я молчал, так как не был евреем.
Когда они стали уничтожать профсоюзы,
я молчал, так как не был членом профсоюза.
Когда они принялись за католиков,
я молчал, так как был протестантом.
Когда они пришли за мной,
Уже некому было сказать слово в мою защиту.

Мы, собравшиеся здесь, не будем молчать!

Я поднимаю этот бокал грузинского вина за нашу с вами страну, за свободную Россию, за Россию без расизма! За нашу и вашу свободу!
Гаумарджос!

Фашизм не пройдет!

http://www.hro.org/actions/nazi/2006/11/05.php
5 ноября 2006


О нравственном выборе редакторов...

Юрий ВДОВИН, Санкт-Петербург

Чудные времена! Чего только не прочтешь на страницах популярных изданий! Вот и "Аргументы и Факты" в номере 42 за этот год не постеснялся под рубрикой "Тайное и явное" рассказать трогательную историю Николая Добрюхи, якобы писателя и историка, но судя по публикациям, тривиального апологета сексотов и стукачей ГБ, целую полосу: "Цианистый калий для диктаторов пролетариата".
И если вы думаете, что там осуждаются диктаторы, так нет! Там ищут в духе тридцатых годов оправдания сталинским репрессиям, гнусно и противно, как тогда. А в качестве доказательства - фрагменты каких-то доносов и речей Вышинского, кровавого прокурора, залившего вместе с ежовыми, бериями, страну кровью тех, кто пытался противостоять преступному режиму. Или тех, кто конкурировал с ними на преступном пространстве, и тех, кого уничтожали на всякий случай, чтоб другим неповадно было даже задуматься о каких-то сомнениях во всесилии преступной коммунистической власти.
Вроде бы уже и пора нам в современной чекистской России престать удивляться бесконечным славословиям в адрес одной из самых преступных и кровавых организаций в истории России, постоянно появляющимся в российских СМИ, на экранах телевизора и радиоэфире. Ну, какая еще структура может похвастаться таким количеством репрессированных своих соотечественников, кроме ВЧК-НКВД-МГБ-КГБ, и какие там устрашающие еще аббревиатуры были еще у нее. И все-таки трудно со всем этим просто так смириться.
А времена нынче должны бы быть славные. Вроде бы рухнул Советский Союз, государство "диктатуры пролетариата". Вроде бы всем ясно, что государство это было враждебным народу, которое жило в этом государстве. И миру нормальному оно было враждебно. И понятно всему миру, что распад этого государства вовсе не глобальная катастрофа, а счастливый, хоть и очень трудный, возврат России к нормальному демократическому пути развития, намеченному в начале прошлого века и прерванному шайкой уголовников во главе с неким Ульяновым по кличке Ленин. О чем свидетельствует и официальная отмена нашими властями праздника 7 ноября - дня начала страшнейшего и тяжелейшего этапа в истории - семидесятилетнего правления страной преступной коммунистической клики, уничтожившей миллионы наших соотечественников и жителей стран, которые были насильно включены в пресловутый "социалистический лагерь". Лагерь он и есть лагерь. Тем более социалистический.
Мы все время боимся договорить какие-то слова. Давайте прямо и громко скажем - СССР был империей зла, которая безжалостно расправлялась не только с теми, кто был против пресловутой диктатуры пролетариата, но и с теми, про кого те самые из ВЧК-НКВД-МГБ-КГБ могли только подумать, что кто-то из подданных державы, возможно, чуть-чуть не уверен, или чуть-чуть сомневается в том, что "марксистское учение всесильно, потому что оно верно". Этого было достаточно, чтобы стереть подозреваемого в лагерную пыль, или, в более вегетарианские времена, после смерти Сталина и расстрела Берии, посадить просто в чуть-чуть более либеральный лагерь, или отправить в дурдом. И никакие достижения в строительстве электростанций, завоеваниях космоса и первенстве в балете не сотрут преступлений коммунистического режима СССР перед человечеством.
Нет, нам периодически пытаются снова и снова рассказать, что был великий Советский Союз, был великий Сталин, великий Берия, и что распад СССР - не освобождение человечества от страха, что этот монстр закидает мир водородными бомбами для утверждения мирового господство коммунистического бреда, а глобальная катастрофа!
Распад СССР и пресловутого социалистического лагеря - это спасение человечества от возможной глобальной катастрофы, связанной с потенциальной угрозой экспансии коммунистической заразы с помощью ядерного оружия или ядерного шантажа. А публикации с историями о героических чекистах, отлавливавших злостных шпионов и врагов советской власти - это истории о преступлениях коммунистического режима, пытавшегося любой ценой сохранить свою власть, и не останавливающегося при этом ни перед какими преступлениями против своего народа и народов других стран.
У нас сегодня, в отличие от Советского Союза, конечно, хоть и ограниченная, но свобода слова. И апологеты стукачества и коммунизма могут свободно излагать свои самые бредовые точки зрения. И не посмею я и слова сказать о введении запрета на публикации каких-то материалов таких нравственных уродов. Общество уже почти зрелое, и сможет по достоинству оценить такие публикации. Возврата назад не будет, чтобы они еще не публиковали о сталиных, бериях, дзержинских, менжинских и о ком там еще.
Но все-таки, как могут главные редактора брать на свои страницы такую грязь и мерзость? Это их нравственный выбор?

http://www.hro.org/editions/karta/2006/11/01-1.php

Свой среди своих

Леонид Невзлин - о себе и о нас с вами


Я говорил с разными людьми. Постепенно стало ясно: слишком многие (особенно те, чья эмиграция была вынужденной) физически живут в одной стране, а ментально - в стране, которую покинули. Меня такая позиция в корне не устраивает. Пришла пора определиться: для чего живу и работаю? Чтобы остаться в Израиле и стать израильтянином, или делаю всё возможное, чтобы вернуться в Россию? Естественно, не на собственный арест.
Всегда отдавал себе отчет в том, насколько велик разрыв между надеждой и оптимизмом. Между пророчеством и предчувствием. К сожалению, политическое будущее России далеко не однозначно.
Чтобы не тратить время и не искушать судьбу, я решил строить свою жизнь в Израиле. Под этим углом и рассматривал события последних лет.
Я не раз бывал в Израиле, но никогда не задумывался, как буду здесь жить. Знал, что холод лучше жары. Привык к большим территориям, к масштабу, к размаху. Предпочитал европейскую кухню. Здесь всё иначе: земли мало, жарко, и даже очень жарко, кухня, в основном, с ближневосточным оттенком. Но, как ни странно, я всё это очень быстро принял. Что меня удивило, это отсутствие всякой ностальгии. Не буду лукавить - иногда хочется прохлады леса средней полосы. Так же, как в России хочется моря и солнца. Теперь море буквально у меня под окном - а я купаюсь пару раз в год.
Люди в Израиле мне понятнее, контакты - легче. Они веселее, добрее, ироничнее, спокойнее. Хотя себя израильтяне считают очень нервными и наглыми, особенно на дорогах. Но я всё время думаю - это потому, что они в Москве не ездили. Здесь самый нервный проедет мимо и у виска покрутит или крикнет что-то малоприятное вдогонку. А там могут и машину садануть, и по морде заехать. А то и автомат расчехлят.
Немного странно было осознать, что все еврейское, неприемлемое в России стало почти незаметной нормой, основой повседневной жизни. Появилась отчетливая необходимость в получении новых знаний, в понимании своих истоков. Свобода выбора, прежде всего, опирается на понимание, информированность. Невежда, по старинному совковому обычаю, огульно отрицает все чужое и незнакомое. Знание влечет за собой более тонкое и глубокое восприятие.
Теперь я могу взглянуть на религию, на Б-га не на примитивном двухмерном, черно-белом уровне. Больше понимаю себя и мир. Это важно. Речь идет о высочайших ценностях - справедливости, любви, добре… В этом смысле наш еврейский Б-г меня вполне устраивает.
Хотелось бы еще кое-что почитать на иврите, в подлиннике. Когда язык дозреет. Меня всегда интересовала поэзия. Но понять, почему Ходасевич и Вячеслав Иванов так ценили Бялика, пока не могу. И хотя в Израиле легко можно обойтись английским и русским, не хотелось бы ограничивать себя переводами. Все-таки язык - фундамент нации.
Израиль - страна, которой еще недавно не было на карте. В основном, он был создан людьми из диаспоры и наполнен ими. Ни у кого не было преимущественных прав. Поскольку государство существует несколько десятилетий, то и вновь прибывшие, и тем более их дети будут чувствовать себя здесь такими же равноправными, как те, кто живут здесь с момента создания или даже раньше. Дети уже забывают, откуда приехали их родители - для них это не принципиально. Семья может привить ребенку интерес к корням - язык, история, культура, семейная генеалогия. Но на эмоциональном уровне этого уже будет немного. А в третьем поколении не будет вообще. Поэтому с течением времени образуется новая национальная общность - израильский народ. Израильтяне - это уже далеко не евреи диаспоры, местечка. Их еврейство входит в систему базисных ценностей, в систему воспитания и образования. Им не надо бороться, стесняться, прятать или что-то отстаивать. Они не думают о себе как о евреях, а скорее как об израильтянах. Им не с чем сравнивать.
При этом наша новая культура - это сложение разных культур, привезенных с собой. Мы ведь так недавно произошли из диаспоры. У всех есть корни, а корни нужны: и для самосознания, и для будущего, и для культурного наследия. И даже в благодарность тем странам, в которых удалось прожить так много лет в изгнании перед тем, как появилась возможность вернуться. Еврейская культура в России - это все-таки в основе русская культура. Этим надо гордиться, это надо преумножать. В этом наша сила. Складывая опыт многих культур, мы получаем преимущество в уровне и качестве своей гуманитарной сущности.
Когда я прочувствовал эту тему - еще свежим "диаспоральным" умом, но уже будучи израильтянином - мне показалось, что поддержка коммуникации между израильтянами и евреями диаспоры может способствовать национальной самобытности, которая шире, чем местечковая или израильская. И касается всего народа в целом. Я начал с образовательных проектов. Позже возникла необходимость, а потом и желание поддерживать Музей Диаспоры. И я подумал, что это та площадка, на которой можно строить культурный, социальный, образовательный обмен. Кажется, я не ошибся.

http://nevzlin.livejournal.com/47159.html?#cutid1

Вернуться на главную страницу


Депутат Рувим Аронов:
"Я бы морду Москаля об асфальт размазал!"

Соня КОШКИНА, "Обозреватель", Киев-Москва-Киев

Крымский депутат Рувим Аронов - один из "любимцев" Геннадия Москаля. Если депутата Мельника президентский постпред в АРК именует не иначе как "главой ОПГ "Сейлем", то Аронова - "одним из лидеров ОПГ "Башмаки". Напомним: эти две банды, терроризирующие полуостров в 90-х, принято считать конкурирующими.
Из 225 нераскрытых крымских убийств и ста исчезновений людей "Башмакам" приписывают пятьдесят и восемь соответственно. По подозрению в причастности к этим "художествам" украинский Интерпол объявил Аронова в розыск. Равно, впрочем, как и его предполагаемых соратников по банде - Александра Данильченко, Николая Кожухаря, Андрияна Рака, Геннадия Мельника.

Г. Москаль (слева) с "любимым" Р. Ароновым

В отличие от упомянутых граждан, Аронов обладает неоспоримым преимуществом - израильским паспортом № 259398 да гражданством этой страны. Так, по крайней мере, утверждают правоохранительные органы и Геннадий Москаль. Сам Аронов, естественно, все опровергает. Спортивный директор симферопольского ФК "Таврия" собирается вернуться в Украину и "доказать, что ни в чем не виноват".
Своего спортивного директора поддерживает и коллектив симферопольского ФК "Таврия", почетным президентом которого является небезызвестный Сергей Куницын. Именно по списку блока Куницына Аронов избирался в этот раз в крымскую Раду. Однако симпатиков этой политсилы оказалось недостаточно для того, чтобы Рувим Львович зашел в парламент нынешнего созыва с первого раза. Проблему решили просто - впередистоящие члены списка "подвинулись", добровольно (?) отказавшись от мандата, вследствие чего оный получил Аронов.
Личность его интересна еще и в связи с участившимися в последнее время упоминаниями Куницына и ФК "Таврия" в связке с именем одиозного бизнесмена Дмитрия Фирташа ("РосУкрЭнерго"), якобы помогающего своим крымским товарищам.
"Обоз", конечно, не Интерпол, но мы сумели найти Рувима Аронова и пообщаться с ним в телефонном режиме.

"Москаль в детстве был обижен евреями"

- Украинские правоохранители имеют к вам целый "букет" претензий, но разыскать, в том числе, с помощью Интерпола, почему-то не могут. Говорят, вы - гражданин Израиля и скрываетесь на территории этой страны.
- Ни от кого я не скрываюсь! Я гражданин Украины, а не Израиля. Последние лет десять я в Крыму регулярно депутатом избирался - и в горсовет симферопольский, и в Верховную Раду. Пусть Москаль не врет, что я обманываю избирателей.
- Тем не менее, израильская сторона подтверждает наличие у вас соответствующих паспорта и гражданства.
- Давайте не к слухам обращаться, а к фактам. Я сегодня тут на лечении нахожусь, и это документами подтверждается. Когда вернусь - отвечу на все вопросы, интересующие правоохранительные органы, в том числе - по Государству Израиль.
- А когда вы вернетесь?
- В ближайший месяц, наверное… У меня проблемы с поджелудочной железой - вот долечу ее и сразу вернусь. Я ни в каких уголовных делах не замешан, как Москаль и его прихлебатели, шестерки крымские, утверждают. Мне плохо стало, еще когда мы с нашей командой на сборах в Австрии были. Пришлось даже оставить ребят - вылететь в Крым. Я дома, в Симферополе, три недели почти в больнице пролежал. На нервной почве, наверное, обострение произошло…
- Значит, ваш отъезд не есть спасение бегством?
- Про то, что ко мне претензии какие-то будто есть, мне рассказали, когда я уже тут был, в Израиле. А пока в Крыму находился - никто почему-то ничего не говорил. Я в отпуск ушел 31 июля, а с первого августа меня уже в розыск объявили, приписывая похищение людей, убийства и все такое прочее. В Израиле война как раз началась. Я выехал к матери, ей 82 года, она в тяжелом положении, думал забрать ее.
- Кто же лжет: вы или Интерпол, который все-таки настаивает, что у гражданина Аронова есть израильский паспорт за номером 259398?
- Нет у меня такого паспорта.
- Ваш коллега по крымской ВР Лев Миримский свой израильский паспорт тоже засветил…
- Миримский доказал, что это неправда, и я докажу! Приеду с бумагами и докажу свою правоту. Чего я буду сейчас Москаля перекрикивать? Нет, я возьму бумаги, положу на стол и буду судиться с ним. Понимаете? Я гражданин Украины и лишить меня гражданства может только украинский президент! А даже если б и был я гражданином Израиля, так что? Разве это уголовное дело? В 2000 году меня Москаль под стражу брал, как гражданина Украины, а не Израиля. Он это помнит, я думаю…
- Как это "что"? Вы же депутат! И Москаль, между прочим, уже обратился к ВР АРК с просьбой лишить вас мандата.
- Пока я сам не напишу заявления о добровольном отказе от мандата, никто не имеет права лишить меня депутатства.
- Так вы, значит, с Москалем судиться собираетесь?
- Да, хочу. Этот человек в детстве, как мне кажется, был обижен евреями. Не знаю уж, где он там родился, говорят, где-то на Западенщине, так вот, наверное, местные евреи побили его там и потом надругались, того-то он на них такой злой.

"Шесть лет я был призраком"

- Что же получается: Москаль - антисемит, прессингующий вас по национальному признаку?
- Он мне еще с 1998 года на официальных мероприятиях говорил: "Рома, я тебя посажу". Он тогда как раз в крымский главк милиции начальником пришел, а я в парламент наш избрался…
- Так и говорил, при свидетелях?
- Я вам больше расскажу. Было дело: сидели вместе очень авторитетные люди, в том числе - Гриша Суркис. Москаль с ним дружил очень, с Медведчуком еще… Так вот, Москаль показывал на горло… не знаю, как это по-украински называется "каплык" или "кадык", обращался ко мне: "Все равно тебе придет конец". Спрашиваю у людей: "Чего он хочет от меня?". Суркис ему: "Чего ты хочешь от парня?", а он: "Все равно его посажу!".
- Суркис ведь тоже еврей, его он посадить не хочет?
- Руки коротки! А так, конечно, с удовольствием бы посадил. Он бы половину авторитетных политиков пересажал…
Как он раньше дружил с Суркисом и Медведчуком! Да на коленях перед ними ползал! При мне это было! А как перемена власти - отворачивается от них. "Жиды", говорит.
- В Крымском парламенте, кроме вас, есть еще и другие евреи, но на них Москаль свою деятельность почему-то не концентрирует.
- Возьмите его последние заявления: Москаль назвал парламент Кнессетом и сказал, что готов писать нам письма на иврите. Глава Комиссии по депутатской этике Иоффе ему огрызнулся и теперь, поверьте, тоже попадет в список "врагов народа", неугодных евреев. Почему наш Президент склоняет голову перед памятью жертв Бабьего Яра, но при этом его постпред в Крыму - страннейший антисемит?
Москаль прямо говорит: "мне удобнее, когда вас здесь нет, мне удобнее руководить". Выгоняет, значит и козырем ходит. Рассказывает: в Крыму, мол, сейчас спокойнее стало, люди могут выйти погулять, А что, раньше не могли? Можно подумать, с 2000, как он ушел из Крыма и по 2006-й, как он вернулся, люди все попрятались… Шесть лет я призраком этаким из замка был - выхожу на улицу, а люди меня боятся и прячутся! Монстра он из меня какого-то сделал!
- Люди бандитов, наверное, боялись. Правоохранительные органы утверждают, что вы причастны к деятельности одиозного ОПГ "Башмаков". В связи с этим вас и разыскивает Интерпол.
- После Москаля в Крыму было еще два начальника главка: Селезнев и Паламарчук, но они почему-то ни по национальным, ни по бандитским, ни по экономическим, ни по хулиганским вопросам к Аронову претензий не имели. А как в 2005-м Москаля назначили замминистра МВД Украины и он приехал в Крым представлять начальника Управления внутренних дел Хоменко, тут же спрашивает: "Аронов на месте здесь? Так вы передайте ему, что приехал Москаль!".
После того: сидит за столом руководство Крыма высшее, один там глава партии и глава СП бывший Рыбачук Олег… Зашел разговор о Москале, как он вернулся, туда-сюда… Ну, я высказал свое "ф", конкретно так высказал… Естественно, когда произошло назначение Москаля постпредом Президента на полуострове, Рыбачук задает ему вопрос: "кто ж такой Аронов? Знаешь, что он про тебя говорил? Что ты, короче, такой-сякой…". На первой же сессии в нашей Раде появляется Москаль, мы с Миримским Левой стоим, он подходит: "Как ты мог меня оскорбить при моем шефе госсекретаре Рыбачуке?". "Гена, хватит, - говорю ему, - ты успокойся, пожалуйста. Ты еще не пришел сюда, а уже пишешь, короче, "до Миримского и Аронова я еще доберусь" и достаю ему статью из Интернета. Москаль, конечно, отнекивается, хотя там цитаты прямые его, все такое.

"А Суркис для тебя авторитет?"


- В 2000 году вас, кстати, тоже по делу "Башмаков" задерживали.
- Да, по статье 144, на трое суток. Я четвертого января шел детей поздравлять с Новым годом, выхожу из дому, короче, арестовывают меня, предъявляют этот, как его, рэкэт. Задерживают на трое суток, делают очную ставку с человеком, на которого уголовное дело должны были раньше возбуждать, но тут появился я и его попросили: ты против него показания дай и мы тебя отпустим. Меня выпускают под подписку, а человека сажают и он срок свой получает сполна. На другой очной ставке люди говорят: да, мы действительно свидетельствовали, потому, что нас просили…
Извините, мне 50 лет, и я за свою жизнь толком не побил еще никого! И когда говорили, что я пистолет какой-то держал над головой, убивал… Никогда в жизни я этим не занимался…
- Вас считали одним из лидеров ОПГ "Башмаки".
- Москаль странно всех называет, по бандам. "Сейлем" там "Башмаки" какие-то. Мне приписывает, что я тоже какой-то бандит в этом роде... Знаете, как он мне однажды сказал: "Я авторитетов не люблю, я авторитетов сажал и буду сажать". Спрашиваю тогда: "А Суркис для тебя авторитет!?"
- А он?
- А он говорит: "Ну, это другое…" Был бы он сегодня без погон, я б Москаля вызвал один на один, размазал бы эту морду лысую об асфальт! И, поверьте, если б меня посадили после этого за хулиганку, я б сказал: ну, и что?
- Как же можно! Вы ж до пятидесяти лет никого не избивали!
- Он бы стал первым! Вот, говорю это сейчас, а он, наверное, за это в суд на меня подаст…
- Давайте все-таки к "Башмакам" вернемся. Какое вы к ним отношение имеете?
- Никакого. Я не знаю, что такое банда, не понимаю просто. Не п-о-н-и-м-а-ю! Про "Башмаков" в газетах только читал. Я на бандитов вообще внимания не обращал, как любой рабочий человек!
- В интервью "Обозу" Александр Мельник сказал недавно, что никакого "Сейлема" не существовало, "его милиция для самопиара придумала". "Башмаков", получается, тоже?
- Да, я могу с этим согласиться. Пиар, короче, сплошной…
- Еще один лидер "Башмаков", Александр Данильченко, давно в бегах, тоже в розыск объявлен. Вы с ним дружны, насколько я знаю.
- Человек, между прочим, - президент боксерского клуба, при чем тут банда? Я знаю его много лет и только с хорошей стороны могу говорить о Данильченко. Он на боксе постоянно, я на футболе, когда ж мы бандитизмом успевали заниматься, как Москаль нам приписывает?
…Перед выборами показали эпизод по телевидению: похороны Виталия Башмака. Это друг мой был, я к нему хорошо относился, к семье его. Конечно, пришел попрощаться… Помните, показывали тоже, как Лужков и Кобзон в Америке где-то сидели за одним столом с авторитетами всякими, вроде Япончика. Так что их, зачислять в бандиты теперь, ворами в законе называть, если они просто с этими людьми обедали раз?
- Вы уже достаточно давно конфликтуете, а просто по-человечески поговорить, отношения выяснить не пытались?
- Невозможно! Он же даже в глаза не смотрит, когда общается с человеком! Не смотрит, боится. Да, что там, он в камеру не смотрит телевизионную! У него взгляд постоянно вверх! Видимо, он, когда врет, смотрит вверх и просит: "Господи, прости мне мои грехи!". Бог ему судья и не простит он ему ничего!

"Первую избирательную десятку проверяли,
поэтому меня туда не записали"

- До сих пор не нашли объяснения подвижки в списке блока Куницына, по которому вы в этот раз баллотировались. Ведь Аронов зашел в крымскую Раду только после того, как от депутатства "добровольно" отказались несколько впереди стоящих…
- Почему я не был в пятерке-десятке? Объясняю: шли разговоры - первую десятку будут проверять, так что давай мы тебя одиннадцатым запишем, сколько б не набрали, ты все равно зайдешь. Эти люди, которые передо мной были, они сами ушли, никакого давления не было. Даю слово.
- Какие у вас отношения с Дмитрием Фирташем?
- Господина Фирташа я никогда не видел, знаю о нем только заочно. Хотел бы, конечно, познакомиться и пообщаться, но даже по телефону у меня такой возможности не было.
- Не секрет, что интересы Фирташа в Крыму лоббирует ваш друг Куницын. А Фирташ, взамен, поддерживает "Таврию", где почетным президентом также Куницын, плюс - оказывал ему материальную поддержку на последних выборах.
- Честно говоря, я не в курсе насчет финансирования. Даже не интересовался этим никогда, оно мне не надо просто, я же спортивный директор клуба, а не финансовый. Тут все вопросы к Куницыну.

Вернуться на главную страницу


Деньги американских евреев
предназначены ... арабам

Элеонора ШИФРИН, "Аруц шева"

Новостной сайт UCI (Объединенная произраильская коалиция), опубликовал 5 октября статью Элен Фридман, до недавнего прошлого занимавшей пост исполнительного директора организации "Американцы за сильный Израиль". В статье раскрывается шокирующий для многих американских евреев факт: оказывается, треть денег, собранных в экстренном порядке американскими евреями в помощь своим израильским собратьям в ходе Второй ливанской войны и связанных с нею материальных потерь, предназначена в помощь арабам.
-Тем самым, - пишет Элен Фридман, - арабы, которые ненавидят Израиль и которые танцевали от радости на крышах всякий раз, когда приходило сообщение о погибшем еврейском солдате или гражданском жителе, получают пожертвованные вами для евреев деньги...
- Вы, наверное полагали, - обращается она к американским евреям, - что ваши деньги пойдут еврейским детям и их родителям, которые провели все лето в бомбоубежищах. Или что на ваши деньги будут отстроены дома, разрушенные и поврежденные ракетами "Хизбаллы". Или на программы для пожилых, на детские лагеря и ремонт школьных зданий. Не тут-то было...
Элен Фридман, как один из доноров, обратилась к руководству одной из крупнейших американских еврейских организаций, United Jewish Communities (Объединенные еврейские общины) с просьбой сообщить ей о том, как распределяются миллионы долларов, собранные в рамках экстренной кампании. В ответ - полная прозрачность: она получила трехстраничный доклад, в котором подробно перечисляются все программы, суммы, получатели.
Первый пункт доклада: программы для нееврейского сектора в районе военных действий. Деятельность эта определена как помощь нееврейским детям в общинных центрах. Организацией, избранной для распределения этих средств в Израиле, назван Сохнут (Jewish Agency For Israel). На это выделено $3 300 000 (да-да, три миллиона триста тысяч американских долларов).
Следующий пункт - программа экстренной помощи общинным центрам. Ответственным за распределение средств на эту цель назван всем известный Джойнт (Joint Distribution Committee). Программа предназначенная для 25 299 арабских детей, финансируется в размере $3 000 000 (три миллиона долларов).
Программа под названием "День лагерной подготовки в школах", предназначенная исключительно для нееврейских детей, получила $2 640 000, да еще программа летних лагерей, включающая 10 тысяч нееврейских детей, получила $17 300 000.
В отчете указано еще множество подобных цифр. Элен Фридман делает вывод: отчет не оставляет сомнений в том, что арабы хорошо пользуются еврейскими щедротами. Более того, г-жа Фридман приводит примеры вопросов и ответов с сайта www.ujc.org, из которых совершенно ясно, что организация не только ставит перед собой целью собрать не менее полумиллиарда долларов, но и не скрывает, что деньги предназначены для арабов, друзов и евреев. Подход организации таков: Израиль - демократическая страна, потому деньги должны распределяться демократическим путем. При этом следует отметить, что распределители средств не включают в категорию "нееврейских детей" тех многочисленных нееврейских детей, которые прибыли в составе последней алии из стран бывшего СССР или родились в Израиле: когда доходит до денег, русские дети проходят по графе "евреи", а в "неевреев", которым причитается помощь, записывают арабов и друзов.
Элен Фридман отмечает, что американские "демократы" ни словом не упоминают и еврейских изгнанников из Гуш-Катифа, среди 10 тысяч которых почти никто еще не получил полных компенсаций за свои только финансовые, материальные потери (о моральных и прочих вообще никто не упоминает), мало кто сумел найти альтернативное трудоустройство, и большинство пытаются самостоятельно сделать то, что должно было сделать для них правительство, разрушившее всё то, что они произвели тяжелым трудом за три десятилетия. У них нет домов, которые нужно было бы отремонтировать после повреждений, причиненных ракетами: их дом разрушены, и они должны начинать жизнь заново с абсолютного нуля. А нередко - и с минуса, так как многие продолжают выплачивать государству ссуды за разрушенные этим государством дома. Что уж говорить о таких необходимых вещах, как здания школ, синагог, клубов и общинных центров, магазинов, ферм и теплиц, которые тоже были разрушены или переданы арабам государством, не имеющим средств на постройку альтернативных общественных зданий.
Фридман задает вопрос, который неизбежно возникнет у любого читателя этой статьи, узнавшего, как используют пожертвованные им деньги руководители еврейских организаций США, которым поручено распределение собранных средств: что же можно сделать по этому поводу? Иначе говоря, есть ли альтернативные пути передачи средств непосредственно пострадавшим евреям?
Фридман предлагает и открыто протестовать: звонить и писать президенту и исполнительному директору United Jewish Communities Говарду Ригеру по тел.: 221-284-6500 или писать ему по адресу: info@ujc.org и требовать, чтобы деньги, пожертвованные в помощь евреям Израиля, были использованы по назначению. Или, по крайней мере, чтобы при сборе средств представители этой организации открыто сообщали, что деньги предназначены для арабов, друзов и евреев. Тогда потенциальные доноры смогут решить, давать ли деньги этой организации или передать их по целевому назначению другим еврейским организациям, которые помогают именно пострадавшим в Израиле евреям.
Элен Фридман предлагает с этой целью связаться с ее организацией: Americans For Safe Israel/AFSI, 212-828-2424, afsi@rcn.com, адрес сайта: www.afsi.og
К этому можно добавить такие организации русскоязычных евреев Америки, как Shalom Israel Fund в Чикаго (1-847-470-0949), Союз ветеранов войны и труда и общество "Наш Израиль" в Филадельфии (1-215-742-3334), Нью-Йоркскую Ассоциацию евреев из бывшего СССР (516-937-3819 или 516-567-3003), которые, минуя официальные организации и связанные с этим побочные расходы, передали за последние годы десятки тысяч долларов целенаправленно пострадавшим как от арабского террора в Израиле, так и от произвола правительства (изгнанникам из Гуш-Катифа и северной Самарии). За последние месяцы эти организации собрали уже десятки тысяч долларов для раненых в Ливане солдат и гражданских лиц и для семей, оказавшихся в тяжелом положении в результате военных действий. Через эти организации была оказана также помощь спонтанно возникшим добровольческим группам в Израиле, которые взвалили на себя бремя срочной помощи тем, кому эта помощь была необходима сию минуту - таким, например, как Центр "Маген" в Хайфе и "Самооборона".

По материалам сайта UCI, 9.10.2006


Как русский еврей
дважды спас Индию

Лев УСЫСКИН, "Полит.ру"

110 лет назад, 7 октября 1896 года, в Бомбей из "столичной" Калькутты прибыл рослый европейский еврей средних лет с нечастым для Индии именем Vladimir. Едва ли в его облике имелось тогда что-либо непривычное для местного глаза - европеец как европеец, из тех, что прожили в Индии годы или даже, быть может, родились здесь.
И все-таки прибытие Владимира Хавкина в Бомбей не могло не обратить на себя внимания. Потому хотя бы, что едва ли в тот день прибывших в город было много. Напротив, из Бомбея тогда уезжали. Более того - уезжали стремительно, бросая имущество, рабочие места, друзей и родственников. И на то была причина более чем веская - в Бомбее свирепствовала бубонная чума.
XIX век был, как известно, "веком холеры" - пандемия этой болезни охватывала человечество пять или шесть раз за столетие, унося миллионы жизней. А вот чума, "черная смерть", "моровое поветрие", большую часть того столетия людей как будто бы не беспокоила - и у многих возникало даже ощущение, что в эпоху железных дорог и парового флота эта средневековая напасть почему-то исчезла сама собой. Из одного только страха перед научно-техническим прогрессом.
Однако не тут-то было. Осенью 1878 года в поволжском селении Ветлянке локальная вспышка болезни унесла примерно пятьсот жизней. А в 1884 году масштабная эпидемия чумы поразила Южный Китай. Здесь счет жертвам пошел на десятки и сотни тысяч. Здесь же, а конкретно - в британском Гонконге, зловещая гостья наконец столкнулась лицом к лицу с передовым краем тогдашней науки. Сотруднику Пастеровского института, выдающемуся французскому бактериологу А. Йерсену и, независимо от него, японскому ученому С. Китазото удалось открыть микроскопического возбудителя болезни - чумную палочку. Тогда же была установлена связь между вспышкой чумы и обычно предваряющим ее на 2-3 недели массовым мором крыс. Йерсен начал работы по созданию противочумной сыворотки, однако заметного успеха в этом не достиг.
И вот, двенадцать лет спустя, чума обрушилась на второй по величине и значению город британской Индии, не знавший этой напасти с 1690 года. Власти, в течение какого-то времени пытавшиеся скрыть от мировой общественности этот биочернобыль XIX века, наконец решились на активные действия - и среди принятых ими мер едва ли не самой главной было приглашение того самого человека со странным именем Vladimir, в иных документах, впрочем, именуемого привычнее - Вольф Маркус. Именно с ним образованные бомбейцы связывали надежду на спасение своего города.

Это был Владимир Аронович Хавкин. Сын бердянского школьного учителя, выпускник естественного отделения физико-математического факультета Новороссийского (Одесского) университета, ученик И. Мечникова и Л. Пастера. В молодости - участник революционного движения, сотрудничал с "Народной волей", но, по счастью, переболел этим мороком без больших потерь. Впрочем, "заработал" тайный надзор полиции, отравлявший затем все его годы жизни на родине.
Общественную активность, однако, не прекратил: участвовал в студенческих акциях протеста, в студенческих же "отрядах самообороны" - вставших в 1881 году на пути разнузданной толпы подонков, громивших еврейские дома и лавки. Дважды исключался из родной alma mater - в первый раз был восстановлен благодаря ходатайству Мечникова, во второй раз (уже после ухода будущего нобелевского лауреата из университета) - окончательно. Тем не менее образование завершил - в марте 1884 года защитил магистрскую диссертацию по биологии простейших беспозвоночных.

Владимир Хавкин

Несмотря на незначительную, техническую должность в университетском музее - интенсивные занятия наукой, публикации в русских и иностранных журналах. Первые шаги в новой тогда биологической дисциплине - бактериологии. Затем, в 1889 году, - после безуспешной попытки поступить на работу в Петербургский университет - отъезд за границу вслед за учителем: уставший бороться с тупыми русскими чиновниками Мечников перебрался в Париж, к Пастеру, годом ранее.
И вот с 1890 года Хавкин - сотрудник Пастеровского института, сперва - младший библиотекарь, затем, после открытой уехавшем в очередную индокитайскую экспедицию Йерсеном вакансии, - полноценный исследователь, ассистент великого Э. Ру, победителя дифтерии.
Весной 1892 года, одновременно с началом пятой в XIX веке холерной пандемии, Хавкин принимается за поиск решения амбициознейшей задачи - создания живой холерной вакцины. Нет никакого сомнения, что среди прочих мотиваций молодого ученого присутствовала и весомая патриотическая составляющая - из всех европейских стран Россия отдавала холере самую весомую дань, сотни тысяч человеческих жизней всякий раз.
Уже первые, парижские, шаги на пути к победе над холерой продемонстрировали особенности стиля Хавкина-ученого. В первую очередь это - дикая работоспособность и, как следствие, необычайный темп работ. Так, своего первого кролика бактериолог заразил в мае 1892 года, а 9 июля члены Парижского биологического общества впервые услышали о его первых результатах в сообщении "Азиатская холера у морских свинок". 23 июля заметка о работах Хавкина была опубликована в "Иллюстрасьон", а за три дня до этого Владимир втайне от коллег ввел себе под кожу дозу вакцины. А шесть дней спустя Хавкин уже ввел себе усиленную дозу холерного яда - колонию живых холерных бактерий. Сутки он чувствовал себя весьма скверно, затем недомогание прошло, и уже 25 июля 1892 года он знал, что отныне человечество обладает мощным универсальным противохолерным оружием.
А вслед за Хавкиным от холеры привились три русских добровольца - политэмигранты-народники. Официальное сообщение о победе над страшной болезнью Хавкин сделал 30 июля.
На предложение Хавкина и Пастера безвозмездно передать России метод изготовления противохолерной сыворотки русские медицинские власти ответили отказом - как бы чего не вышло, учитывая еврейское происхождение и народовольческое прошлое Хавкина. При том, что за XIX век холера унесла в России более двух миллионов человек.
Осенью того же года Хавкин получил приглашение с "родины" побежденной им холеры. Главный санитарный врач индийской Калькутты, суля всяческое содействие, предложил ему поработать в Индии. Хавкин принял предложение и в 1893 году получил разрешение Британских властей на поездку в Индию.
То, что Хавкин сделал тогда в Индии, типологически напоминает деяния какого-то святого. Надо было совершить чудо - в стране, не знающей, что такое санитария, где большая часть населения не имела доступа к чистой питьевой воде, запустить механизм массовых профилактических прививок. Холера уносила здесь миллионы и десятки миллионов, но население и слышать не желало ни про какие прививки. Экспедиции доктора Хавкина случалось быть побиваемой камнями в прямом смысле этого слова.
Что удавалось противопоставить этому? Упорство и личный пример: на глазах у жителей каких-нибудь отдаленных сел Хавкин и его сотрудники многократно прививали себя от холеры.
Это действовало. Люди видели результат, поскольку холера была тут же - она, бывало, приходила в селение буквально по следам калькуттских докторов, расставляя все точки над i. Постепенно слух о чудесном докторе и его команде распространился по всей стране. Отовсюду стали приходить заявки на вакцинацию. Жители городов теперь встречали группу Хавкина как дорогих гостей - дарили серебряные кубки и денежные суммы. До лета 1895 года, когда Хавкин выпустил в Калькутте отчет о своей деятельности, им были привиты 42 тысячи человек, причем две трети из них - дважды. И, что еще важнее, был подготовлен целый штат местных специалистов, способных продолжить это благородное дело уже без смертельно уставшего и страдающего от приступов малярии Владимира Хавкина. Фактически, тогда было заложено ядро национальной бактериологической службы Индии - тех учреждений, которые выполняют эту функцию до сих пор.
Так Хавкин спас Индию в первый раз. А полтора года спустя он принимает второй аналогичный вызов, и имя тому вызову - бомбейская чума.
В Бомбее Хавкину отвели лабораторию при местном медицинском колледже - две комнаты и четырех ассистентов. На третьи сутки ученый начал в ней опыты. В этих комнатах Хавкин работал по 14 часов в сутки, здесь же он и жил. Смерть ходила под окнами - эпидемия в городе разрасталась с каждым часом - но смерть была и ближе, совсем рядом: одно неверное движение усталой руки, разбитый стеклянный сосуд с культурой чумной бактерии, случайный порез, укус зараженного животного... Ассистенты не выдерживали и увольнялись - один из них получил сильнейшее нервное расстройство.
Тем не менее работа продвигалась вперед - в итоге первая в мире противочумная вакцина была создана всего за три месяца. Верный своим этическим принципам, Хавкин опять испытал ее на себе в тайне от окружающих - лишь два врача знали о том, что Владимир ввел себе дозу вакцины, в несколько раз превышающую расчетную. Дневник самонаблюдений ученого был зачитан потом студентам и преподавателям медицинского колледжа - которые, в ответ на это, добровольно и единодушно вакцинировались. Поворотным моментом стало затем вакцинирование на пике эпидемии добровольцев из числа заключенных местной тюрьмы. Разница в заболеваемости и смертности привитых и непривитых была столь разительно очевидна, что никаких дополнительных объяснений и доводов не потребовалось.

А после этого было фактическое повторение 93 года - бесконечные "гастроли", сотни лекций, десятки тысяч привитых людей. Спасенные жизни. Правительственные награды Британской Империи. Превращение маленькой бомбейской лаборатории в Haffkine Institute, экспортирующий миллионы доз противочумной вакцины во все страны мира.
И так же, как во времена холерной эпопеи, - нелепые конфликты с косными колониальными властями, вплоть до обвинений в шпионаже в пользу России. В 1904 году Хавкина фактически изгнали из Индии, в 1911 - с извинениями позвали назад. В 1915 Владимир вернулся в Европу, активно консультировал медицинскую службу британской армии, затем оставил науку и вплоть до своей смерти в 1930 году жил незаметной жизнью одинокого пенсионера, тщательно соблюдающего обряды иудаизма. Скончался в Швейцарии.

7 октября 2006

Марка в честь заслуг В.Хавкина, выпущенная министерством связи Индии

Евгений ИХЛОВ:
Шолом-Алейхем как зеркало "грузинского" вопроса

Инициированная Кремлем тотальная блокада Грузии, закрытие рынков, магазинов и ресторанов, облавы, аресты, составление "грузинских" списков, депортации, направленные на "некоренных", по терминологии Путина, грузин, во многом схожа с ситуацией, описанной Шолом-Алейхемом в "Тевье-молочнике". Известный российский правозащитник Евгений Ихлов, напомнивший нам об этом, считает, что в приводимом ниже отрывке из произведения классика еврейской литературы есть поразительное сходство произвола, творившегося в царской России, с нынешними российскими гонениями на грузин и действиями российской власти по защите "коренного" населения от "полукриминальных" национальных группировок. Как считают аналитики, цель, очевидно, не просто наказать грузин, а, выслав, разорив и обездолив сотни тысяч "некоренных", живших и работавших до того в России, добиться свержения Саакашвили их руками, чтобы другим президентам в республиках бывшего СССР (наша зона влияния) неповадно было проявлять излишнюю самостоятельность.
Итак, Шолом-Алейхем, "Тевье-молочник", отрывок из главки "Изыди!" в переводе М.Шамбадала (публикуется по тексту собрания сочинений Шолом-Алейхема, Москва, 1960, комп. набор - Б. Бердичевского http://citycat.ru/litlib/shol_8.html)


- Здравствуйте, Тевль.
- Здравствуйте, здравствуйте, ваше благородие! - отвечаю я радушно, а про себя думаю: "Вот легок на помине: ждешь Мессию, - приезжает урядник!".
Поднимаюсь, иду ему навстречу:
- Милости просим, гость дорогой! Что на свете слыхать, что хорошего скажете, господин начальник?
А сердце прямо выскочить готово - хочу знать, в чем дело? Но он, урядник то-есть, не торопится. Закуривает преспокойно папироску, выпускает дым, сплевывает и спрашивает:
- Сколько тебе, Тевль, потребуется времени, чтобы продать хату и все твои бебехи?
Гляжу я на него с недоумением:
- А зачем же, - говорю, - продавать ее, мою хату? Кому, к примеру она мешает?
- Мешать, - отвечает он, - она никому не мешает. А только я приехал выселять тебя из деревни.
- Только и всего? - говорю я. - А за какие такие добрые дела? Чем я заслужил у вас такую честь?
- Не я, - отвечает он, - тебя выселяю - губерния выселяет.
- Губерния? Что же такого, - говорю, - она на мне увидела?
- Да не одного тебя, - отвечает он, - и не только отсюда, а из всех деревень кругом: из Злодеевки, из Грабиловки, из Костоломовки и даже из Анатовки, которая раньше считалась местечком... Сейчас и она деревней становится, и выгоняют оттуда всех-всех ваших...
- И мясника Лейзер-Вольфа тоже? И Нафтоле-Герца? И резника? И раввина тамошнего?
- Всех, всех! - отвечает он и даже рукой махнул, точно ножом отрезал...

Полегчало как-то у меня на душе: как-никак, горе многих - половина утешения. Однако досада меня разбирает, так и жжет меня, и говорю я ему, уряднику то- есть:
- Скажи-ка мне, ваше благородие, а знаешь ли ты, что я живу тут гораздо дольше тебя? Знаешь ли ты, что в этом углу жил еще мой покойный отец, и дед мой, и бабка, царство им небесное?
Я не поленился и перебрал всю семью, всех назвал по именам, рассказал, где кто жил и где кто помер... Он выслушал, а когда я кончил, говорит:
- Чудак ты, право, Тевль, и разговору у тебя не оберешься! Да что мне, -говорит он, - толку от твоих бабушек и дедушек? Царство им небесное! А ты, Тевль, собирай свои манатки и фур-фур на Бердичев!

Это меня уж совсем взорвало: мало того, что такую добрую весть принес, ты еще издеваешься: "Фур-фур на Бердичев!" Дай-ка, думаю, хоть скажу ему, что на душе!
- Ваше, - говорю, - благородие! Вот уже сколько времени ты у нас начальником. Слыхал ли ты когда-нибудь, чтобы кто-либо из соседей на меня жаловался, говорил бы, что Тевье его обокрал, или ограбил, или обманул, или попросту забрал что-нибудь? Расспроси-ка мужиков, не жил ли я с ними всегда душа в душу? А сколько раз я, бывало, ходил к тебе, господин начальник, за крестьян хлопотать, чтобы ты их не обижал?..
Это ему, видно, не понравилось! Встал, раздавил папироску пальцами, швырнул ее и говорит:
- Некогда мне с тобой лясы точить, пустыми разговорами заниматься. Прибыла мне бумага, а остальное меня не касается! Поди-ка вот распишись! А времени на выезд дают тебе три дня, чтобы ты мог все распродать и приготовиться в путь-дорогу!
Увидев, что дело плохо, я говорю:
- Три дня даете мне? Дай вам бог за это три года жить в богатстве и чести. Пусть господь воздаст вам сторицей за добрую весть, что принесли мне...

Впервые напечатано в 1914 году в журнале "Ди юдише велт" -
литературно-общественном ежемесячнике, Вильно

Вернуться на главную страницу


"Золотое кольцо" России:
российская разведка - Сирия - "Хизбалла"

В ходе военной операции Израиля на юге Ливана, которая продолжалась с 12 июля по 14 августа этого года, шиитская группировка "Хизбалла" получала разведданные с пунктов радиоперехвата, где работает совместный российско-сирийский персонал, пишет "ха-Арец".

По данным британского журнала Jane's Defense Weekly, на который ссылается газета, участие российской стороны в передаче разведывательной информации "Хизбалле" было косвенным. Сведения, полученные спецслужбами России, сначала передавались Сирии, так как с ней подписано соглашение о сотрудничестве разведок и обмене интересующими друг друга данными. Кроме того, отмечается, что информацию об израильских войсках ливанские боевики получали из центра слежения, который расположен на сирийской части Голанских высот и управляется разведкой Сирии совместно с иранскими специалистами.
В отличие от спецслужб России, с которыми сирийская сторона взаимодействует давно, с Ираном договоренность была достигнута только в минувшем году. "ха-Арец" отмечает, что Дамаск и Тегеран договорились о строительстве четырех радаров. Этот дорогостоящий проект оплачивается, в основном, из бюджета "Корпуса стражей исламской революции", отмечает журнал Jane's.
Два комплекса электронной разведки были введены в строй в июне этого года: один из них - в районе поселения Бааб аль-Хава (Baab al-Hawa) на сирийско-турецкой границе, а другой - на Голанских высотах. Строительство еще двух радаров должно быть закончено в январе 2007 года. Издание отмечает, что одним из условий сотрудничества Ирана с Сирией было то, что российские специалисты на эти объекты допускаться не будут.

http://www.janes.com/defence/
http://www.agentura.ru/
03.10.2006


Что связывает Москву
с недавней войной в Ливане?

Ион Михай ПАЦЕПА

Возможно, главным победителем из войны в Ливане вышел Кремль. Израиль обстреливался советскими катюшами и калашниковыми, российскими ракетами "Файр-1"и "Файр-3", российскими противотанковыми ракетами AT-5 и "Корнет". Российское устаревшее оружие стало последним криком моды среди террористов всего мира, и плохие парни точно знают, где его взять. Ящики от оружия, оставленные "Хизбаллах", были подписаны: "Получатель: министерство обороны Сирии. Отправитель: КБП, Тула, Россия".
Сегодняшний международный терроризм был сконструирован на Лубянке в штаб-квартире КГБ после шестидневной войны на Ближнем Востоке в 1967 году. Я сам был свидетелем его рождения в свою бытность коммунистическим генералом. Израиль взял верх над Египтом и Сирией, чьими воинственными правительствами управляли советники от советской разведки, после чего Кремль решил вооружить враждебных соседей Израиля палестинцев и вовлечь их в террористическую войну против Израиля.
Генерал Александр Сахаровский, создавший структуру румынской коммунистической разведки, а затем возглавил всю внешнюю разведку советской России, часто внушал мне: "В современном мире, когда ядерное оружие сделало использование военной силы устаревшим методом, терроризм должен стать нашим основным оружием".
Между 1968 и 1978 годом, когда я порвал с коммунизмом, силы безопасности одной Румынии направляли каждую неделю по два грузовых самолета с военными боеприпасами палестинским террористам в Ливан. После падения коммунизма архивы восточногерманской "Штази" показали, что только в 1983 году их служба внешней разведки направила в Ливан AK-47 на сумму 1877600 долларов. По словам Вацлава Гавела, коммунистическая Чехословакия направила исламским террористам 1000 тонн взрывчатки "Семтекс-Х" (которая не имеет запаха и не распознается специально обученными собаками) - этого количества хватит на 150 лет.
Террористическая война сама по себе развернулась в конце 1968 года, когда КГБ превратил захват самолетов - оружие, выбранное для терактов 11 сентября, - в инструмент террора. Только в 1969 году финансируемая КГБ Организация освобождения Палестины захватила 82 самолета. В 1971 году, когда я встречался с Сахаровским у него на Лубянке, он привлек мое внимание к морю красных флагов, приколотых к карте мира, что висела на стене. Каждый флаг означал захваченный самолет. "Захват самолетов - мое личное изобретение", - сказал он.
Политический "успех", полученный путем захвата израильских самолетов, привел 13-й отдел КГБ, известный на неофициальном жаргоне как "отдел по мокрым делам", к мысли расширить эту деятельность до убийств евреев в аэропортах, на железнодорожных станциях и в других публичных местах. В 1969 году доктор Джордж Хабаш, марионетка КГБ, объяснял: "Убийство одного еврея вне поля боя более эффективно, чем убийство сотни евреев на поле боя, так как привлекает больше внимания".
К концу 1960-х КГБ глубоко погряз в массовом терроризме против евреев, осуществляемом различными палестинскими организациями. Вот некоторые теракты, в которых был ответственен КГБ, за тот период, пока я был в Румынии: вооруженное нападение на офис Эль-Аля в Афинах в ноябре 1969 года, 1 погибший, 14 раненых; теракт в аэропорту "Бен-Гурион" 30 мая 1972 года, 22 погибших, 76 раненых; взрыв в кинотеатре Тель-Авива в декабре 1974 года, 2 погибших, 66 раненых; теракт в гостинице Тель-Авива в марте 1975 года, 25 погибших, 6 раненых; взрыв в Иерусалиме в мае 1975 года, 1 погибший, 3 раненых; взрыв на Сионской площади 4 июля 1975 года, 15 погибших, 62 раненых; теракт в брюссельском аэропорту в апреле 1978 года, 12 раненых; нападение на самолет Эль-Аля в Париже, 12 раненых.
В 1971 году КГБ приступил к операции "Тайфун", направленной на дестабилизацию Западной Европы. Баадер-Майнхоф (позднее RAF) и другие спонсируемые КГБ марксистские организации подняли волну антиамериканской террористической деятельности, которая сотрясла Западную Европу. Ричард Уэлш, глава подразделения ЦРУ в Афинах, был застрелен в Греции 23 декабря 1975 года. Генерал Александр Хейг, командующий силами НАТО в Брюсселе, получил ранение в результате взрыва бомбы, разворотившей его Mercedes так, что он не подлежал ремонту, в июне 1979 года.
В 1972 году Кремль решил настроить весь исламский мир против Израиля и США. Как говорил мне глава КГБ Юрий Андропов, миллиард противников нанесет Америке больший ущерб, чем могли бы миллионы. Мы должны были насаждать в исламском мире ненависть к евреям, достойную нацизма, чтобы превратить это эмоциональное оружие в террористическую бойню против Израиля и его основного сторонника США. Никто, находясь в американо-сионистской сфере влияния, не должен был больше чувствовать себя в безопасности.
По мнению Андропова, исламский мир был готовой чашкой Петри для разведения вирулентного штамма ненависти к Америке, выращенного из бактерии марксизма-ленинизма. Исламизм и антисемитизм глубоко укоренились. Мусульмане знают вкус национализма, шовинизма и поиска врагов. Их безграмотную подавленную толпу можно легко довести до точки кипения.
Терроризм и насилие против Израиля и его хозяев, американского сионизма, естественным образом вытекают из религиозной страсти мусульман, наставлял меня Андропов. Нам надо было только повторять заученные темы: что США и Израиль - это "фашистские империалистические сионистские государства", управляемые богатыми евреями. Исламский мир был одержим идеей не дать неверным оккупировать их территорию и очень восприимчив к характеристике конгресса США как сионистской организации, предназначенной для того, чтобы превратить мир в еврейское владение.
Кодовым названием этой операции было СИГ - "Сионистские государства", и она находилась в румынской "сфере влияния", так как охватывала Ливию, Ливан и Сирию. СИГ была крупной партийной и государственной операцией. Мы создавали совместные предприятия для строительства больниц, домов и дорог в этих странах и отправляли туда врачей, инженеров, технических специалистов, профессоров и даже инструкторов по танцам. Все они получали задание изображать Соединенные Штаты высокомерной и наглой еврейской вотчиной, финансируемой еврейскими деньгами и управляемой еврейскими политиками, чья цель - подчинить весь исламский мир.
В середине 1970-х КГБ приказал моей службе и другим таким же службам Восточной Европы прочесать страну на предмет поиска надежных партийных активистов, принадлежащих к исламским этническим группам, провести с ними обучение в области дезинформации и террористических операций и направить в страны нашей сферы влияния. Их заданием было экспортировать слепую яростную ненависть к американскому сионизму путем манипуляции давней неприязни к евреям среди обителей этого региона. Прежде чем я навсегда покинул Румынию в 1978 году, подведомственная мне румынская секретная служба направила около 500 таких агентов под прикрытием в различные исламские страны. По приблизительной оценке, полученной из Москвы, к 1978 году разведки всего социалистического блока направили в страны исламского мира около 4 тысяч агентов.
В середине 1970-х мы также начали отправлять в исламские страны переведенные на арабский язык "Протоколы сионских мудрецов", подделку времен российского царизма, которую в качестве основания своей антисемитской философии использовал Гитлер. Мы распространяли также сфабрикованный КГБ документ на арабском языке, утверждающий, что Израиль и его главный помощник США являются сионистскими странами, стремящимися превратить исламский мир в еврейскую колонию.
Мы как представители социалистического блока старались завоевать умы, потому что знали, что не можем одержать победу в военной битве. Сложно сказать, каковы долгосрочные последствия операции СИГ. Но кумулятивный эффект от распространения тысяч "Протоколов сионских мудрецов" в арабском мире и изображения Израиля и США смертельными врагами ислама определенно нельзя назвать конструктивным.
Постсоветская Россия претерпела беспрецедентную трансформацию, однако распространенное мнение, что гнусное советское наследие было выкорчевано с окончанием холодной войны так же, как нацизм в Германии после Второй мировой войны, не вполне верно.
В 1950-х, когда я был главой подразделения внешней разведки Румынии в Западной Германии, я видел, что гитлеровский Третий рейх уничтожен, военные преступники преданы суду, военные и полицейские силы расформированы, а нацисты сняты с государственных должностей.
Ничего такого не наблюдается в бывшем Советском Союзе. Ни один человек не попал под суд, хотя советский коммунистический режим уничтожил сотни миллионов людей. Большинство советских институтов сохранились, просто получив новые названия, и теперь ими управляют те же люди, что и при коммунизме. В 2000 году Кремль и российское правительство возглавил бывший офицер советской армии и офицер КГБ.
Германия никогда не стала бы демократией, если бы балом правили офицеры гестапо и СС.
11 сентября 2001 года президент России Владимир Путин стал первым лидером иностранного государства, выразившим сочувствие президенту Бушу в связи с "ужасной трагедией", как он это назвал. Однако вскоре Путин снова начал вовлекать свою страну в террористическую деятельность. В марте 2002 года он потихоньку восстановил продажу оружия иранскому террористическому диктатору Хаменеи и вовлек Россию в строительство атомного реактора в Бушере, предприятия по переработке урана, способного производить топливо для ядерного оружия.
Сотни российских технологов начали помогать иранскому правительству в разработке ракет "Шахаб-4" с радиусом действия свыше 2 тысяч км, которые могут доставить ядерные боеголовки или бактериальное оружие в любую точку Ближнего Востока и Европы.
Нынешний президент Ирана Махмуд Ахмадинежад уже объявил, что ничто не может остановить его страну на пути создания ядерного оружия, и заявил, что Израиль - это "позорное пятно на карте исламского мира", которое надо стереть.
Во время Второй мировой войны 405399 американцев погибли, чтобы уничтожить нацизм и антисемитский террор. Теперь мы стоим перед угрозой исламского фашизма и ядерного антисемитского терроризма. ООН не может дать никакой надежды. Она даже до сих пор не дала определения терроризму.
Говорят, клин клином вышибают. Кремль может быть нашей главной надеждой. В мае 2002 года министры иностранных дел НАТО одобрили партнерство с Россией, бывший врагом альянса. Весь остальной мир сказал, что холодная война закончилась. Капут. Теперь Россия хочет, чтобы ее приняли во Всемирную торговую организацию. Чтобы это произошло, Кремль должен сначала твердо усвоить, что он должен прекратить участвовать в терроризме.
Мы должны также помочь России понять, что в ее собственных интересах заставить президента Ахмадинежада отказаться от ядерных амбиций. Он непредсказуемый тиран, который может в определенный момент увидеть противника и в России. "Если Иран получит оружие массового уничтожения, транспортируемое с помощью ракет, это будет проблемой, - справедливо заметил президент Буш. - Это будет проблемой для всех нас, в том числе для России".

Генерал-лейтенант Ион Михай Пацепа - самый высокопоставленный сотрудник разведки
бывшего советского блока, когда-либо переходивший на сторону противника.
Его книга "Красные горизонты" издана в 27 странах

http://www.inopressa.ru/nationalreview/2006/08/25/17:09:56/kgb

Вернуться на главную страницу


ИЗРАИЛЬ МОЖЕТ ГОРДИТЬСЯ

Бриджит ГАБРИЭЛЬ, президент и создатель ACT
(American Congress For Truth)

Я восхищаюсь достижениями Государства Израиль и вкладом этой маленькой страны в мировое развитие. Как гражданка Ливана я благодарна этой нации и ее представителям, которые так много сделали для того, чтобы мир стал лучше. Израиль находится на 100-м месте среди самых маленьких стран мира с населением в соотношении 1 к 1000 от населения планеты. И в то же время именно этой стране принадлежат следующие достижения.
1. Мобильный телефон был сконструирован израильтянами, работающими в компании "Моторола". В Израиле расположен ее самый крупный исследовательский центр.
2. Большинство операционных систем Windows NT and XP разработаны компанией Microsoft-Israel.
3. Технология производства микросхемы Pentium MMX была спроектирована в Израиле компанией "Интел".
4. Микропроцессор Pentium-4 и процессор Centrino полностью спроектированы, сконструированы и произведены в Израиле. Скорее всего, микропроцессор Pentium, установленный в вашем компьютере, произведен в Израиле.
5. Технология голосовой почтовой связи была сконструирована в Израиле.
6. За пределами США у крупнейших американских компаний Microsoft и Cisco свои филиалы по исследованию и разработке есть только в Израиле.
7. Знаменитая "Аська" - ICQ - система переговоров по Интернету в режиме реального времени - была разработана в 1996 году четырьмя молодыми израильтянами.
8. В Израиле самый высокий в мире процент домашних компьютеров на душу населения.
9. Соотношение выпускников университетов к населению страны в Израиле самое высокое в мире.
10. В Израиле самое большое число (на душу населения) научных работ, опубликованных за год (109 публикаций на 10,000 человек), а также одно из самых высоких мест по числу заявок на патенты.
11. В соотношении со своим населением Израиль обладает самым большим в мире (после знаменитой Силиконовой долины в США) числом компаний - 3, 500 (в основном, в сфере хай-тека), образованных "с нуля" - так называемых "старт-ап".
12. Израиль находится на втором после США месте в мире по объему капиталовложений в новые компании и отрасли (так называемый "венчурный капитал")
13. В Израиле самое большое (после США и Канады), число компаний, зарегистрированных в NASDAQ.
14. 24 процента работающего населения страны - выпускники университетов, что позволяет Израилю занимать третье место в мире после США и Голландии.
15. Израиль - единственная на Ближнем Востоке страна с либеральной демократией.

16. 22,000 эфиопских евреев были вывезены из районов бедствия в Израиль за период с 1984 по 1991 годы.

17. Когда в 1969 году Голду Меир избрали премьер-министром Израиля, она стала второй женщиной в мире, избранной на столь высокий политический пост.

18. Когда в 1998 году американское посольство в Найроби (Кения) было взорвано террористами "Аль-Каеды", первыми на место трагедии прибыли израильские спасатели.

19. Израиль находится на третьем месте в мире по числу предпринимателей, а коэффициент участия женщин и людей в возрасте выше 55 лет в бизнесе - самый высокий в мире.

20. Израиль находится на первом месте в мире по числу репатриантов и иммигрантов, приезжающих в страну.

21. Израиль - первая страна в мире, которая приняла "закон Кимберли" - процесс, удостоверяющий, что ввозимые в страну бриллианты добыты и/или проданы легально.

22. Израиль занимает второе место в мире по количеству издаваемых книг (на душу населения).

23. Израиль - единственная страна в мире, которая вступила в ХХI век с таким замечательным достижением, как значительное увеличение числа посаженных деревьев.

24. В Израиле самое высокое в мире число музеев на душу населения.

25. Израильские ученые разработали первую полностью компьютеризированную систему диагностирования рака груди, которая работает без использования радиоактивного облучения.

26. Израильские компании разработали компьютерную систему распределения медикаментов, использование которой позволяет избегать ошибок из-за невнимательности медперсонала. В американских госпиталях по этой причине ежегодно умирает 7 тысяч человек.
27. Израильской компанией Given Imaging впервые была разработана специальная видеокамера, которая вначале помещается в таблетку, а затем с ее помощью можно исследовать изнутри тонкий кишечник пациента, проглотившего эту таблетку. Этот способ позволяет диагностировать как раковые опухоли, так и другие заболевания пищеварительного тракта.
28. Израильские исследователи разработали прибор, который восстанавливает работу сердечной мышцы, тем самым позволяя спасти жизнь в случае остановки сердца.

29. На каждые 10.000 граждан Израиля приходится 145 ученых. Этот показатель гораздо выше, чем у других высокоразвитых стран. Так, в Америке на 10,000 человек приходится 85 ученых, в Японии - 70, в Германии - 60.

30. Проблема, хорошо знакомая подросткам и их родителям, - прыщи и угри на коже, в Израиле решена с помощью разработки прибора ClearLight. Без повреждения кожи бактерия, вызывающая образование прыщей и угрей, уничтожается с помощью тонкого высокоинтенсивного луча с нулевым содержанием ультрафиолета.

31. Израильская компания первой разработала и смонтировала в Южной Калифорнии в пустыне Mojave электростанцию, работающую на солнечной энергии.
Все вышеназванные достижения осуществлены израильтянами в исключительно напряженных условиях: на фоне войн и постоянной борьбы с непримиримым врагом, действия которого направлены на уничтожение этой страны.


Перевод с английского Р.Соломон

Российский след исламского террора, или Что связывает Москву с войной в Ливане?

Ион Михай ПАЦЕПА, inopressa.ru

Возможно, главным победителем из войны в Ливане вышел Кремль. Израиль обстреливался советскими катюшами и калашниковыми, российскими ракетами "Файр-1"и "Файр-3", российскими противотанковыми ракетами AT-5 и "Корнет". Российское устаревшее оружие стало последним криком моды среди террористов всего мира, и плохие парни точно знают, где его взять. Ящики от оружия, оставленные "Хизбаллах", были подписаны: "Получатель: министерство обороны Сирии. Отправитель: КБП, Тула, Россия".
Сегодняшний международный терроризм был сконструирован на Лубянке в штаб-квартире КГБ после шестидневной войны на Ближнем Востоке в 1967 году. Я сам был свидетелем его рождения в свою бытность коммунистическим генералом. Израиль взял верх над Египтом и Сирией, чьими воинственными правительствами управляли советники от советской разведки, после чего Кремль решил вооружить враждебных соседей Израиля палестинцев и вовлечь их в террористическую войну против Израиля.
Генерал Александр Сахаровский, создавший структуру румынской коммунистической разведки, а затем возглавил всю внешнюю разведку советской России, часто внушал мне: "В современном мире, когда ядерное оружие сделало использование военной силы устаревшим методом, терроризм должен стать нашим основным оружием".
Между 1968 и 1978 годом, когда я порвал с коммунизмом, силы безопасности одной Румынии направляли каждую неделю по два грузовых самолета с военными боеприпасами палестинским террористам в Ливан. После падения коммунизма архивы восточногерманской "Штази" показали, что только в 1983 году их служба внешней разведки направила в Ливан AK-47 на сумму 1877600 долларов. По словам Вацлава Гавела, коммунистическая Чехословакия направила исламским террористам 1000 тонн взрывчатки "Семтекс-Х" (которая не имеет запаха и не распознается специально обученными собаками) - этого количества хватит на 150 лет.
Террористическая война сама по себе развернулась в конце 1968 года, когда КГБ превратил захват самолетов - оружие, выбранное для терактов 11 сентября, - в инструмент террора. Только в 1969 году финансируемая КГБ Организация освобождения Палестины захватила 82 самолета. В 1971 году, когда я встречался с Сахаровским у него на Лубянке, он привлек мое внимание к морю красных флагов, приколотых к карте мира, что висела на стене. Каждый флаг означал захваченный самолет. "Захват самолетов - мое личное изобретение", - сказал он.
Политический "успех", полученный путем захвата израильских самолетов, привел 13-й отдел КГБ, известный на неофициальном жаргоне как "отдел по мокрым делам", к мысли расширить эту деятельность до убийств евреев в аэропортах, на железнодорожных станциях и в других публичных местах. В 1969 году доктор Джордж Хабаш, марионетка КГБ, объяснял: "Убийство одного еврея вне поля боя более эффективно, чем убийство сотни евреев на поле боя, так как привлекает больше внимания".
К концу 1960-х КГБ глубоко погряз в массовом терроризме против евреев, осуществляемом различными палестинскими организациями. Вот некоторые теракты, в которых был ответственен КГБ, за тот период, пока я был в Румынии: вооруженное нападение на офис Эль-Аля в Афинах в ноябре 1969 года, 1 погибший, 14 раненых; теракт в аэропорту "Бен-Гурион" 30 мая 1972 года, 22 погибших, 76 раненых; взрыв в кинотеатре Тель-Авива в декабре 1974 года, 2 погибших, 66 раненых; теракт в гостинице Тель-Авива в марте 1975 года, 25 погибших, 6 раненых; взрыв в Иерусалиме в мае 1975 года, 1 погибший, 3 раненых; взрыв на Сионской площади 4 июля 1975 года, 15 погибших, 62 раненых; теракт в брюссельском аэропорту в апреле 1978 года, 12 раненых; нападение на самолет Эль-Аля в Париже, 12 раненых.
В 1971 году КГБ приступил к операции "Тайфун", направленной на дестабилизацию Западной Европы. Баадер-Майнхоф (позднее RAF) и другие спонсируемые КГБ марксистские организации подняли волну антиамериканской террористической деятельности, которая сотрясла Западную Европу. Ричард Уэлш, глава подразделения ЦРУ в Афинах, был застрелен в Греции 23 декабря 1975 года. Генерал Александр Хейг, командующий силами НАТО в Брюсселе, получил ранение в результате взрыва бомбы, разворотившей его Mercedes так, что он не подлежал ремонту, в июне 1979 года.
В 1972 году Кремль решил настроить весь исламский мир против Израиля и США. Как говорил мне глава КГБ Юрий Андропов, миллиард противников нанесет Америке больший ущерб, чем могли бы миллионы. Мы должны были насаждать в исламском мире ненависть к евреям, достойную нацизма, чтобы превратить это эмоциональное оружие в террористическую бойню против Израиля и его основного сторонника США. Никто, находясь в американо-сионистской сфере влияния, не должен был больше чувствовать себя в безопасности.
По мнению Андропова, исламский мир был готовой чашкой Петри для разведения вирулентного штамма ненависти к Америке, выращенного из бактерии марксизма-ленинизма. Исламизм и антисемитизм глубоко укоренились. Мусульмане знают вкус национализма, шовинизма и поиска врагов. Их безграмотную подавленную толпу можно легко довести до точки кипения.
Терроризм и насилие против Израиля и его хозяев, американского сионизма, естественным образом вытекают из религиозной страсти мусульман, наставлял меня Андропов. Нам надо было только повторять заученные темы: что США и Израиль - это "фашистские империалистические сионистские государства", управляемые богатыми евреями. Исламский мир был одержим идеей не дать неверным оккупировать их территорию и очень восприимчив к характеристике конгресса США как сионистской организации, предназначенной для того, чтобы превратить мир в еврейское владение.
Кодовым названием этой операции было СИГ - "Сионистские государства", и она находилась в румынской "сфере влияния", так как охватывала Ливию, Ливан и Сирию. СИГ была крупной партийной и государственной операцией. Мы создавали совместные предприятия для строительства больниц, домов и дорог в этих странах и отправляли туда врачей, инженеров, технических специалистов, профессоров и даже инструкторов по танцам. Все они получали задание изображать Соединенные Штаты высокомерной и наглой еврейской вотчиной, финансируемой еврейскими деньгами и управляемой еврейскими политиками, чья цель - подчинить весь исламский мир.
В середине 1970-х КГБ приказал моей службе и другим таким же службам Восточной Европы прочесать страну на предмет поиска надежных партийных активистов, принадлежащих к исламским этническим группам, провести с ними обучение в области дезинформации и террористических операций и направить в страны нашей сферы влияния. Их заданием было экспортировать слепую яростную ненависть к американскому сионизму путем манипуляции давней неприязни к евреям среди обителей этого региона. Прежде чем я навсегда покинул Румынию в 1978 году, подведомственная мне румынская секретная служба направила около 500 таких агентов под прикрытием в различные исламские страны. По приблизительной оценке, полученной из Москвы, к 1978 году разведки всего социалистического блока направили в страны исламского мира около 4 тысяч агентов.
В середине 1970-х мы также начали отправлять в исламские страны переведенные на арабский язык "Протоколы сионских мудрецов", подделку времен российского царизма, которую в качестве основания своей антисемитской философии использовал Гитлер. Мы распространяли также сфабрикованный КГБ документ на арабском языке, утверждающий, что Израиль и его главный помощник США являются сионистскими странами, стремящимися превратить исламский мир в еврейскую колонию.
Мы как представители социалистического блока старались завоевать умы, потому что знали, что не можем одержать победу в военной битве. Сложно сказать, каковы долгосрочные последствия операции СИГ. Но кумулятивный эффект от распространения тысяч "Протоколов сионских мудрецов" в арабском мире и изображения Израиля и США смертельными врагами ислама определенно нельзя назвать конструктивным.
Постсоветская Россия претерпела беспрецедентную трансформацию, однако распространенное мнение, что гнусное советское наследие было выкорчевано с окончанием холодной войны так же, как нацизм в Германии после Второй мировой войны, не вполне верно.
В 1950-х, когда я был главой подразделения внешней разведки Румынии в Западной Германии, я видел, что гитлеровский Третий рейх уничтожен, военные преступники преданы суду, военные и полицейские силы расформированы, а нацисты сняты с государственных должностей.
Ничего такого не наблюдается в бывшем Советском Союзе. Ни один человек не попал под суд, хотя советский коммунистический режим уничтожил сотни миллионов людей. Большинство советских институтов сохранились, просто получив новые названия, и теперь ими управляют те же люди, что и при коммунизме. В 2000 году Кремль и российское правительство возглавил бывший офицер советской армии и офицер КГБ.
Германия никогда не стала бы демократией, если бы балом правили офицеры гестапо и СС.
11 сентября 2001 года президент России Владимир Путин стал первым лидером иностранного государства, выразившим сочувствие президенту Бушу в связи с "ужасной трагедией", как он это назвал. Однако вскоре Путин снова начал вовлекать свою страну в террористическую деятельность. В марте 2002 года он потихоньку восстановил продажу оружия иранскому террористическому диктатору Хаменеи и вовлек Россию в строительство атомного реактора в Бушере, предприятия по переработке урана, способного производить топливо для ядерного оружия.
Сотни российских технологов начали помогать иранскому правительству в разработке ракет "Шахаб-4" с радиусом действия свыше 2 тысяч км, которые могут доставить ядерные боеголовки или бактериальное оружие в любую точку Ближнего Востока и Европы.
Нынешний президент Ирана Махмуд Ахмадинежад уже объявил, что ничто не может остановить его страну на пути создания ядерного оружия, и заявил, что Израиль - это "позорное пятно на карте исламского мира", которое надо стереть.
Во время Второй мировой войны 405399 американцев погибли, чтобы уничтожить нацизм и антисемитский террор. Теперь мы стоим перед угрозой исламского фашизма и ядерного антисемитского терроризма. ООН не может дать никакой надежды. Она даже до сих пор не дала определения терроризму.
Говорят, клин клином вышибают. Кремль может быть нашей главной надеждой. В мае 2002 года министры иностранных дел НАТО одобрили партнерство с Россией, бывший врагом альянса. Весь остальной мир сказал, что холодная война закончилась. Капут. Теперь Россия хочет, чтобы ее приняли во Всемирную торговую организацию. Чтобы это произошло, Кремль должен сначала твердо усвоить, что он должен прекратить участвовать в терроризме.
Мы должны также помочь России понять, что в ее собственных интересах - заставить президента Ахмадинежада отказаться от ядерных амбиций. Он непредсказуемый тиран, который может в определенный момент увидеть противника и в России. "Если Иран получит оружие массового уничтожения, транспортируемое с помощью ракет, это будет проблемой, - справедливо заметил президент Буш. - Это будет проблемой для всех нас, в том числе для России".

Об авторе. Генерал-лейтенант Ион Михай Пацепа - бывший шеф "Секуритатэ" - могущественной охранки президента Чаушеску, самый высокопоставленный сотрудник разведки бывшего советского блока, когда-либо переходивший на сторону противника. Написал и издал в США книгу "Красные горизонты", переизданную почти в трех десятках стран. Сам Пацепа последние 27 лет живет в США инкогнито, тщательно скрываясь от своих бывших коллег-подчиненных.

http://www.inopressa.ru/print/nationalreview/2006/08/25/17:09:56/kgb
25 августа 2006

Вернуться на главную страницу


За коллективную безответственность
приходится расплачиваться искуплением

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ (АНН). Меня с детства долго мучил вопрос, как так получилось, что культурная и образованная Германия превратилась в тридцатых годах прошлого века в чудовищного монстра, ввергнувшего человечество в невиданную по масштабам бойню. Позже мне показалось, что, если я найду ответ на этот вопрос, я смогу понять, почему СССР стал такой чудовищной преступной страной, и кто виноват во всем этом.
Естественно, думать об ответственности всех жителей многострадальной страны и своей лично мне, что называется, и в голову не приходило. Виноват кто-то или что-то. И уж не я, во всяком случае.
Ответа я не находил, пока вскоре после громкого суда над Даниэлем и Синявским в 1966 году, мне в руки не попал тамиздатовский сборник их произведений. Читать такие книги приходилось очень быстро - надо было кому-то передавать, но, тем не менее, за отпущенную ночь я всё прочитал, а осмысливать прочитанное приходилось уже без книги.
И тогда я понял, что нашел ответ на мучивший меня вопрос, почему культурная и образованная Германия превратилась в историческое чудовище. Помог мне в этом рассказ (или новелла) Юлия Даниэля "Искупление". Сюжет прост: успешный по советским меркам времен хрущевской оттепели герой рассказа неожиданно обвиняется кругом людей, мнением которых он дорожит, в стукачестве во времена сталинских репрессий.
Но стукачом он не был! А один пожилой человек ему объяснил, что наказания без вины не бывает. Те, кто попал в лагерь якобы по его доносу, виноваты в том, что знали и понимали, что происходит в стране, и понесли наказание за бездействие, а герой рассказа несет ответственность за свое бездействие теперь, просто позже…
Конечно, может быть, всё это и не так. В действительности всё значительно сложнее и без иррациональности, скорее - в режиме случайностей или вероятностей, но все-таки какие-то механизмы коллективной ответственности за происходящее в стране и мире работают. "Каждый народ имеет то правительство, которого он заслуживает", - сказал прижившуюся во всем мире фразу как истину Жозеф Мари де Местр, французский консервативный мыслитель и роялистский государственный деятель (1754-1821).
Членство в национал-социалистической рабочей партии Германии было добровольным? Или принудительным? А в ВКП(б) - КПСС? В КПСС так в НИИ и КБ очереди стояли. Норма на интеллигенцию была. И оправдания у соискателей партбилетов были: партия, конечно, дерьмо, но - начальником лаборатории не поставят, диссертацию не защитить, в командировку в вожделенную заграницу (в ГДР или Болгарию!) не пустят. Некоторые рассказывали, что будут расшатывать партию изнутри. Они, что ли, расшатали?
Для большинства людей, как и для героя "Искупления", самыми важными являются оценки ближнего круга своего общения. Семья, друзья, соседи, коллеги по работе, какие-то единомышленники. И вот вступает добропорядочный бюргер в НСДАП, и почти все в Германии понимали, особенно в начале гитлеровского режима, что это, как минимум, неприлично. Но вот мой друг Ганс - приличный человек. Он ничего плохого себе в этой партии не позволит. И вообще, приличные люди улучшат эту партию. И Ганса в ближнем кругу никто не осуждал, ему не было стыдно, а эволюция партии и членов этой партии шла свои путем, и до чего они вместе дошли - мы теперь знаем. И немецкий народ жестоко расплатился за свой конформизм.
Аналогично было и с КПСС. Думаю, и с некоторыми другими партиями и всякими "нашими" происходит то же самое. Мы их не презираем, подаем руку, принимаем у себя в доме. А не надо бы, ох, не надо бы! Все это называется конформизмом, за который никого не судят, но за который есть коллективная ответственность в виде судьбы населения и страны в целом.
Я скажу кощунственную вещь: кровь и гибель людей на Ближнем Востоке - в какой-то степени расплата населения за конформизм и согласие с человеконенавистническими идеями, которые не встречают сопротивления у того самого населения. Очень часто рассказывают, что ислам - очень гуманная религия, ужас как толерантная. Но рассказывают это почему-то европейцам, а не тем фанатам от ислама, которые мечтают весь мир превратить в громадный халифат, ликвидировав всех, кто с этим не согласен, - всяких "неверных", христиан, иудеев.
Я - человек нерелигиозный, но ощущение какой-то жестокой несправедливости одолело меня в Стамбуле, когда я увидел еще константинопольские православные храмы, превращенные в мечети. А сколько крови при этом пролили гуманные мусульмане-завоеватели, уничтожая неверных? Вспомните, свастика пришла в Европу из арабского мира. Было странно в узорах самаркандских медресе видеть свастику. Ну, думалось, фашисты заимствовали и испоганили символ. Может, и так, но, безусловно, какая-то идеологическая сродственность между фашизмом и арабским антисемитизмом есть. Идеи арийского превосходства нашли горячий отклик у арабского антисемитизма, и когда кончилась Вторая мировая война, радовался весь мир, но не арабский мусульманский мир.
Идея избавления мира от евреев не была доведена до желательного им результата. Более того, было создано еврейское государство, что усугубило их ненависть к евреям, американцам и европейцам. Мне очень страшно и больно осознавать, что сейчас гибнут, как постоянно подчеркивается, мирные люди в Ливане, в секторе Газы и, заметим, в Израиле.
Да, но они терпели какие-то очевидные недобросовестности и несправедливости в своих странах, у своих вождей. Они мирятся с национальной и религиозной ненавистью и нетерпимостью, у многих это стало естественным состоянием. Наверное, это в какой-то степени относится и к Израилю, но там это, скорее, следствие постоянной злобности окружающих их стран, не желающих смириться с самим фактом существования еврейского государства.
А еще я не могу забыть телевизионного кадра из какой-то арабской страны 11 сентября (не из Бейрута ли?), когда жители этой страны впадали в радостное неистовство по случаю гибели огромного количества мирных американцев от рук арабских террористов, захвативших самолеты и направивших их на башни Всемирного торгового центра для убийства мирных людей. Но, может быть, гибель мирных ливанцев и есть та цена, которую платит народ этой страны за свою ненависть к евреям вообще и за поддержку террористической организации "Хизбалла"? Ведь именно "Хизбалла" начала обстреливать Израиль ракетами до начала военных действий израильтян! А бесчисленные теракты в Израиле - в ресторанах, дискотеках, на улицах? Там ведь тоже гибли мирные люди.
Я никого не хочу обвинить. Видимо, я тоже виноват, как все, а, может, и больше. Я хочу, чтобы мы все перечитали замечательный философский рассказ-притчу Юлия Даниэля "Искупление" и подумали бы все вместе, правильно ли мы живем? Все ли делаем для того, чтобы жить лучше, всегда ли мы честны? И не зря ли мы доверяем нашим властям так, что они могут делать то, что хотят, не обращая на нас никакого внимания?
Давайте подумаем, почему в России не приживается демократия, а вместо нее нам подсовывают какие-то суррогаты типа то социалистической, то управляемой, а теперь вот какой-то суверенной демократии.
Главное, что в них, этих суррогатах, нет основных признаков демократии - нет задачи обеспечения прав человека, нет свободы слова и информации, нет подконтрольности властей своему народу, нет реальных партий и выборов, и есть колоссальное монопропагандистское пространство, характерное исключительно для тоталитарных режимов. И мы покорно со всем этим соглашаемся, хотя всем ясно - в России осуществлен демонтаж демократии.
Конечно, большинство населения этого не создавало и как бы и не виновато в этом, но оно спокойно относится к тому, как власть отбирает у нас свободы и деформирует наше сознание. И расплата за это неизбежна. Неужели мы всерьез думаем, что для нас это пройдет безнаказанно? Первое наказание мы уже имеем: страна живет бедно и убого, с дефицитом денег у большинства населения и с крепким застоем в хозяйственной жизни страны, чреватой еще большими проблемами в социально-экономической сфере, а за ними могут последовать и иные беды. Неужели прошедший XX век так ничему и не научил нас?

Юрий ВДОВИН, заместитель председателя
Санкт-Петербургской правозащитной
организации "Гражданский контроль"

Кремлёвские евреи

Эдуард ЛИМОНОВ, писатель, лидер НБП, Москва

Меня возмутило заявление, сделанное 8 августа человеком по фамилии Борода от имени организации ФЕОР (Федерация еврейских общин России) и посланное в Европейский суд по правам человека. В заявлении содержатся клеветнические выпады против НБП. Я не стану здесь повторять их - высказывания г-на Бороды получат в самое ближайшее время оценку в российском суде. Скажу лишь, что г-н Борода в своем послании в Страсбург не скрывает своей цели помешать "организации, именующей себя "Национал-большевистская партия"(НБП), заручиться поддержкой Европейского суда по правам человека в деле официального признания в России".
Поскольку организация г-на Бороды выступает против НБП и меня лично уже второй раз (в марте с.г. г-да Берл Лазар и Борода попытались лишить меня заработка колумниста в журнале GQ, но не преуспели в своей подлости), я решил выяснить, что такое ФЕОР, и таким образом понять, откуда эта злобная клевета. Почему? За что?
Вот что я выяснил. ФЕОР провела свой первый съезд в ноябре 1999 года. Образована она была с целью оттягать контроль над еврейскими общинами России у Российского еврейского конгресса, во главе которого стоял тогдашний главный раввин России Адольф Шаевич - сторонник оппозиционного Кремлю банкира и владельца НТВ Гусинского. Во главе ФЕОР встал раввин общины "Хабад-Любавич" г-н Берл Лазар (в то время даже не гражданин РФ - родился он в 1964 году в Милане, учился в Нью-Йорке). 13 июня 2000 года Берл Лазар по желанию и с помощью Кремля был избран главным раввином России. Г-на Гусинского, интереснейший факт, арестовали буквально через несколько часов после того, как близкий к Гусинскому Адольф Шаевич был смещен с поста главного раввина России. По свидетельству самого Шаевича, в мае 2000 года среди уговаривавших его уступить свое место Берлу Лазару был и Владислав Сурков. То есть в 2000 году, когда власть окончательно сменилась, то и поле еврейской духовности, точнее, управление этой духовностью, было зачищено. Так же вульгарно и бесцеремонно, как зачищали неугодных олигархов и медиа-магнатов. Поставили во главе еврейской религиозности "своего" Берла Лазара. И по-скорому за считанные дни тогда же сделали его российским гражданином.
Борода же Алексей Моисеевич родился в 1968 году в московском районе Марьина Роща в семье инженеров. Там стояла старая деревянная синагога. Вот что интересно, наверное, будет узнать г-ну Бороде: именно в 1968-1970 годах я жил неподалеку, снимал комнату в аварийном доме и часто ходил гулять в Марьину Рощу вместе с тогдашней женой моей Анной Моисеевной Рубинштейн. Может быть, в одной из колясок за деревянными палисадниками кричал в это время только что родившийся г-н Борода... И вот нате, через годы этот господин лжет - и клевещет не из личной неприязни ко мне, но всего лишь отрабатывает долг Кремлю, сделавшему ФЕОР начальниками над еврейской духовностью. А в 1968 году все младенцы за палисадниками были такие милые...
В октябре 2004 года на III съезде ФЕОР председателем правления был избран Александр Борода, до этого занимавший пост исполнительного вице-президента. Председателем же попечительского совета ФЕОР является - кто бы вы думали? - Абрамович Роман Аркадьевич. Не знаю, где он родился, может, тоже в Марьиной Роще, может, я и его видел, прогуливаясь там с покойной супругой моей Анной Моисеевной, видел в коляске...
Адольф Шаевич не сразу сдался. Некоторое время после избрания Берла Лазара (у которого Борода был исполнительным вице-президентом) в России было два главных раввина. Причем следует учесть, что Шаевич примыкает к основному, наиболее массовому направлению в иудаизме, а Берл Лазар принадлежит к хасидскому течению. С точки зрения нормального религиозного еврея - сектант. Вот что говорил Шаевич четыре года назад в интервью "Газете":
- Почему Путин вывел вас из состава президентского религиозного совета и на ваше место поставил Берла Лазара?
- Это к религии никакого отношения не имеет, это политика, экономика. Моих страданий тут нет, повода для переживаний - тоже.
- Почему Путин пришел не в вашу, старейшую в Москве синагогу, а в хасидскую?
- Не знаю, наверное, советники посоветовали... Есть люди, лоббирующие интересы. Какая, скажите мне, необходимость человеку, плохо говорящему по-русски, давать российское гражданство в течение двух недель? 31 мая у него гражданства не было, а 13 июня - уже было. Никому не интересно знать, почему Берл Лазар стал главным раввином России в тот день, когда арестовали Гусинского. У них шла конференция, в повестке дня никаких выборов главных раввинов не было. Кто-то приехал из Кремля, вызвали Лазара и через десять минут объявили, что сейчас будут проходить выборы главного раввина России. И вот два десятка раввинов, из которых 18 - не граждане России, его выбрали. И это тоже никого не удивило! Выборы были в два часа дня, а в шесть арестовали Гусинского. Я ничего не потерял оттого, что меня перестали звать в Кремль. Меня евреи как уважали, так и уважают. Я никого не продал, не поднимался на чьих-то костях...
И еще из того же интервью:
- Они хотят, чтобы я ушел, а уж если бы умер, наверное, вообще были бы довольны. Хотят, чтобы все было под ними и они были бы тут единственными хозяевами. И в этом единственная причина наших разногласий и, соответственно, нежелания идти на какие-то контакты. Такого нет ни в одной стране мира - их никто не признает, ни на какой "верх" их не пускают, они совершенно автономны. Они, грубо говоря, секта, называйте их "машихисты", как угодно... За Берлом Лазаром стоит мощное финансовое обеспечение, денег немерено, не то что у нас. Они потихонечку перекупали разные общины по всей стране.
Резюмирую вышеизложенное. К власти Берла Лазара и его Александра Бороду привел Кремль. Приехал кто-то из Кремля, и 20 раввинов, 18 из которых не граждане РФ, выбрали для Путина ЕГО ГЛАВНОГО РАВВИНА России. Неудивительно, что главный раввин (первое письмо в GQ было подписано самим Берлом Лазаром) и председатель правления ФЕОР должны теперь Путину. Им приходится бороться с НБП (так же, как губернаторам - помните, только что было послание 13 губернаторов, - депутатам, министрам, всем государевым людям). При этом, комментируя свое заявление, г-н Борода совершенно определенно заметил: "НБП не является антисемитской организацией, однако от этого она не становится менее опасной". Далее следовало бы поставить не точку, но запятую и уточнить для кого. Разумеется, не для евреев, ДЛЯ КРЕМЛЯ.
Раввин Адольф Шаевич сказал о себе: "Я никого не продал, не поднимался на чьих-то костях". В противоположность всем этим ребятам из ФЕОР, из Марьиной Рощи. Борода хочет подняться за счет НБП?
Таким образом, я выяснил для себя окончательно и бесповоротно: Кремль возвысил руководство религиозной секты любавичских хасидов в РФ до уровня государственного кремлевского иудаизма. За это время ребята из Марьиной Рощи стали кремлевскими евреями. Таких в стране подавляющее меньшинство. Как к ним относиться? Да так же, как к кремлевским православным иерархам, как к кремлевским мусульманам. Понимать, что их голоса - голоса лакеев Кремля, выполняющих особые поручения. Я постараюсь объяснить это страсбургским судьям.
Анна Моисеевна, будучи женщиной экспансивной, если б знала, кем станет младенец из коляски за палисадником в Марьиной Роще, думаю, плюнула бы в сторону коляски, где лежал младенец Борода.
Клеветать - нехорошо, совесть продавать - гадко, лаять собакой, если хозяин попросит, - последнее дело, г-н Борода. И у хасидов, и у христиан, и в тюрьме.
P.S. Я бы не лез в дела "кремлевских" евреев, если бы "кремлевские" евреи не выступили против моей партии. Пришлось. Самозащита.

Грани.ru, 15.08.2006

Вернуться на главную страницу


 

Добровольные помощники Насраллы

Дмитрий СИДОРОВ, специальный корреспондент
ИД "Коммерсант" в Вашингтоне

ООН снова вышла на панель торговать своим "ценным" мнением по поводу "использования Израилем не адекватной силы" против террористов из организации "Хизбалла".
Кофи Аннан так же, как и его заместитель Малох Браун, требуют прекратить огонь, предлагая ввести на границу Ливана с Израилем "голубые" каски. Они, при виде боевиков из "Хизбаллы", первыми покинут свои позиции, как это неоднократно случалось ранее.
Вместе с Аннаном и Брауном "в люди" вышли и Владимир Путин с Евгением Примаковым. Очевидно, что руководство Кремля вместе с отцом-основателем ближневосточной политики СССР и России никак не хотят терять позиции в Сирии, Иране и на палестинских территориях, которые дают Москве возможность для серьезного противостояния Вашингтону. Для тех, кто не в курсе: Иран создал ливанскую "Хизбаллу", которая получает деньги, оружие и подкрепление через Сирию.
Интересно, понравится ли Владимиру Путину или Евгению Примакову, если террористы из какой-нибудь соседней с Россией страной начнут красть пограничников и обстреливать "катюшами", например, Брянск и Смоленск или Хабаровск с Владивостоком?
Как вам такие сообщения информагентств за неделю: "В понедельник утром боевики захватили трех солдат Н-ского полка. Во вторник обстрелу подверглись площади и здания двух городов России. Данные о разрушениях и жертвах уточняются".
Думаю, что в результате ответного удара, пользуясь незамысловатым языком президента России, не осталось бы ни одного сортира, в котором можно было бы помочиться.
К вышеупомянутым ООН и Кремлю примкнул и президент Франции Жак Ширак. В отличие от Путина и Примакова, антиизраильская позиция которых не изменилась с годами, Ширак последние полторы недели вел себя, как настоящая куртизанка. Нет, неуважительно как-то получилось. Скажем так: как некоторые герои фильма Эльдара Рязанова "Гараж", нервно перебегавшие из одного лагеря в другой.
Перенесите вымышленную картинку военных действий из России во Францию или в другие страны ЕС, представьте себе похищения чиновников и обстрел здания ООН в Нью-Йорке и праведный гнев охватит вас, если вы услышите призывы к прекращению огня и перемирию с террористами, исходящие из любой точки земного шара.
Позиция ООН, Кремля, Елисейского дворца и руководства ЕС, занятая в нынешней войне Израиля с "Хизбаллой", вряд ли вызовет удивление у кого-то, кто хоть немного знает о современной истории отношений на Ближнем Востоке.
Где были последние десять лет Россия, Франция, ЕС и тот же ООН, когда ливанская "Хезболла", "элитное" подразделение иранских стражей исламской революции, получала в Ливане оружие и деньги, шедшие из Тегерана через Дамаск?
Если Россия и ЕС привержены борьбе с терроризмом в той степени, в которой они об этом говорят, то почему ни Москва, ни Брюссель до сих пор не включили "Хизбаллу" в список террористических организаций?
Последний по времени вывод сирийских войск из Ливана в 2005 году расценивался мировым сообществом как большая победа демократии. Но почему-то никто в ООН не обратил внимания на то, что в Ливане остаются террористы из "Хизбаллы". Несмотря на то, что еще в 2000 году СБ ООН принял резолюцию 1559, которая требовала разоружения этой организации, много лет "висевшей на заборе" границы с Израилем.
Тогда подразумевалось, что ливанская армия, численность и мощь которой равна политическому влиянию коммунистической партии в США, сможет взять под охрану границу с Израилем, отодвинув от нее "Хизбаллу".
Если бы за это решение отвечали дауны, а не политики, можно было бы говорить об их крайней наивности. На самом же деле фактическое решение оставить "Хизбаллу" в покое в Ливане, по умолчанию принятое членами Совбеза ООН, включая США, было не чем иным, как компромиссным решением проблемы. Трудно представить, что страны, которые принимали участие в этих переговорах, не понимали, что гром рано или поздно грянет.
Когда он грянул, США стали практически единственной страной, которой хватило мужества изменить свою позицию, то есть перестать ограничивать действия Израиля против террористов. Действия Вашингтона могут стоить ему довольно дорого, если учитывать реакцию на конфликт дружественных ему арабских стран на Ближнем Востоке и в Персидском заливе, включая иракское руководство и новое правительство Ливана.
Война с Израилем, начатая "Хизбаллой", выходит далеко за рамки ракетных обстрелов Цфата, Сдерота, Назарета и Хайфы или ответных ударов по Бейруту и Южному Ливану. Фактически ситуация, спровоцированная "Хизбаллой", в который раз проверяет мир на вшивость по отношению к Сирии и Ирану, стоящими за ней. Мир пока эту проверку не прошел и вряд ли пройдет.
Слишком много различных политических, экономических и военных интересов существует на Ближнем Востоке у тех же России, Франции и США для того, чтобы позволить Израилю или им самим до конца разобраться с "Хизбаллой" в Ливане, а также с Дамаском и Тегераном.
Впрочем, пока Вашингтон продолжает поддерживать Израиль, остается шанс на то, что значительная часть вооружений и боевиков из ливанской группировки "Хизбалла" будут уничтожены, а зубы ее лидера Насраллы, вместе с ним или отдельно от него, будут осматривать израильские врачи - так же, как это делали их американские коллеги в случае с Саддамом Хусейном.
Что же касается Кофи Аннана, Владимира Путина, Евгения Примакова, Жака Ширака и Хавьера Соланы из ЕС, то вместо того, чтобы объяснять, что у терроризма одно лицо, я предложил бы им вместе со своими семьями года на полтора переехать в мошав Авивим на севере Израиля, рядом с ливанской границей. Там прямо перед колючей проволокой растут виноградники, за которыми тайским рабочим трудно ухаживать из-за постоянных обстрелов "Хизбаллы".
Почему бы Шираку, который ничему не научился во время арабских беспорядков во Франции, и миролюбивому Путину, особенно после Дубровки и Беслана, вместе со своими коллегами не купить эту замечательную землю и не заняться сбором винограда и производством вина? Добро пожаловать на северную границу. Бомбоубежища ждут вас.

"Ежедневный журнал", 22 июля 2006

Война, ненужная Израилю

Даниэль ПАЙПС, New York Sun

Ответственность за идущие сейчас военные действия лежит целиком на врагах Израиля. Они применяют бесчеловечные методы ведения войны для выполнения своих варварских целей. Я желаю вооруженным силам Израиля всяческих успехов в борьбе с террористами в Газе и Ливане, и надеюсь, что они нанесут сокрушительное поражение террористическим организациям ХАМАС и "Хизбалла" при минимальном количестве собственных потерь. В то же время хочу сказать, что именно ошибочные израильские решения, принятые в последние 13 лет, привели к этой ненужной войне.
В течение 45 лет, с 1948 по 1993 гг., израильское стратегическое видение, блестящая тактика, технологические инновации и логистическое мастерство позволили создать необходимые силы сдерживания (англ. deterrence - сдерживание, удержание от враждебных действий, устрашение). Глубокое понимание трудностей, стоящих перед страной, дополненное деньгами, силой воли и преданностью стране, позволили израильскому государству создать себе репутацию жесткости и последовательности.
Руководство страны сосредоточило внимание на разуме и настроении врага, и приняло "на вооружение" политику, направленную на деградирование его морали с целью стимулировать чувство поражения и сознания того, что еврейское государство - перманентно существующее государство, которое не может быть уничтожено. В результате, кто бы ни атаковал Государство Израиль, он платил за эту "ошибку" пойманными террористами, мертвыми солдатами, застоем экономики и свергнутыми режимами.
К 1993 г. этот образ государства, всегда добивающегося успеха, вселил в израильтян чувство слишком большой уверенности. Они пришли к выводу, что победили, и игнорировали тот неудобный факт, что палестинские арабы и другие враги не отказались от своей цели ликвидировать Израиль. Две эмоции, довольно долго удерживаемые под контролем, усталость и высокомерие, вышли наружу. Решив, что они имели достаточно войн и могут завершить войну на своих условиях, израильтяне стали экспериментировать с такими экзотическими проблемами, как "мирный процесс" и "размежевание, разъединение". Они разрешили своим врагам создать квази-правительственную структуру ("Палестинскую автономию") и накопить скрытые запасы вооружения (по данным арабской ежедневной газеты Asharq al-Awsat, "Хизбалла" приобрела 12 тысяч ракет "катюша" в Южном Ливане). Они бесстыдно торговали заложниками в обмен на захваченных террористов.
В этой мешанине попустительства агрессору и отступления, израильские враги быстро потеряли свои страхи и стали смотреть на Израиль как на бумажного тигра. Или, по колкому выражению лидера "Хизбаллы" Хасана Насраллы, "Израиль, который имеет и атомное оружие и самую сильную авиацию в нашем регионе, в действительности слабее, чем паучья сеть". Как я писал в 2000 году, "их прежний страх перед Израилем сменился презрением, которое близко к оскорблению". По мере того, как израильтяне стали игнорировать эффект своих действий на врагов, казалось, что они упрямо подтверждают это мнение. В результате палестинские арабы и другие вновь обрели свой прежний энтузиазм, направленный на ликвидацию Израиля.
Чтобы исправить нанесенный в течение 13 лет вред, Израилю нужно вернуться к медленной, трудной, требующей расходов, разочаровывающей и неинтересной политике сдерживания. Это означает, что нужно отказаться от глупых планов добиться компромисса, непрактичных надежд на доброжелательность противника, от безответственного освобождения террористов, от потворства своим желаниям отдохнуть и от идиотизма одностороннего отхода.
Декады трудной работы в период до 1993 г. принесли Израилю настороженное уважение его врагов. По контрасту, эпизодические показы мускулов не приносят никакой пользы. Если Израиль возобновит свой "бизнес-как-всегда" умиротворения агрессора и отступления, идущая сейчас борьба превратится в летние волнения, в бесполезную ругань и брань. К настоящему времени израильские враги знают, что им нужно только "пригнуться" на несколько дней или недель, и все вернется к нормальному состоянию. Израиль останется в обструкционистском состоянии, правительство будет скоро предлагать подарки, заключать сделки с террористами и опять продолжит отступление с тех или иных территорий.
Политика сдерживания не может быть восстановлена в течение недели, в процессе рейда, блокады или военных действий. Для этого требуется стойкость и решительность в течение десятилетий. Для текущих операций, чтобы чего-либо добиться, Израилю (помимо эмоциональных оправданий) необходимо провести существенное изменение своей ориентации. Израильтяне должны переосмыслить свою внешнюю политику, отбросить соглашения в Осло и парадигмы разъединения, и проводить политику сдерживания, ведущую к победе.
Начиная с 1993 г., модель действий была последовательной: каждое разочарование вызывало оргию израильских сожалений, раскаяний и пересмотра своих действий, после чего происходило тихое возвращение к политике умиротворения и отступление. Я опасаюсь, что операции в Газе и Ливане сфокусированы не на одержании победы над врагом, а на том, чтобы добиться освобождения одного или двух солдат - странная цель войны, возможно, беспрецедентная в истории войн - что наводит на мысль о достаточно скором возвращении ситуации в прежнее состояние.
Иными словами, важно не то, что во время идущих сейчас военных действий разрушено в Ливане или что решит Совет Безопасности; важно, чему научатся израильтяне - или чему они не сумеют научиться.

18 июля 2006
http://ru.danielpipes.org/article/3780
Подлинник (оригинал) статьи на английском языке: Israel's Unnecessary War
Перевод с английского Анатолия Курицкого


"... Мусорная внешняя политика"

Сергей ПАРХОМЕНКО, программа "Суть событий"

... Ну, конечно, очень много вопросов здесь на пейджере по поводу событий на Ближнем Востоке. Знаете, что меня потрясло, вот действительно потрясло - не боюсь этого слова - в течение нескольких последних дней. У меня есть одна старая знакомая, можно сказать, подружка моего детства, живущая в Иерусалиме, и вот я как-то сижу за работой и получаю от нее письмо. И она пишет - вот, плохое настроение, хандра у меня какая-то наступила. Жалуется, значит. Я ее спрашиваю: "А что, собственно, случилось, что ты так огорчаешься? У вас там жарко, что ли, очень?", на что она мне отвечает: "Да вообще-то у нас война идет". И я как-то, надо сказать, сам себе удивился. И вдруг поймал себя на том, что мы действительно не воспринимаем вот эти известия, которые оттуда приходят, как известия о настоящей войне, которую переживают просто люди. Там летают самолеты, бросают бомбы, там идет война. И страдают прежде всего мирные жители и на одной, и на другой стороне. Израиль в состоянии этой войны существует, собственно, со дня своего основания в 1948 году, и война эта для него никогда не прекращалась. Она просто иногда переходит в спящую и дремлющую стадию, а иногда опять принимает горячую форму. Вот сейчас приняла эту самую горячую форму. Израиль окружен странами, которые абсолютно формально, абсолютно официально в своих государственных внешнеполитических и военных доктринах начертали в качестве одной из задач уничтожение израильского государства - его здесь не будет, их здесь быть не должно. Вот это их соседи говорят об этом каждый день. Что-то надо с этим делать. Просто собрать чемодан и свалить оттуда - было бы, наверное, как-то неправильно. Вымаливать у них разрешения здесь пожить еще немножко - тоже было бы неправильно.
Израиль сопротивляется. Израиль сопротивляется довольно агрессивно. Да, бывает такой способ сопротивления, бывает такая оборона. Мы с вами хорошо помним, что это даже, может быть, и лучшая оборона - в виде нападения.
Вот у меня Кирилл Михайлович Алексеевский из Москвы с помощью пейджера спрашивает: "Имеет ли моральное право Россия учить Израиль адекватности мер после гибели сотен душ при "Норд-Осте" и Беслане ради ухода от переговоров о мире?" Знаете, Кирилл Михайлович, а не существует вообще в политике никаких моральных прав. К сожалению, это так. Особенно в международной. Увы, приходится признать, что имеются там интересы. Вот почему-то уже несколько поколений российских политиков считают, что интересы России связаны, прежде всего, с тем, чтобы подавать руку каким-то отвратительным, помоечным режимам, чтобы чем чудовищнее, чем бесчеловечнее, чем омерзительнее там диктатор - какой-нибудь Саддам Хусейн, а перед этим какой-нибудь, я не знаю, сирийский деятель, если помните, был там чрезвычайно любопытный, который оставил своего сына на своем месте - ну, вот значит, чем отвратительнее этот персонаж, тем правильнее с ним дружить, тем более взасос мы должны с ним целоваться.
Олицетворяет эту политику Евгений Максимович Примаков. Такая специальная мусорная внешняя политика, которая в резиновых перчатках до плеч - вот сейчас мы как-то там отстоим интересы России. Может быть, не надо? Может быть, как-то не быть здесь каким-то посмешищем? И я здесь хочу напомнить позицию Владимира Петровича Лукина, которую он высказал здесь, на радио "Эхо Москвы", в прямом эфире сразу после трагического известия об убийстве российских дипломатов: не происходит там ничего такого, ради чего Россия должна ежеминутно рисковать своими гражданами. Может быть, нам как-то посмотреть на это всё хладнокровнее. Там люди между собой разбираются, отстаивают противоположные интересы. Ну, например, во главе Ирана - абсолютно безумный, омерзительный, грязный тип, который, во всяком случае, по тому, что он говорит, не сильно отличается от Басаева, если вдуматься. Вот Басаев примерно такие же вещи произносил по поводу того, кого и как нужно уничтожить, как с кем нужно обойтись и кого куда сбросить. Почему-то одного из них мы считаем террористом и справедливо провожаем с радостью на тот свет и соглашаемся с теми, кто говорит - вот президент Путин, например, и я абсолютно в данной ситуации с ним согласен, - что мало быть такому человеку один раз убитым, мало ему просто погибнуть. Вот хотелось бы, чтобы его, так сказать… чтобы он ответил чем-нибудь более серьезным, чем смерть, за то, что он проделал. Так вот, почему-то к Басаеву мы относимся так, и гордимся этой справедливостью, а к какому-нибудь Ахмадинежаду мы так не относимся. Почему-то мы считаем, что он государственный деятель и имеет право это произносить. Да нет, он такая же точно скотина. Ну, что же теперь делать? Просто так его терпеть?
Ну вот, в тех краях есть Израиль, который берет на себя такую тяжелую, опасную, а временами трагическую работу по отпихиванию локтем вот этих режимов, грубо говоря, от нас, от мира, который считает себя цивилизованным. Вот они, израильтяне, оказались на передовой, они оказались на переднем крае этой борьбы. Ну, так, может быть, давайте им скорее посочувствуем, чем будем им вслед улюлюкать? Странное какое-то отношение к делу, правда?

"Эхо Москвы", 14 июля 2006

Вернуться на главную страницу


Страны СНГ:
смена кадров в Израиле

На смену врачам и писателям, журналистам и офицерам КГБ приходят люди новой формации. Молодые и энергичные, они свободно владеют восточными языками и прекрасно разбираются в тонкостях региональной политики. Их главная задача - обеспечить своим государствам ощутимое присутствие на Ближнем Востоке…

В ближайшие две-три недели будут произведены новые кадровые назначения в израильских представительствах во многих странах мира, в том числе Восточной Европы и СНГ. Об этом сообщили дипломатические источники в Тель-Авиве. По их словам, о том, что решение по новым назначениям должно быть принято этим летом, было известно уже давно. Однако в последние месяцы возникла некоторая неопределенность по поводу конкретных сроков данного решения и ряда кандидатур на новые должности. Это было вызвано, в первую очередь, сменой руководства в министерстве иностранных дел Израиля.
В январе этого года на посту главы МИДа Ципи Ливни сменила Сильвана Шалома (он занимал эту должность с февраля 2003 года). До парламентских выборов в марте и формирования правительства в мае не было уверенности в том, что Ливни останется на этом посту. Когда же в новом кабинете министров за нею окончательно было закреплено внешнеполитическое ведомство, в дипломатических кругах стал живо обсуждаться вопрос о кадровых предпочтениях Ливни. Ведь не все, кто рассчитывал на то или иное назначение при прежнем министре, с приходом нового начальника могли быть уверены в получении заветной должности за границей. В немалой степени решение кадровых вопросов зависит от генерального директора министерства. В начале июня этот пост покинул Рон Просор, занимавший его с 2004 года, и новым гендиректором стал Аарон Абрамович. С 2001 года он занимал аналогичную должность в министерстве юстиции, которое возглавляла Ципи Ливни (январь 2005 - май 2006).
Как только определился состав высшего руководства внешнеполитического ведомства, юридический советник правительства ввел мораторий на новые назначения в рамках дипломатической службы. Данное решение было продиктовано публикацией очередного отчета госконтролера, выявившего многочисленные нарушения в работе комиссии по назначениям в министерстве иностранных дел.
По прошествии двух недель этот мораторий был снят, и теперь ожидается, что до начала июля будут приняты решения по поводу всех новых назначений за границей. Среди них полсотни вакансий, в том числе должности 20 послов и генеральных консулов. Кадровые перестановки затронут, в частности, руководящий состав ряда израильских представительств в бывших советских республиках, а именно - в России, Казахстане и Латвии. Планируется, что рокировка произойдет в течение ближайших полутора-двух месяцев.

Смена поколений

По времени решение вопроса о смене персонала в израильских дипмиссиях совпало с серией назначений новых послов стран СНГ в Иерусалиме. Данный процесс начался ровно год назад, со вступления в должность нового посла Грузии в Израиле Лаши Жвании в июне 2005-го. В ноябре был назначен новый глава украинского посольства Игорь Тимофеев. В январе в Израиль прибыла посол Молдовы Лариса Микулец. Пик назначений послов стран СНГ в Израиле пришелся на май и июнь. О некоторых из них уже было объявлено официально, о других сообщают пока лишь наши дипломатические источники. Не так давно в Израиль приехал новый руководитель белорусского диппредставительства Игорь Лещеня. За несколько дней до того на должность посла Узбекистана в Израиле был назначен Фарход Хакимов. Одновременно стала известна личность будущего главы казахского посольства в еврейском государстве. Его имя - Вадим Зверьков. Ожидается, что оба последних дипломата прибудут в Израиль ориентировочно в июле.
Таким образом, из семи государств СНГ, содержащих посольства в Израиле, шесть поменяли своих послов с июня прошлого года. Старейшим представителем дипкорпуса стран Содружества в Израиле пока остается посол России Геннадий Тарасов. Он занимает нынешнюю должность с марта 2002 года. Хотя слухи о его замене появились еще более года назад, до сих пор неизвестно, когда действительно Тарасов возвратится на родину. По мнению упомянутых источников, это вряд ли произойдет до осени, но вполне вероятно - до конца текущего года.
Нынешний посольский призыв отличается от предыдущих по нескольким показателям. Во-первых, по дипломатическим меркам это относительно молодой возраст новых послов. Пятеро из шести новичков родились в период 1960-74 годов. Соответственно, в отличие от большинства своих предшественников, это люди уже постсоветской формации, сделавшие карьеру после краха СССР.
Более того, трое из шести новых послов окончили высшие учебные заведения или курсы квалификации за пределами СНГ: Лаша Жвания - в Израиле, Вадим Зверьков - в Индии, Лариса Микулец - в США. Они свободны от предрассудков времен "холодной войны", в том числе в вопросах ближневосточного конфликта. Их образ мышления определяется не опытом, обретенным в условиях советской системы, а интересами их собственных независимых государств.
Во-вторых, почти все новые послы отличаются от многих своих предшественников практическим знакомством с Ближним Востоком. На начальных этапах двусторонних отношений страны СНГ назначали руководителями своих посольств в Израиле людей, обладавших опытом работы в советском министерстве иностранных дел или являвшихся сугубо политическими фигурами. Лишь единицы среди них до своего назначения бывали и, тем более, работали на Ближнем Востоке. Теперь же четверо из шести новых послов хорошо знакомы с этим регионом по предыдущей службе.
Глава украинского посольства Игорь Тимофеев был послом в Объединенных Арабских Эмиратах, Бахрейне и Катаре, а также работал инспектором ООН в Ираке и Ливане (в частности, на границе с Израилем). Новый представитель Беларуси Игорь Лещеня ранее возглавлял посольство в Египте и курировал отношения с Палестинской автономией. Узбекский посол Фарход Хакимов занимал должность генерального консула в Объединенных Арабских Эмиратах. Лаша Жвания работал в грузинской дипмиссии в Тель-Авиве первым секретарем и консулом. На этом фоне неудивительно, что нынешний посольский призыв является рекордным по количеству дипломатов, владеющих языками ближневосточного региона. Игорь Лещеня в совершенстве знает арабский, Фарход Хакимов, кроме арабского языка, изъясняется также на фарси, Лаша Жвания прекрасно владеет ивритом и греческим.
В-третьих, до сих пор страны СНГ назначали послами в Израиле чиновников относительно низкого ранга или людей, до того вообще не бывших на госслужбе. На сей же раз четверо из шести новых послов ранее занимали весьма высокие государственные посты. Игорь Тимофеев был замминистра обороны Украины, а последняя должность Вадима Зверькова - заместитель главы внешнеполитического ведомства Казахстана. Лаша Жвания в прошлом занимал посты заместителя министров финансов и иностранных дел Грузии.
Игорь Лещеня до своего назначения послом в Израиле являлся советником белорусского президента по внешней политике и играл не последнюю роль в формировании официального курса своей страны в данной области.

Фигуры в Большой игре

Возрастной показатель нынешнего посольского призыва является результатом общего процесса омоложения и "национализации" кадров в дипломатических ведомствах постсоветских республик. Два других показателя - знакомство с регионом и высокий ранг новых послов - обусловлены причинами геополитического характера. Оба они свидетельствует о том значении, которое страны СНГ придают развитию отношений с Израилем. Оно, в свою очередь, продиктовано тремя факторами.

Связи с Западом
С момента обретения независимости политическая элита СНГ рассматривала Израиль в качестве важного связующего звена с Западом и, в первую очередь, с Соединенными Штатами. Данное представление возникло под воздействием стратегических отношений Израиля и Америки, а также наличия в США влиятельной еврейской общины. В последние годы в глазах лидеров ряда стран Содружества роль Израиля в их диалоге с Западом возросла еще больше. На то повлияла общая геополитическая трансформация постсоветского пространства. Она произошла вследствие прихода к власти в России Владимира Путина и возрождения великодержавных традиций во внешней политике этой страны, расширения ЕС и НАТО на восток, "бархатных революций" в Грузии и на Украине. В результате обострения соперничества Москвы и Вашингтона в Восточной Европе, на Южном Кавказе и в Центральной Азии, часть бывших советских республик вновь оказалась в сфере российского влияния (наиболее яркий пример - Узбекистан), другие однозначно избрали проамериканскую ориентацию (Грузия), третьи объявили своим приоритетом интеграцию в Евросоюз (Молдова).
Как следствие, для стран СНГ прозападной ориентации, в частности Грузии и Украины, Израиль стал важным партнером в геополитическом блоке под эгидой Америки. Для таких республик, как Беларусь, оказавшихся в сфере российского влияния и не сумевших сохранить нормальные отношения с США и с их европейскими союзниками, Израиль остался одним из немногих каналов связи с Западом.
Именно на этом фоне следует рассматривать назначение послами четырех стран СНГ (Украины, Грузии и Беларуси) в Израиле чиновников, занимавших довольно высокое положение в государственной иерархии.

Ближневосточная политика
С растущим вовлечением в противостояние крупных держав национальные республики бывшего СССР стремятся играть более заметную роль за пределами постсоветского пространства. В глазах иностранных партнеров это придает им значительно больше веса, и заставляет стратегических противников всерьез с ними считаться. Одним из самых эффективных способов для стран СНГ хотя бы символически обозначить рост своих геополитических возможностей является укрепление позиций на Ближнем Востоке, особенно в зоне арабо-израильского конфликта.
Во-первых, данный регион традиционного находится в центре внимания международного сообщества и, в частности, крупных держав. Во-вторых, страны СНГ обладают здесь мощным человеческим ресурсом в лице русскоязычных израильтян. Соответственно задача новых послов Содружества в Израиле заключается не только в развитии двусторонних отношений, но и в укреплении позиций собственных стран на Ближнем Востоке в целом. Предельно ясно по этому поводу в прошлом месяце высказался белорусский президент Александр Лукашенко. На встрече с новым послом республики в Израиле он заявил: "Посольство не должно замыкаться только на этой стране. Израиль - интересная площадка для оценки ситуации в регионе. А данный регион - болевая точка планеты, где сходятся многие узловые проблемы. Мы должны быть там представлены достойно".
Сразу после своего назначения в аналогичном ключе высказался бывший замминистра обороны Украины Игорь Тимофеев. В интервью изданию Еврейской Конфедерации Украины он отметил желание своего государства "играть более важную роль в региональных проблемах". Тимофеев добавил, что "Украина в течение уже длительного времени играет активную роль в вопросах урегулирования конфликтов в ближневосточном регионе".
Именно на этом фоне следует рассматривать назначение послами четырех стран СНГ чиновников, хорошо владеющих региональной спецификой, включая знание местных языков.

Соотечественники
В последние годы руководители стран бывшего Варшавского блока от Казахстана и Грузии на востоке до Венгрии и Словакии на западе уделяют растущее внимание развитию связей со своими бывшими соотечественниками за рубежом. С этой целью в государственном аппарате некоторых стран создаются специальные структуры (как, например, в России), в других случаях за рубежом открываются так называемые "культурные центры". В данной области среди стран СНГ, как во всем мире, так и в Израиле, лидирует Россия. Ее примеру активно пытаются следовать Украина, Беларусь и Казахстан.
Вообще, каждая из стран СНГ, содержащих посольства в Израиле, опирается здесь на крупные общины бывших соотечественников, насчитывающих от нескольких десятков до 500 тысяч человек. По численности первые два места занимают выходцы из Украины и России. Наиболее старейшими и организованными общинными структурами обладают выходцы из Белоруссии и Молдовы. Именно существование этих общин послужило одной из главных причин того, что в начале 1990-х годов эти страны Содружества открыли свои посольства в Израиле. Причем, у большинства из них это были первые диппредставительства на Ближнем Востоке.
О повышенном внимании к работе с соотечественниками в Израиле свидетельствуют последние высказывания ряда официальных лиц стран СНГ. Так, сразу после своего назначения послом Украины в Иерусалиме в ноябре прошлого года Игорь Тимофеев заявил в интервью изданию Еврейской Конфедерации Украины, что работа с бывшими соотечественниками, в частности - открытие украинских культурных центров - "одна из важных задач, над которой будет работать посольство во время моей каденции". 16 мая белорусский президент Александр Лукашенко в беседе с Игорем Лещеней подчеркнул: "Для нового посла очень важно поддерживать добрые отношения с нашими бывшими соотечественниками, среди которых есть видные политические деятели Израиля".
И, наконец, 26 мая российский посол в Израиле Геннадий Тарасов на встрече с представителями русскоязычной общины заявил: "Чем более прочные позиции занимают в Израиле выходцы из России, тем крепче отношения между двумя странами, и наоборот, чем активнее развиваются двусторонние связи, тем большим авторитетом и влиянием пользуются русскоязычные израильтяне".
Руководство государств СНГ, и в первую очередь России, все больше рассматривает бывших соотечественников в Израиле как важный ресурс по укреплению собственных политических и экономических позиций в этой стране и на Ближнем Востоке в целом.

Обзор по странам

Грузия - В январе 1998 г. в ходе визита в Израиль грузинский президент Эдуард Шеварднадзе объявил об открытии посольства своей республики в этой стране. В марте того же года в Израиль прибыл первый грузинский посол, востоковед по образованию, со знанием турецкого языка, профессор Реваз Гачечиладзе (1943 г. рождения). В августе 2004 г. парламент Грузии одобрил кандидатуру нового посла в Израиле Лаши Жвании (1974 г. рождения). В феврале 2005 г. парламент вторично одобрил его кандидатуру на этот пост. В июне того же года в Иерусалиме Лаша Жвания передал верительные грамоты израильскому президенту.
Жвания окончил факультет международных отношений и права Тбилисского государственного университета (1995). В дальнейшем он работал первым секретарем и консулом в грузинском посольстве в Израиле, затем был заместителем министров финансов и иностранных дел Грузии. Жвания по совместительству возглавляет посольство Грузии на Кипре (передал верительные грамоты кипрскому президенту в октябре 2005 г.). Он в совершенстве владеет русским, английским, греческим и ивритом.

Украина - Первым послом Украины в Израиле в октябре 1992 г. был назначен известный эпидемиолог, писатель, основатель украинской партии "зеленых" Юрий Щербак (1934 г. рождения). Он пробыл на этом посту до 1994 года и впоследствии возглавлял посольства Украины в США, Мексике и Канаде. Его преемниками в Израиле стали Александр Майданик (1996-1998, Дмитрий Марков (1998-2002), Александр Слипченко (2002-2004) и Игорь Тимофеев (2006 по наст.время). Александр Слипченко (1939 г. рождения) возглавлял украинское посольство до июля 2004 г. Затем до прибытия нового посла дипмиссией руководил Александр Хомяк (ныне генконсул). 1 сентября 2005 г. агентство AIA первым сообщило о назначении послом Украины в Израиле Игоря Тимофеева. Лишь 3 ноября об этом было объявлено официально. Тимофеев (1960 г. рождения) окончил Донецкое военное училище и Московскую военно-политическую академию (специализация - политология). В 1993 г. поступил на службу в МИД Украины. Основным направлением его работы стала проблема контроля над вооружениями. В качестве инспектора Тимофеев работал в составе ряда миротворческих миссий ООН - в частности, в Грузии, Ираке и Ливане. С июля 2001 г. по декабрь 2003 г. он был послом Украины в ОАЭ, Бахрейне и Катаре. Затем до апреля 2005 г. Тимофеев занимал пост замминистра обороны. В этом качестве он активно участвовал в развитии военного сотрудничества Украины с арабскими странами, а также в координации отношений с НАТО.

Молдова - Дипотношения между Молдовой и Израилем были установлены в июне 1992 г. После этого в Израиле открылось молдавское представительство, три года спустя возведенное в ранг посольства. В 1995 г. первым послом Молдовы в Израиле был назначен Михай Балан (1954 г. рождения), по образованию журналист, занимавшийся партийной работой до поступления на дипломатическую службу в 1989 г. Он пробыл в стране до начала 2001 г. В июне того же года новым послом был назначен Артур Козма (1967 г. рождения). Он был представителем уже нового, постсоветского поколения молдавских дипломатов, тем более, считался среди них одним из самых перспективных. Будучи историком по образованию, Козма окончил высшие учебные заведения и курсы квалификации в России, Румынии, Швеции и Голландии. Он возглавлял посольство до своего назначения министром культуры и туризма Молдовы в апреле 2005 г. До прибытия нового посла молдавской дипмиссией в еврейском государстве руководил советник Анатолий Венгели.
В декабре 2005 г. послом Молдовы в Израиле была назначена Лариса Микулец 1957 г. рождения). Юрист по образованию, с 1979 г. она работала в прокуратуре республики. В 2001-2004 гг. Микулец возглавляла отдел финансово-экономических расследований Генпрократуры, и далее - до назначения послом - руководила отделом международных связей этого ведомства.

Беларусь - В мае 1992 года в ходе визита в Израиль премьер-министра Беларуси Вячеслава Кебича было подписано соглашение об установлении дипломатических отношений между двумя странами на уровне посольств. В августе того же года в Тель-Авиве открылось белорусское посольство. Первым послом был назначен педагог по образованию, депутат белорусского парламента Михаил Фарфель. Он пробыл в этой должности до осени 1995 г., после чего остался в Израиле и получил гражданство этой страны. В октябре того же года новым послом был назначен Геннадий Лавицкий (1942 г. рождения). С 1971 г. он служил в белорусском КГБ, а в 1988-94 гг. являлся заместителем председателя этого ведомства. С февраля по июль 1994 года Лавицкий возглавлял КГБ Беларуси и лишился своего поста вследствие поддержки главного соперника Александра Лукашенко на президентских выборах. Назначение в Израиль стало для него "почетной ссылкой". В сентябре 2003 г. Лавицкий был отозван в Минск в результате "посольского кризиса" между двумя странами. В январе 2004 г. он был официально отстранен от должности посла в Израиле. После возвращения Лавицкого на родину временным поверенным в делах Республики Беларусь в Израиле стал Михаил Бань (1950 г. рождения), до прихода в министерство иностранных дел служивший заместителем начальника Управления КГБ по Брестской области. Затем непродолжительное время деятельностью дипмиссии руководил советник посольства Игорь Летун. В январе 2006 г. агентство AIA первым сообщило о назначении послом Беларуси в Израиле Игоря Лещени. Официально об этом было объявлено лишь в мае.
Игорь Лещеня (1967 г. рождения) - кадровый дипломат-арабист. Он окончил Московский институт международных отношений и начал свою карьеру еще в советском МИДе в последние месяцы существования этого ведомства. С крахом СССР Лещеня продолжил работу в МИДе России, отправившись в первую заграничную командировку в качестве атташе посольства в Египте. В 1994 г., вернувшись из Каира, он перешел на службу в МИД Беларуси, став вторым секретарем департамента по связям с ОБСЕ. В 1995 г. Лещеня возглавил департамент Азии и Африки, а два года спустя был назначен руководителем посольства в Каире (вначале, как и.о., а с 1998 - в качестве посла). После возвращения из Египта в начале 2002 года Лещеня получил должность советника президента по внешней политике. В этом качестве он проявил себя наиболее активно в развитии связей с арабскими государствами и странами СНГ.

Узбекистан - Узбекское диппредставительство открылось в Тель-Авиве в мае 1992 г. В ноябре того же года оно получило статус консульства, а в марте 1997 г. было преобразовано в посольство. Временным поверенным в делах Республики Узбекистан в Израиле был назначен Рустам Исаев (с 1998 по 2000 в ранге посла).
Он окончил Московский институт военных переводчиков, в советский период служил в международном отделе Туркестанского военного округа. С обретением независимости республики Исаев работал в Институте стратегических исследований при президенте Узбекистана, а также в ряде посольств в арабских странах. Во время пребывания в Израиле он выделялся среди других иностранных дипломатов тем, что свободно владел ивритом, арабским и турецким языками. По возвращении на родину Исаев был назначен послом Узбекистана в Турции (февраль 2002 - август 2005). В апреле 2001 г. главой посольства был назначен Ойбек Усманов (1962 г. рождения). До того он возглавлял узбекское консульство в Карачи (Пакистан), а также занимался афганской проблематикой (до прихода на дипломатическую службу Усманов был военным переводчиком с персидского и пушту, занимался журналистикой и бизнесом). Во время работы в Израиле он курировал также связи с Палестинской автономией. Особую роль в этом сыграл тогдашний первый секретарь посольства Бахром Шарипов, свободно владеющий арабским языком (тоже бывший военный переводчик). В январе 2006 г. Усманов возвратился на родину. Временным поверенным в делах Республики Узбекистан в Израиле стал Шарипов. В июне 2006 г. новым главой посольства был назначен Фарход Хакимов (1966 г. рождения). До того он являлся генеральным консулом в Голландии и ОАЭ.
С момента открытия узбекское посольство в Тель-Авиве выделялось среди диппредставительств стран СНГ благодаря тому, что его руководящие кадры в силу предыдущего служебного опыта свободно владели восточными языками и разбирались в тонкостях региональной политики, а также проявляли способность к установлению доверительных отношений с представителями как израильского, так и палестинского истэблишмента.

Казахстан - Дипотношения между Казахстаном и Израилем были установлены в апреле 1992 г. В мае 1996 г. открылось казахское консульство, а в январе 1997 г. оно было преобразовано в посольство. Тогда же первым послом Казахстана в Израиле была назначена педагог по образованию Бырганым Айтимова (1953 г. рождения). В советский период, начав свою карьеру с преподавательской работы, она приобрела известность в качестве партийного деятеля, занимавшегося проблемами молодежи. До назначения послом Айтимова в 1993-96 гг. была министром по делам молодежи, туризма и спорта, а в 1996 г. являлась также членом парламентского комитета по международным делам, обороне и безопасности. При этом Айтимова пользовалась особым доверием президента Назарбаева. В Израиле она работала до июня 2002 г. Затем до конца 2002 г. исполняла обязанности посла Казахстана в Италии, Греции и на Мальте и занимала эти посты до мая 2004 г., после чего она возвратилась на родину, получив должность вице-премьера. В декабре 2004 г. Айтимова была назначена министром образования и науки (этот пост она занимает до настоящего времени).
В апреле 2003 г. послом Казахстана в Израиле был назначен историк по образованию Кайрат Абдрахманов (1964 г. рождения). На дипломатическую службу он поступил в 1993 г. До назначения в Израиль Абдрахманов, помимо прочего, возглавлял управление Азии, Ближнего Востока и Африки МИД Казахстана, занимал пост вице-министра иностранных дел, выполнял обязанности посла в Англии, Северной Ирландии, Швеции, Норвегии и Исландии. В Израиле он уделял приоритетное внимание развитию двусторонних экономических связей. В марте 2006 г. Абдрахманов возвратился на родину и был назначен замминистра иностранных дел. До прибытия нового посла руководителем дипмиссии стал Талгат Урекенов, ранее занимавший должность советника. В начале июня дипломатические источники AIA сообщили о назначении послом Казахстана в Израиле Вадима Зверькова (1969 г. рождения). Он находится на дипломатической службе с 1991 г. Помимо прочего, Зверьков работал третьим и вторым секретарем посольства в Венгрии (1993-1999), возглавлял департамент международного экономического сотрудничества МИД (1999-2000), являлся вице-министром транспорта и коммуникаций (2000-2002), вице-министром иностранных дел (2002-2004). С июля 2004 г. до настоящего времени занимает пост замминистра иностранных дел.

Россия - После восстановления советско-израильских отношений дипмиссия СССР в Израиле (в Ткль-Авиве) в ранге консульства возобновила свою работу в июле 1987 г. Советский посол в Израиле был назначен в ноябре 1991 г., в последние недели существования СССР. Им стал Александр Бовин. В декабре 1991 г. он приступил к выполнению своих обязанностей и в том же месяце стал первым послом Российской Федерации в Израиле. Александр Бовин (1930-2004), по образованию был юристом, в 1960-72 гг. находился на партийной работе - в частности, входил в группу спичрайтеров, готовивших выступления первых лиц советского руководства. В 1972-91 гг. он работал журналистом-международником. В качестве первого российского посла в Израиле Бовин внес особый вклад в развитие двусторонних отношений. При этом он пользовался огромной симпатией русскоязычных израильтян. Бовин был снят со своей должности в марте 1997 г. Два месяца спустя он вернулся на родину и вскоре вышел на пенсию, продолжив заниматься журналистикой и публицистикой почти до самой смерти.
В марте 1997 г. послом России в Израиле был назначен профессиональный дипломат-арабист Михаил Багданов. Он начал свою дипломатическую карьеру в 1974 г., и с тех пор занимался проблемами Ближнего Востока, чему, в частности, способствовало хорошее знание арабского языка. До назначения в Израиль Богданов работал в советских и российских дипмиссиях в Йемене, Ливане и Сирии, а также в Департаменте Ближнего Востока и Северной Африки МИДа России - в частности, в отделе Израиля и Палестины. С 1994-97 г. он являлся замдиректора данного департамента. Богданов был послом в Тель-Авиве до конца 2001 г. Затем он возглавлял Департамент Ближнего Востока и Северной Африки - до назначения послом в Египте в январе 2005 г.
В марте 2002 г. послом России в Израиле стал Геннадий Тарасов (1947 г. рождения), свободно владеющий арабским, французским и английским языками. Дипломатическую карьеру он начал в 1970 г. До назначения в Израиль, помимо прочего, Тарасов возглавлял отдел Израиля и Палестины при Департаменте Ближнего Востока и Северной Африки МИД России (1989-90), руководил посольствами в Саудовской Аравии (1990-96) и Португалии (1998-2002).
Ожидается что до конца этого - начала следующего года Тарасов завершит свою работу в Израиле. Пока что вероятной кандидатурой на пост его преемника считается Петр Стегний (1945 г. рождения). Свою дипломатическую службу он начал в 1968 г., и с тех пор занимался преимущественно проблемами Ближнего и Среднего Востока. В советский период Стегний работал в дипмиссиях в Судане, Йемене, Египте и Ливии, затем являлся первым послом России в Кувейте. В последующие пять лет Стегний возглавлял Историко-документальный департамент МИД России. В феврале 2003 г. он был назначен послом в Турции, что явилось проявлением большого доверия со стороны президента Путина, придающего особое значение активизации отношений с этой страной.

Азербайджан - Азербайджан установил дипотношения с Израилем в 1992 г. С тех пор израильская сторона регулярно поднимала вопрос об открытии в стране азербайджанского посольства. Официальный Баку негласно мотивировал свой отказ опасением обострить отношения с Ираном и лишиться политической и экономической поддержки арабских стран - в частности, монархий Персидского залива. Вместе с тем за открытие посольства в Израиле неоднократно выступали депутаты азербайджанского парламента от оппозиции. В ходе обсуждения этого вопроса в парламенте в апреле 2004 г. (вызванного открытием новых посольств в восьми странах мира), представитель правящей партии Вагиф Абдуллаев объяснил позицию властей тем, что "Израиль творит несправедливость в отношении наших братьев-мусульман". В последние годы к решению данного вопроса активно подключились еврейские организации и администрация президента США. В апреле 2006 г. в ходе визита в Вашингтон президент Ильхам Алиев дал принципиальное согласие на открытие дипмиссии в Израиле. В мае азербайджанское интернет-издание Day.Az сообщило о рассмотрении нескольких кандидатур на пост посла в Израиле. По данным издания, среди них выделяется Вафа Гулузаде, сыгравший одну из ключевых ролей в формировании внешней политики Азербайджана в 1990-х гг.
Вафа Гулузаде (1940 г. рождения) - по образованию востоковед, свободно владеет арабским, турецким и английским языками, а также на разговорном уровне - персидским, немецким и французским. В начале 1960-х гг. Гулузаде являлся редактором арабского отдела иностранной секции азербайджанского радио. В 1969-73 и 1987-90 гг. он служил в МИД СССР - в частности, в посольствах в Египте и Алжире. В период между командировками на Ближний Восток Гулузаде занимался партийной работой. Во время пребывания в Египте он был переводчиком на переговорах высших советских руководителей с президентом Анваром Садатом. С 1970 г. Гулузаде поддерживал личные отношения с Ясиром Арафатом и неоднократно высказывался в поддержку палестинского национального движения. В 1989 г., будучи советником советского посольства в Алжире, Гулузаде крайне отрицательно отнесся к карательным действиям властей против народных выступлений в Азербайджане. По этой причине он установил связь с посолом Турции и предложил свои услуги турецким спецслужбам. Получив отказ, Гулузаде обратился к алжирским властям с просьбой предоставить ему политическое убежище. Получив отказ, он снабжал местных журналистов материалами о событиях в Азербайджане. По возвращении в Азербайджан Гулузаде в 1990-99 гг. занимал пост президентского советника по вопросам внешней политики (пробыл в этой должности при трех президентах). После ухода в отставку он основал Фонд политических исследований государств каспийского региона, членами совета председателей которого являются Генри Киссинджер, Збигнев Бжезинский и Джеймс Бейкер.
Гулузаде известен своими антироссийскими взглядами, а также выступлениями в поддержку военного присутствия НАТО в Азербайджане и объединения этой республики с Турцией в рамках единой федерации.

Сами РОЗЕН, израильская секция AIA
http://www.ord.kiev.ua

Вернуться на главную страницу


Светскость как определяющее начало

Андрей Синявский:
"Человеческое в нем удивительно соединялось с писательским,
и он был человеком par excellence"

Иван ТОЛСТОЙ, Svobodanews.ru

17 июня Виктору Платоновичу Некрасову исполнилось бы 95 лет. Он вошел в русскую литературу рано - и сразу со своей темой, военной. Повесть "В окопах Сталинграда" была напечатана сразу после войны, был громадный успех, потом - кратковременная опала, потом опять успех, и вновь опала - уже серьезная, с исключением из партии. Как раз в это время готовился очередной том Большой советской энциклопедии. И опальный Некрасов оттуда без всяких разговоров вылетел. Будто и не было такого писателя в советской литературе. Но энциклопедический том - ответственное, государственное дело - был уже сверстан. Чем заполнить дыру? Нужен был срочно кто-то на букву "Н". И вот тогда неожиданно повезло эмигранту Владимиру Набокову: редакция моментально заказала статью о нем. Точно по размеру дыры. И ничего не подозревавший Набоков попал в начале 1974-го года в главный советский справочник.
В.Некрасов, Париж, 1980

Так два писателя исторически поменялись местами. Это, кстати, будет не единственный их обмен, но об этом попозже. Скоро и Виктор Некрасов эмигрировал, оставив по себе самые лучшие воспоминания и у читателей, и в профессиональной литературной среде.
Некрасов пишет:
Что такое сталинские времена в литературе? Это, с одной стороны, и "Теркин", и "Спутники", и я, грешным делом, выскочил. И, в то же время, Зощенко и Ахматова. В общем, с этого все началось, страшное, послевоенное. А сейчас, как будто бы все более или менее благополучно. Сейчас, если опять сравнивать со сталинскими или, может, хрущевскими временами, нет тех кампаний, нет этих "за бесконфликтность", борьбы с низкопоклонством перед Западом. Единственное, что осталось - это явление постоянное - мы, писатели, как всегда, в долгу у рабочего класса. Вот это единственная кампания, которая осталась вечной. Но главное то, что (моя теория) русская литература неистребима. Ее нельзя было затоптать при Сталине, когда было страшнее и труднее эквилибристика литературная. А все мы, писатели, писавшие в советских условиях, должны были пройти эту цирковую школу эквилибристики, жонглирования, хождения по лезвию ножа. Мы к этому и придем - как, все-таки, писать правду, не имея возможности сказать всю правду. И вот эта правда, которая прорывается сейчас, у Трифонова, у Распутина… Я именно их беру, наиболее сейчас известных, популярных и которых труднее всего достать, писателей. Вот эта жажда правды, с одной стороны, читателями, а с другой стороны, и руководящими, которые не то, что они за правду, но они видят, что это не стыдно даже на международную арену выпускать.
Как же так получилось, что честная военная книга смогла появиться в сталинскую эпоху? Главный редактор журнала "Вопросы литературы" Лазарь Лазарев считает, что то, что эта книга была напечатана - счастливое стечение обстоятельств: "Во-первых, ее заметили довольно авторитетные тогда в нашей литературе люди. Положительный отзыв в издательство написал Твардовский. А Твардовский был не из тех людей, которые хвалят то, что плохо. Понравилась она и Вишневскому, который был главным редактором "Знамени". Настолько понравилась, что Некрасов не успел вставить одну главу - она потом, через много лет, допечатывалась отдельно. Некрасову повезло, потому что если бы на номер опоздал он, то тогда вышло постановление ЦК о "Звезде" и "Ленинграде" и могли закрыть эти ворота. А так книга пошла. Надо сказать, что когда она в журнале была опубликована, она в Союзе писателей, мягко говоря, восторга не вызвала. Я читал две стенограммы заседания, где говорили о том, как они будут долбать эту книгу. Они ее не представили… "Знамя" представило на премию Сталинскую, а руководство Союза вынуло. И то, что повесть получила Сталинскую премию, это был каприз Сталина. Он сам вписал эту повесть. Почему? Этого не знал ни Некрасов, ни Вишневский. Вообще, Сталину, как известно, вопросов не задавали. И это спасло повесть. Она имела ошеломляющий успех. Во всяком случае, у фронтовиков. Потому что это была первая книга настоящей правды о войне.
То, что Некрасов - архитектор по профессии, это все знают. Он был сапером и всю Сталинградскую эпопею провел на Мамаевом кургане. Это сейчас Мамаев курган у нас знаменитое место. А тогда это просто было гиблое место. И когда второй раз был ранен и демобилизован в самом конце войны, сел и честно написал книгу, я бы сказал, в традициях "Севастопольских рассказов" Толстого. Она имела бешеный успех. Потому что то, что до этого печатали, как правило, была ерунда. И эта книга создала традицию в нашей литературе. И потом те, кто о ней говорил, или кто следовал ей, они говорили: все мы вышли из некрасовских "Окопов". Это были и Бакланов, и Быков, и Кондратьев. Все отдавали себе отчет в том, что эта книга проложила дорогу правды о войне. Вот в чем, мне кажется, ее главное значение. Отдельный разговор, и я не знаю, уместно ли это, что замечательным человеком был сам Некрасов. Верный в правде, в своем поведении и в том, что он писал. Поэтому его и выставили из страны и заставили уехать в эмиграцию. Больше того, уже даже когда он умер, в перестроечную эпоху, разразился скандал, потому что высокое цэковское начальство сняло некролог Василя Быкова, который был в "Литературной газете", а другой газете, где был маленький некролог, сильно всыпали за него. Это даже не некролог был, а, по существу, сообщение о смерти.
Книга замечательная своей правдой. И все, что он писал, были ли это статьи, которые для вас делались, или в каких-то изданиях зарубежных, все было правдой. И он оставался сам собой. Каким был в жизни, так и писал. Именно этим и завоевал читателей.
Первую рецензию, до того, как книга получила Сталинскую премию, написал не кто-то, а Андрей Платонов. Тоже надо это иметь в виду. Книгу эту очень хвалил Гроссман. Я слышал это своими ушами. И так далее, и так далее".

Киевский портрет Некрасова

Киевский портрет Виктора Некрасова рисует известный украинский правозащитник и писатель Евгений Сверстюк: "Некрасов был нетипичной личностью среди киевских писателей, и я даже не знаю, можно ли сказать, что он киевский писатель, про эпоху, о которой Елагин писал: "Где копошатся перелицованные души и передушенные лица". Он был, в какой-то степени, защищен от этого мира привилегиями. По национальности - русский, член КПСС, член Союза писателей, лауреат Сталинской премии. В Союзе писателей он держался особняком. Но, конечно, он на партсобрания и прочие мероприятия ходил.
В то время была легальная лазейка неформального общения за стаканом вина. Для желающих расслабиться, для пьющих, для много пьющих - и они были как бы непричастны к политическим играм и жизни партноменклатуры. У Виктора Некрасова была своя узкая компания во время широких кампаний, когда страна жила от кампании к кампании. Всегда кого-то громили и всегда щепки летели. После войны громили в Союзе писателей украинских националистов, потом безродных космополитов и активистов предыдущей компании. Русских эти антиукраинские и антиеврейские дела непосредственно не касались. Это позволяло ему держаться в стороне.
В середине 1960-х годов пришла и к нему очередь. Помню, я был на этом собрании, это было открытое партийное собрание и туда зазывали диссидентов. Еще нас так не называли. Но, во всяком случае, помнили, кого надо позвать. Но вот мы были при таком спектакле, когда выступает идейный глава Александр Евдокимович Корнейчук, который говорит, что пора уже опомниться, пора уже серьезно подытожить каждому, что он делал, и что он наделал. И, в частности, нам бы хотелось сегодня послушать Виктора Некрасова, который опубликовал "По обе стороны океана" в "Новом мире". Он говорил скромно, но уверенно, что он написал то, что думал, написал то, что видел, и готов принимать критику. Но тут его глушили всякими бестактными вопросами.
Потом попросился Иван Дзюба. Они охотно дали ему слово, потому что именно он был главным, кого надо было бы на этом собрании чихвостить. Он держал идею принципиального разговора, напомнил, что писатель не должен говорить с писателем в таком тоне, в котором сегодня уже повелось, что нужно уважать, нужно относиться к своему коллеге доброжелательно, что то, что он видел сегодня, это даже неприлично, что если ты говоришь с писателем, ты должен знать, какие у него есть заслуги, что значит его имя и говорить с ним корректно, как с равным себе, а не как начальник с подчиненным. Но тут его затюкали, согнали с трибуны, не дали ему больше говорить. Виктор Некрасов был, я думаю, и удивлен, и восхищен, потому что это не типичная ситуация на партийных собраниях. Но он увидел человека, который взял огонь на себя, и как бывший офицер, и как джентльмен, он с радостью поехал к нему в больницу (потому, что тот приехал выступить из больницы) и предложил ему руку дружбы. А это означало, что он предлагает дружбу со всем кругом диссидентов. И он так наравне поддерживал дружественные отношения с нашим кругом, стал подписывать всякие протесты, заявления. Словом, он демонстративно отвернулся от официального Союза писателей и присоединился к тем, кто не согласен".

"Заявление для печати"

В марте 1974-го года Виктор Платонович распространил "Заявление для печати". Распространил не в сегодняшнем смысле, не напечатал, разумеется, а пустил в самиздат. Но скорость и широту самиздатовского распространения можно сравнить если не с сегодняшним интернетом, то с чем-то необыкновенным по своей действенности: документы, письма, обращения, свидетельства подхватывались добровольцами, размножались на пишущих машинках, уходили за границу, перепечатывались эмигрантской прессой, передавались зарубежными радиостанциями.
Несколько дней тому назад я проводил во Францию Владимира Максимова. Хорошего писателя и человека нелегкой судьбы. А до этого проводил большого своего друга поэта Коржавина. А до него - Андрея Синявского. Уезжали композитор Андрей Волконский, кинорежиссер Михаил Калик, математик Александр Есенин-Вольпин. И многие другие - писатели, художники, поэты, просто друзья. А Солженицына - "выдворили". Слово-то какое нашли! У Даля его, например, нет. Словно барин работника со двора прогнал. Уехали, уезжают, уедут. Поневоле задумываешься: почему? Почему уезжают умные, талантливые, серьезные люди? Люди, которым не просто было принять такое решение, люди, которые любят свою родину и ох как будут тосковать по ней. Почему это происходит? Задумываешься, и, невольно, подводя какие-то итоги, задумываешься и о своей судьбе. И хотя судьба эта твоя, а не чья-либо другая, это все же судьба человека, родившегося в России, всю, или почти всю свою жизнь прожившего в ней, учившегося, работавшего, воевавшего за нее, и не на самом легком участке, имевшего три дырки в теле от немецких осколков и пуль. Таких много - тысячи, десятки тысяч. И я - один из них. Почему же, подводя на 63-м году своей жизни эти самые итоги, я испытываю чувство не проходящей горечи?
Постараюсь, по мере возможности, быть кратким. Случилось так, что в 35 лет я, неожиданно для себя и для всех, стал писателем. Причем, сразу известным. Возможно, нескромно так говорить о себе, но это было именно так. Первая моя книга - "В окопах Сталинграда", - которую вначале немало и поругивали, после присуждения ей премии стала многократно издаваться и переиздаваться. Потом появились и другие книги, их тоже и ругали, и хвалили, но издавали и переиздавали. И мне стало казаться, что я приношу какую-то пользу. Свидетельство этому - 120 изданий на более чем 30 языках мира. Так длилось до 8 марта 1963 года, когда с высокой трибуны Никита Сергеевич Хрущев подверг, как у нас говорится, жесточайшей критике мои очерки "По обе стороны океана" и выразил сомнение в уместности моего пребывания в партии. С его легкой руки меня стали клеймить позором с трибун пониже, на собраниях, в газетах, завели персональное партийное дело и вынесли строгий выговор за то, что в Америке я увидел не только трущобы и очереди безработных за похлебкой. Само собой разумеется, печатать меня перестали. Падение Хрущева кое-что изменило в моей судьбе. Оказалось, что в Америке есть кое-что, что можно и похвалить, и злополучные очерки вышли отдельной книжкой. На какое-то время передо мной открылся шлагбаум в литературу. Пока в 1969-м году опять не закрылся. Я подписал коллективное письмо в связи с процессом украинского литератора Черновола и позволил себе выступить в день 25-летия расстрела евреев в Бабьем Яру. Заведено было второе персональное дело, закончившееся вторым строгим выговором. И, наконец, почти без передыха, в 1972-м году родилось третье партийное дело. На этот раз, без всякого уже повода. За старые, как говорится, грехи - опять подписанное письмо, опять Бабий Яр. Тут уже из партии исключили. Как сказано было в решении: "За то, что позволял себе иметь собственное мнение, не совпадающее с линией партии". Так отпраздновал я, чуть ли не день в день, 30-летие своего пребывания в партии, в которую вступал в Сталинграде, на Мамаевом кургане, в разгар боев.
С тех пор я как писатель, то есть, как человек не только пишущий, но и печатающийся, перестал существовать. Рассыпан был набор в журнале "Новый мир", запрещено издание двухтомника моих произведений в издательстве "Художественная литература", изъяты из всех сборников критические статьи, посвященные моему творчеству, выпали мои рассказы из юбилейных сборников об Отечественной войне, прекращено производство кинофильма по моему сценарию о Киеве. Одним словом, не получай я 120 рублей пенсии, пришлось бы задумываться не только о творческих своих делах. За 10 лет - три персональных дела, а это значит по три, четыре, а то и шесть месяцев разговоров с партследователями, объяснения в парткомиссиях, выслушивание всяческих обвинений против тебя, в последнем случае - просто клевета и грязь, не слишком ли это много? Оказывается, не только не много, но, даже, мало. 17 января сего, 74 года девять человек, предъявив соответствующий на это ордер со всеми подписями, в течение 42-х часов произвели в моей квартире обыск…
…И вот рукопись унесли. И альбом с моими фотографиями Бабьего Яра, на всех этапах его замывания, тоже унесли. И пленку тоже. Вернут ли? Не знаю. Рукопись я восстановлю. Опять придут, опять заберут. И так что же, до скончания века? А пленку? Сожгут?
Вот я и подошел к концу невеселых своих размышлений и подведения каких-то итогов. А друзья уезжают. И я их не отговариваю, хотя знаю, что у каждого есть своя, а, может быть, у всех общая причина на столь решительный и, может быть, даже трагический шаг. Не отговариваю, хотя каждый из уехавших друзей - это отщипнутый от сердца кусочек. И не только твоего сердца, но и сердца России. Не отговариваю, а просто вытираю слезу и задумываюсь, очень крепко задумываюсь: а кому это нужно? Стране, государству, народу? Не слишком ли щедро разбрасываемся мы людьми, которыми должны гордиться? Стали достоянием чужих культур художник Шагал, композитор Стравинский, авиаконструктор Сикорский, писатель Набоков… С кем же мы останемся? Ведь следователи из КГБ не напишут нам ни книг, ни картин, ни симфоний. А что касается баррикад - я на баррикадах никогда не сражался, но в окопах, и очень мелких, не полного профиля, сидел и довольно долго. Я сражался за свою страну, за народ, за неизвестного мне мальчика Витю. Я надеялся, что Витя станет музыкантом, поэтом или просто человеком. Но не за то я сражался, чтобы этот выросший мальчик пришел ко мне с ордером, рылся в архивах, обыскивал приходящих и учил меня патриотизму на свой лад.
Виктор Некрасов. Москва, 5 марта 1974 года

Париж. Некролог при жизни

Следуем за писателем в эмиграцию. Рассказывает вдова Андрея Синявского Мария Розанова: "Приехав во Францию, первое время Некрасов жил в моем доме. До сих пор на одной из комнат моего очень старого, очень потрепанного и очень большого дома висит бумажка: "Уголок Некрасова". Она выгорела, но как-то снять ее и выбросить рука не подымается.
А 1 июля 1975 года умирал русский писатель Виктор Некрасов. 27 мая его положили в госпиталь, очень хороший парижский госпиталь и больше трех часов оперировали, пытаясь спасти от перитонита. Хирург сказал, что любой француз умер бы за пять дней до такой операции и что хотя операция прошла хорошо, положение безнадежно. 1 июня врачи объявили, что положение резко ухудшилось, что надежды нет, что пора сказать правду жене и что пора прощаться.
Был поздний вечер, зареванные, мы сновали по коридорам госпиталя, перешептывались, обменивались длинными горестными взглядами, кругами ходили вокруг бедной жены, которая еще ничего не понимала. А мы уже знали, что к утру ей быть вдовой. Иногда заглядывали в палату. Там, на очень высокой кровати, как на катафалке, лежал полуголый, почерневший Некрасов, обмотанный сетью каких-то трубочек и проводочков. Некрасов был без сознания.
И вот тогда Андрей Синявский, а они очень дружили в тот первый для Некрасова год эмиграции, сказал, что есть одно средство - крайнее средство и страшное средство, но что он попробует. И Синявский написал Некрасову некролог при жизни. Это была попытка хоть чем-то помочь, мысленно, словесно заговорить смерть в те роковые часы. Эти беглые строки - не очерк и не статья, не письмо и не дневник. Скорее это полуплач-полузаклинание, что-то вроде колдовства. И, вместе с тем, попытка сказать самому Некрасову, что такое Некрасов. Потому что всякому писателю очень важно знать, что же он написал в жизни свое, незаменимое, за что мы все и чтим, и любим, и помним его, как слово нашей эпохи. Не перечисление заслуг, а уяснение лица, стиля жизни и речи.
А к утру Некрасов очнулся, вопреки всем медицинским прогнозам и правилам. Очень медленно он стал поправляться. Что его тогда спасло? Могучий ли организм или антибиотики, или напряженная, сосредоточенная любовь друзей, которая тоже иногда не дает отлететь человеческой душе в иные дали. Не знаю. Но Некрасов выбрался из той могилы и прожил еще 12 лет. Это были очень тяжелые для него годы, годы эмиграции. И скрашивались они, в основном, бесчисленными путешествиями. Как он любил ездить! Встречами с друзьями из той, из прошлой жизни: "А ты знаешь, кто приехал?!" А в последний год - новой оттепелью дома. Как он надеялся на нее, как следил и как радовался каждому новому слову оттуда. Даже послал в один из московских журналов статью о Корбюзье.
А тогда, в том далеком 1975 году, 17 июня, в день рождения, когда Некрасову исполнилось 64 года, ему был преподнесен прижизненный некролог, как очередная медаль за отвагу. Некрасов прочел и сказал: "Как жаль, что такие про меня слова нельзя напечатать сегодня. Сделайте это после моей смерти".

Синявский о Некрасове

Андрей Синявский написал некролог. Он был зачитан им в эфире Радио Свобода: "Некрасов… Светскость, как определяющее, как положительное начало. Все мы монахи в душе, а Некрасов - светский человек. Мы - закрытые, мы - застывшие, мы - засохшие в своих помыслах и комплексах. Некрасов - открыт.
Всем дядюшкам и тетушкам, всем клошарам, всем прогулкам по Парижу… Светский человек среди клерикалов. Ему недоставало трубки и трости.
И посреди феодальной, социалистической литературы - первая светская повесть - "В окопах Сталинграда".
Странно, что среди наших писателей, от рождения проклятых, удрученных этой выворотной, отвратной церковностью, прохаживался между тем светский человек. Солдат, мушкетер, гуляка, Некрасов. Божья милость, пушкинское дыхание слышались в этом вольном зеваке и веселом богохульнике. Член Союза писателей, недавний член КПСС, исключенный, вычеркнутый из Большой энциклопедии, он носил с собой и в себе этот вдох свободы. Человеческое в нем удивительно соединялось с писательским, и он был человеком par excellence!
А это так редко встречается в большом писателе в наши дни. Дядюшка в Лозанне… Как это подошло - в Лозанне… Преждевременный некролог? Я понимаю.
Нехорошо, что преждевременный. Но как воздать?! Если не преждевременно? Если все мы уходим и уходим, и никто не стоит за нами с подъятыми факелами в руках!
Потому и тороплюсь. Надеюсь. Не умрет…
А его Хемингуэй? Наш российский, наш советский, наш дурацкий Хемингуэй! Как он был нам важен, необходим - этот дядя Хэм. Почти как "Дядя Ваня", как "Хижина дяди Тома". В нашу сызмальства религиозную жизнь Хэм, дядя Хэм вносил почти запретную, подпольную тему человека.
Ничего особенного: человек? Человек. Человек? - Человеку. Но это уже было так значительно, так осмысленно посреди толпы, принявший либо звериный образ, либо - еще страшнее - ореол напускной святости. Спасибо тебе, дядя Хэм… Некрасов выше, Некрасов чище, чем кто-либо из всех нас любил Хемингуэя. Да ведь и то сказать - он был старше нас, и старше и живее. Как я сказал - был больше всего человеком посреди писателей, а человек - не с большой, а с маленькой буквы - это много дороже стоит.
Почему я все это сейчас пишу?
Когда Некрасов еще не умер?
Чтобы, если он выживет, подарить ему эти странички, как очередную медаль - за отвагу.
А потом, скажите, что мне делать сейчас, если о нем не писать? Чем помочь ему, кроме такого вот прижизненного некролога? Толпиться в больнице? Звонить по врачам? Да всех врачей уже обзвонили, и они затыкают уши и не хотят больше слушать этих настырных, неизвестно о чем думающих русских.
"В окопах Сталинграда"… Нужно же было родиться и кончить свои дни в Париже, чтобы где-то посередине написать - в око-пах Ста-лин-града... Да! Нужно. Нужно же было уехать из Киева, из России, чтобы приехав в Париж, тебя разрезали пополам и выкачивали бы гной из брюшины, из почек и из легких? Не лучше ли было бы там, не проще ли было бы в Киеве и окончить дни, отмеченные "Литературной газетой"?
Куда лезешь? Зачем летишь?
Глоток воздуха. Последний глоток свободы…"
Андрей Синявский. 1 июня 1975. Vox populi, глас народа.
В сентябре 1987-го года Виктор Некрасов скончался. Перед смертью он успел прочитать в "Литературной газете" статью о себе, написанную его старым приятелем писателем Вячеславом Кондратьевым. Они виделись в Париже незадолго перед тем. Статья кончалась тем, что Кондратьев приводил слова Некрасова, но не пожелал (или не смог) расслышать в них горькой шутки. "Как дела?" - спросил он у Виктора Платоновича, часто выступавшего по "Свободе". - "Да так, - отвечал Некрасов, - клевещу помаленьку". Кондратьев заключал, что его старый друг вынужден клеветать на свою родину. Читателям "Литературки" было, по-моему, неловко не за Некрасова, а за автора статьи.
Похоронили Виктора Платоновича на известном русском кладбище Сент-Женевьев де Буа под Парижем. Там давно уже нет свободных мест, и поэтому новопреставившихся подхоранивают в чью-нибудь старую могилу. Так и поступили. Некрасова положили в могилу Ромы Клячкиной. Посетители кладбища и не подозревают, кто это. Некрасов и сам не знал. А знал бы, вероятно, усмехнулся судьбе. Рома Клячкина - в далекой молодости - была возлюбленной Владимира Набокова. Писатели опять поменялись местами.

14.06.06
Фото: KINOART


Памяти Михаила Тименчика

14 июня 2006 года в Москве скоропостижно скончался Михаил Давидович Тименчик, директор фонда "Точка опоры", один из активистов Российско-американской проектной группы по правам человека.
Ему было всего 54 года...
Михаил Тименчик родился 1 июня 1952 года в Риге в еврейской семье. Один год (1969-1970) проучился на физико-математическом факультете Тартусского университета. Вернулся в Ригу. Работал на заводе. В 1981 году переехал в Москву. Работал техническим сотрудником в копировальном центре Гипротеатра, делал технические приспособления для кино и театра (например, старинный телефон, ездящий по полу, - для Рижской киностудии, устройство для мыльных пузырей для театра Эрмитаж и т.д.).
Переводил для издательства Московской патриархии. Написал предисловие к биографии А. Конан-Дойла Дж. Карра (1989). Участвовал в издании фотобиографии Анны Ахматовой (Москва, 1989). В 1994-м опубликовал перевод "Русской революции" Ричарда Пайпса (1994). Перевел книгу Аманды Хейт об Анне Ахматовой. Принимал участие в подготовке 5-томника Анны Ахматовой.
Какие-то слова по этому поводу сквозь потрясение еще придут, хотя и не выразят всего, что переполняет душу. Сейчас вспоминаются только удивительно точные слова Ларисы Иосифовны Богораз о Мише: "Редкое сочетание деловитости и добросердечия... "

Международное историко-просветительское
и правозащитное общество "Мемориал"
Редакция Интернет-портала "Права человека в России" (HRO.org)
Редакция Российского исторического и правозащитного журнала "Карта"

Вернуться на главную страницу


Я прекращаю
поддерживать Израиль

Поэтому с меня хватит. Хватит искать объяснений политике Израиля. Хватит пытаться понять непостижимые решения этой бичующей себя страны. Хватит пробовать указывать на моральную правоту народа, который сам не может отличить правильное от неправильного 

Джозеф ФАРА, Нью-Йорк

Я обладаю репутацией одного из самых убежденных сторонников Израиля.
Репутация эта сложилась вследствие ряда факторов:

  • Будучи американским журналистом арабского происхождения, я на протяжении более чем 20 последних лет старался изо всех сил развеять мифы, окружающие арабо-израильский конфликт – мифы, явившиеся, в основном, результатом эффективного обмана, намеренных искажений и неустанных пропагандистских усилий арабских и мусульманских режимов и их защитников среди ненавистников Америки и Израиля во всем мире.
  • Как любящему свободу американскому журналисту-христианину, которому довелось самому ступить на землю Ближнего Востока, мне совершенно ясно, что в арабском и мусульманском мире доминируют тирания, фашизм и антисемитизм, и нам вряд ли следует стремиться к расширению этого мира.
  • Будучи журналистом, я обнаружил, что Израиль является единственной страной на Ближнем Востоке, которая уважает свободу прессы. Это подтвердилось недавно еще раз, когда руководителю нашего Иерусалимского бюро Аарону Кляйну было отказано во въезде в Сирию на основании того, что он еврей.
  • У евреев, народа, который пережил гибель многих империй, пытавшихся  уничтожить его – включая Египет, Рим, Вавилон, Персию, если назвать лишь некоторых – есть только одна родина, Израиль, в котором они жили непрерывно в течение 4 тысяч лет, и который никогда не был самостоятельным государством, принадлежавшим любому другому народу.

Но, несмотря на все это, я перестаю защищать Израиль – или, по крайней мере, тот режим, который правит сейчас в Иерусалиме, эту бесполезную коалицию, которая, по-видимому, одержима стремлением к самоубийству.
На будущей неделе премьер-министр Израиля Эхуд Ольмерт – человек, которого я когда-то, как и его предшественника, Ариэля Шарона, считал разумным, рациональным, уравновешенным защитником своей страны – намеревается посетить Вашингтон с протянутой рукой.
Он хочет заручиться обещанием США предоставить прямую помощь в размере 10 миллиардов долларов для осуществления своего плана национального отступления, умиротворения глобального джихада и нового предательства более чем 200 тысяч израильтян, которые заселили часть исторической еврейской земли в Иудее и Самарии в соответствии с указаниями и рекомендациями предыдущих израильских правительств.
Ольмерт прибывает в США, чтобы попытаться обеспечить поддержку администрацией и Конгрессом нового раунда «размежевания» - на этот раз с 90-95 процентами того, что мы часто называем «Западным берегом», и даже с крупными районами Иерусалима, когда-то считавшегося вечной столицей еврейского народа.
Он хочет сделать это, вполне осознавая, что эвакуация прошлым летом полосы Газа оказалась абсолютной катастрофой для еврейского народа, для западной цивилизации и свободы вообще, поскольку террористы ХАМАСа – любители лобызаний, кузены Осамы бин-Ладена, «Аль-Кайеды» и организованной Ираном «Хизбаллы» – контролируют теперь территорию Газы и еще больше угрожают жизням израильских граждан.
Он прекрасно знает, что ХАМАС готовится к установлению государства, подобного государству талибов, во всей палестинской автономии – включая и новые территории, этнически очищенные от евреев.
Он прекрасно знает, что эти оставленные территории будут использованы, как и Газа, в качестве террористических тренировочных и оперативных баз, которые будут угрожать не только Израилю, но и соседним Иордании и Ливану, а затем и освобожденному Ираку.
Поэтому с меня хватит. Хватит искать объяснений политике Израиля. Хватит пытаться понять непостижимые решения этой бичующей себя страны. Хватит пробовать указывать на моральную правоту народа, который сам не может отличить правильное от неправильного.
Как и Иисус 2000 лет назад, я гляжу на сегодняшний Иерусалим и плачу.
Я знаю, что выражаю мысли многих евреев и христиан во всем мире, которые видят отступление Израиля как трусливое предательство, как знак того, что еврейское государство больше верит Вашингтону и «международной дипломатии», чем Богу Авраама, Ицхака и Иакова.
Израиль ошибался неоднократно в своей истории, отворачиваясь от своего Бога. Израиль ошибался неоднократно в своей истории, веря царям и людям больше, чем обещаниям Небес. Израиль ошибался неоднократно в своей истории, идя на компромисс со своими безжалостными врагами, которые стремились не только к уничтожению евреев, но и к угнетению своих собственных народов.
Хватит размахивать лозунгом «земля в обмен на мир». Этот лозунг никогда не срабатывал – ни в истории Израиля, ни в истории других стран.
Хватит отступлений.
Хватит односторонних уступок.
Хватит поэтапной сдачи позиций.
Хватит умиротворять зло.
Хватит этого безумия.
Компромисс со злом есть зло. Но именно это делает сейчас Израиль. Что касается меня и моего дома, то я не хочу участвовать в этом. Я буду продолжать служить Господу и молиться за мир Иерусалиму.
В одном только я уверен. Я уверен в том, что мир не наступит, если руководителями являются такие люди, как Эхуд Ольмерт и Ариэль Шарон. И если народ Израиль хочет размежевания, то он должен отмежеваться от так называемых «руководителей», подобных этим – «руководителей» по образу, подобию и традициям Невилля Чемберлена.

Опубликовано на Интернет-сайте WorldNetDaily.com 15 мая 2006 года.

Перевод с английского Эдуарда Маркова.

Вернуться на главную страницу


ПОХОЖ ЛИ Я НА КИССИНДЖЕРА
Бенедикт САРНОВ, "Лэхаим"

В 1949 году я потерял паспорт. Эта беда была, как сказано у дедушки Крылова, не так большой руки. Получить новый тогда было нетрудно: надо было взять в домоуправлении выписку из домовой книги, отнести ее в милицию, уплатить штраф (сотню, которая позже, в хрущевские времена стала десяткой) - вот и вся недолга. Девушка-паспортистка выписку из домовой книги выдала мне без всяких проволочек. Я быстро проглядел ее и в графе "отчество" прочел - не "Михайлович" (отца моего звали Михаил Владимирович), а - "Моисеевич". В графе же "национальность" - в том знаменитом пятом пункте - стояло: "русский".
- Тут две ошибки, - сказал я. - Во-первых, я не Моисеевич, а Михайлович. А во-вторых, не русский, а еврей.
Девчонка, ни слова не говоря, взяла ручку и исправила. (А может, даже и всю выписку переписала заново, сейчас уже не помню). Так я и остался евреем. Но зато стал Михайловичем.
В более поздние (хрущевские, брежневские) времена изменить в паспорте национальность было бы, наверно, сложнее. Но тогда, хоть времена были и покруче, в этих паспортных делах сохранялись еще такие вот патриархальные обычаи. Не скажи я девчонке-паспортистке, что она ошиблась, что в документах моих должно значиться "еврей", а не "русский", получил бы я новенький паспорт с кристально чистым "пятым пунктом", и многие сложности, поджидавшие меня на дальнейшем моем жизненном пути, сразу бы отпали, исчезли, растворились в воздухе.
Но такая мысль у меня даже и не возникла. А вот мысль покончить раз и навсегда с некрасивым - и каким-то чужим, не моим - отчеством "Моисеевич", доставшимся мне от каких-то старых - наверно, еще дореволюционных - документов отца, не только возникла, но я тут же этой внезапно открывшейся возможностью воспользовался.
Тогда я этим вопросом не задавался, а сейчас вот задумался: а почему, собственно, мне так не хотелось быть Моисеевичем?
Помнится, я объяснял это тем, что надо было покончить с этой вечной еврейской путаницей: в одном документе одно отчество, в другом - другое. (В комсомольском билете - и в старом, и в только что после восстановления выданном мне новеньком - я был "Михайлович"). Но это, конечно, была отговорка. Не пришло же мне в голову, что можно поступить ровно наоборот: "Михайловича" исправить на "Моисеевича". А не пришло мне это в голову, потому что отчество "Моисеевич" мне активно не нравилось. Оно раздражало меня. Раздражало, как мне тогда казалось, чисто эстетически.
Ну и, наконец, самое простое, самое естественное объяснение.
С какой стати мне называться Моисеевичем, если моего отца зовут Михаил Владимирович?
Правда, наша соседка по коммуналке Татьяна Тимофеевна в истинность этого его имени-отчества не верила. Она не верила даже в подлинность отцовской фамилии. Довольно изобретательно выдумала и уверенно повторяла, что на самом деле он не "Сарнов", а - "Сарнэ". Начисто не верила и в то, что маму мою зовут Мария Филипповна. Обращаясь к ней или к отцу, недовольно ворчала себе под нос: "Цапают наши имена!"
В некотором смысле она была, конечно, права. Потому что мама в паспорте именовалась не Марией Филипповной, а Мариам (или Мириам) Фильевной, а отец - Моисеем Вульфовичем. Но то были рудименты каких-то старых, дореволюционных полицейских документов. А на самом деле отец мой был Михаилом Владимировичем, а мать Марией Филипповной с незапамятных времен. Мать еще девочкой, в родительской семье (не говоря уже о гимназии) называлась Мусей, Марусей, а отца чуть ли не с младенчества звали Мишей. Это было довольно распространено не только в совсем уже обрусевших еврейских семьях. Вот, например, Солженицын убийцу Столыпина Дмитрия Богрова постоянно - и с видимым удовольствием - называет "Мордко". (Под этим паспортным именем он фигурировал в полицейских протоколах.) В семье же будущего убийцу с ранних детских лет звали Митей.
Василий Семенович Гроссман не только в паспорте, но даже в старых писательских справочниках именовался Иосифом Соломоновичем. И я однажды написал в какой-то своей статье, что "Василий Гроссман" - это псевдоним, и что псевдонимом этим писатель хотел особо подчеркнуть, что он - русский писатель. На самом же деле, как рассказал мне потом ближайший друг Василия Семеновича Семен Израилевич Липкин, дело обстояло несколько иначе. Родители окликали мальчика подлинным, еврейским его именем: Йося. А няньке послышалось - Вася. Так и стала она его звать. И так - с ее легкой руки - он и для родителей, и для всех домашних стал Васей.
Ну, а что касается моего отца, то он, как прожил всю свою жизнь, так и умер Михаилом Владимировичем. И на гранитной стеле, установленной над его могилой на еврейской части Востряковского кладбища, где он похоронен, так и значится: "Сарнов Михаил Владимирович".
Так что не было у меня никаких резонов оставаться Моисеевичем. И Михайловичем я стал, выходит, совсем не потому, что хотел утаить свою причастность к еврейской нации. Тем более, что тут же - пятым пунктом - эту свою причастность не то чтобы обнаружил, но даже подчеркнул.
Так-то оно так. И все-таки этим отчеством я тоже "отъевреивался". Не отрекался от своей национальной принадлежности, но - как бы дистанцировался от нее. Давал понять, что я - не чета тем, местечковым или каким-нибудь там бердичевским Соломоновичам, Исааковичам и Абрамовичам...
Про Евгения Долматовского ходил слух (не знаю, правда ли это), что он - один из двух-трех смельчаков - отказался подписать затевавшееся "Правдой" письмо знаменитых евреев, которое по замыслу затевавших эту акцию партийных функционеров, должно было как бы санкционировать высылку еврейского народа, оказавшегося в плену сионистской заразы, в места отдаленные. Свой отказ Долматовский якобы мотивировал тем, что он не еврей, никакого отношения к евреям не имеет, и поэтому в списке еврейских знаменитостей, среди всех этих Рейзенов, Гельфандов и Эренбургов ему не место. Довод поэта показался резонным, и от него отстали.
А за несколько лет до того (в 49-м) Семен Израилевич Липкин имел с Евгением Ароновичем любопытный разговор как раз на эту тему. Тот был в мраке по поводу бушевавшей антикосмополитской кампании. Он не то чтобы осуждал ее. Просто опасался, что молния ненароком может ударить и в него: ведь у него такое жуткое отчество - Аронович.
Семен Израилевич - человек лукавый, но замечательно умеющий прятать свое лукавство под личиной наивности. Он в совершенстве владеет умением самые причудливые мысли и соображения высказывать таким тоном, что даже очень проницательный собеседник не всегда может усечь, что скрывается за той или иной его репликой: простодушие или утонченная ирония?
Вот и в тот раз, в ответ на жалобы Долматовского, Семен Израилевич невозмутимо заметил, что отчество "Аронович" ровным счетом ничего не значит.
- Вот, например, Баратынского, - дал он тут же историческую справку, - звали Евгений Абрамович. А Мартынов - убийца Лермонтова - так тот и вовсе был Соломонович. Оба, заметь, отнюдь не евреи, а чистопородные русаки. И даже дворяне.
- Да? - оживился Евгений Аронович.
Это сообщение Липкина явилось для него совершеннейшей новостью: в литературном институте, где он учился, им, видимо, таких деталей не сообщали.
Как бы то ни было, после этого разговора он сильно приободрился, и не исключено, что именно информация, полученная в тот день от всезнающего Семена Израилевича, помогла ему окончательно утвердиться в мысли, что он вовсе не еврей и никакого отношения к еврейской нации не имеет.
Несколько иной разговор - в то же время и на ту же самую тему - произошел у Семена Израилевича Липкина с Борисом Леонидовичем Пастернаком.
Как и с Долматовским, он столкнулся с ним случайно на улице и сразу заговорил о том, что камнем лежало тогда у него на душе: о разнузданной антисемитской кампании, развязанной статьей "Правды" о критиках-антипатриотах.
Пастернак в ответ на какую-то не слишком даже резкую реплику Липкина (что-нибудь вроде: "Ну как вам все это нравится, Борис Леонидович? Думали ли мы, что доживем до такого?") выдал самую настоящую истерику. Он чуть ли не криком кричал:
- А почему, собственно, вы меня об этом спрашиваете? Какое я имею к этому отношение?
И довольно смутно, как это было ему свойственно и в других, куда более спокойных ситуациях, но все-таки достаточно внятно выразил примерно ту же мысль, что и Долматовский. То есть - что он по внутреннему своему самоощущению вовсе не еврей, никакого отношения к еврейству не имеет и не желает, чтобы его припутывали ко всем этим превратностям сугубо еврейской судьбы.
Выслушав этот рассказ Семена Израилевича, я, по правде говоря, слегка усомнился в его достоверности. Не то чтобы я решил, что Семен Израилевич все это выдумал. Но как всякий хороший рассказчик (а рассказчик он замечательный), не удержался, думал я, от соблазна слегка расцветить имевший место факт, придать ему чуть более яркую художественную форму.
Уж очень мелко выглядел в этой сцене Борис Леонидович. А ведь он - как к нему ни относись, - человек во всяком случае не мелкий.
Позже, однако, я убедился, что эту свою историю Семен Израилевич не только не придумал, но, пожалуй, даже и не обогатил, а изложил имевший место факт с фотографической точностью.
Увериться в этом меня заставило письмо Бориса Леонидовича А.М. Горькому от 7 января 1928 года. (Оно напечатано в 5-м томе его собрания сочинений.)
Вот что я там прочел.
"Вы знаете моего отца, и распространяться мне не придется. Мне, с моим местом рожденья, с обстановкою детства, с моей любовью, задатками и влеченьями не следовало рождаться евреем. Реально от такой перемены ничего бы для меня не изменилось. От этого меня бы не прибыло, как не было бы для меня и убыли. Но тогда какую бы я дал себе волю! Ведь не только в увлекательной, срывающей с места жизни языка я сам, с роковой преднамеренностью вечно урезываю свою роль и долю. Ведь я ограничиваю себя во всем. Разве почти до неподвижности доведенная сдержанность моя среди общества, живущего в революцию, не внушена тем же фактом? Ведь писали же Вы в свое время об идиотствах, допускавшихся при изъятиях церковных ценностей, и глубоко были правы. А ведь этими изъятиями кишит наша действительность на каждом шагу, и не бывает случая, когда бы моя свобода в теперешнем окруженьи не казалась мне (мне самому, а не "кн. Марье Алексеевне") неудобной, потому что все пристрастья и предубежденья русского свойственны и мне. Веянья антисемитизма меня миновали, и я их никогда не знал. Я только жалуюсь на вынужденные путы, которые постоянно накладываю на себя я сам, по "доброй", но зато и проклятой же воле!"
В переводе с "пастернаковского" на язык родных осин это значит, что и в своих взаимоотношениях с родной речью, и в общественном своем поведении он постоянно вынужден оглядываться на свое еврейство, зависеть от него, считаться с ним. И это - сковывает его свободу, мешает естественности проявлений его личности. Будь он русским по рождению, он бы и жил, и действовал, и думал, и писал точно так же. Но никому, никакой княгине Марье Алексеевне тогда и в голову бы не пришло заподозрить его в том, что он, скажем, "калечит русский язык", потому что он - не настоящий русский, инородец.
В отличие от Долматовского для Бориса Леонидовича это была не внешняя, а сугубо внутренняя проблема. Евгений Аронович всполошился, когда его сакраментальное отчество могло помешать его карьере или спровоцировать даже еще более грубое (скажем, административное) вмешательство в его жизнь. Борис Леонидович же поделился с Горьким своей драмой в 1928 году, когда никакие внешние осложнения, связанные с его еврейским происхождением, ему не грозили.
Хотя, уверяя Горького, что "веянья антисемитизма его миновали", он, я думаю, был искренен не вполне.
Вступительные гимназические экзамены девятилетний Боря Пастернак держал в Одессе, где семья задержалась из-за болезни отца. Удостоверение о том, что все экзамены сын успешно выдержал, Леонид Осипович присовокупил к своему заявлению на имя директора московской 5-й гимназии, в котором просил зачислить сына в число учеников. Были приложены и все остальные необходимые документы, включая свидетельство о привитии оспы.
Предвидя возможные затруднения, отец будущего поэта обратился к помощи тогдашнего директора училища, в котором преподавал, князя Львова. А тот попросил содействия московского городского головы князя Голицына. Но даже вмешательство (в высшей степени доброжелательное) обоих этих влиятельных особ не помогло. Вот начало письма, которое московский городской голова князь Голицын получил от директора гимназии в ответ на свою просьбу.
"Ваше Сиятельство, Милостивый Государь Владимир Михайлович.
К сожалению ни я, ни педагогический совет не может ничего сделать для г Пастернака: на 345 учеников у нас уже есть 10 евреев, что составляет 3 %, сверх которых мы не можем принять ни одного еврея, согласно Министерскому распоряжению. Я посоветовал бы г-ну Пастернаку подождать еще год и в мае месяце представить к нам своего сына на экзамен во 2-й класс. К будущему августу у нас освободится одна вакансия для евреев, и я от имени педагогического совета могу обещать представить ее г-ну Пастернаку".
Пришлось проглотить эту пилюлю. Был нанят домашний учитель, с которым Боря в течение года проходил все предметы первого класса. Причем, весьма досконально, с расчетом на повышенные требования.
Трудно представить себе, чтобы эта история не оставила чувствительного шрама в душе впечатлительного мальчика. Тому, впрочем, есть и прямые доказательства.
Размышляя (в "Докторе Живаго") о людях - всех людях вокруг, - которые были "безотчетно пьяны общим потоком жизни", Пастернак анализирует душевное состояние одиннадцатилетнего гимназиста Миши Гордона, наблюдающего из окна поезда эту "всеобщую беззаботность":
"Из этого правила мальчик был горьким и тяжелым исключением. Его конечною пружиной оставалось чувство озабоченности, и чувство беспечности не облегчало его. Он знал за собой эту унаследованную черту и с мнительной настороженностью ловил в себе ее признаки. Она огорчала его. Ее присутствие его унижало.
С тех пор как он себя помнил, он не переставал удивляться, как это при одинаковости рук и ног и общности языка и привычек можно быть не тем, что все, и притом чем-то таким, что нравится немногим и чего не любят? Он не мог понять положения, при котором, если ты хуже других, ты не можешь приложить усилий, чтобы исправиться и стать лучше. Что значит быть евреем? Для чего это существует? Чем вознаграждается или оправдывается этот безоружный вызов, ничего не приносящий, кроме горя?"
Образ Миши Гордона вряд ли можно считать автобиографическим. Но вот это душевное состояние мальчика, испытываемое им "с тех пор как он себя помнил", наверняка было хорошо знакомо и самому автору романа.
Отсюда и то чувство скованности, несвободы, зависимости от своего еврейского происхождения, о котором уже взрослый Борис Леонидович писал в своем письме Горькому.
Я говорю об этом так уверенно, потому что однажды с этим еврейским "комплексом неполноценности" столкнулся вплотную - на этот раз не в литературе, а в жизни. И столкновение это, надо сказать, поразило меня даже больше, чем описанный выше "случай Пастернака".
Один близкий мой друг, талантливый поэт, показал мне несколько исправлений, сделанных им в недавно написанном - и очень понравившемся мне - стихотворении. По поводу одного из них я сказал:
- А вот это - зря. Раньше было лучше.
- Да, я знаю, - сказал он. - Стало хуже. Но так грамотнее.
- Что за чепуха! - удивил
ся я. - При чем тут грамотность? В стихах мы ценим поэтическую силу и выразительность. А грамматической правильностью иногда можно и пренебречь.
Доказывая эту азбучную истину, я вспомнил Лермонтова - его гениальную строку: "Из пламя и света рожденное слово". "Из пламя" - это ведь тоже неграмотно. Но насколько хуже стало бы, если бы Лермонтов исправил эту свою неграмотность на гладенькое - "из пламени".
Во время этого моего темпераментного монолога друг мой сардонически улыбался и грустно кивал головой. А когда я кончил, сказал, что да, все это так, он и сам знает, что ухудшил свое стихотворение, все, все, что я говорил, - это, в сущности, азбучные истины.
- Но есть тут одна тонкость, - сказал он. - Понимаешь, если бы я был на все сто процентов русский, я бы, конечно, оставил, как было. Но поскольку во мне есть еврейская кровь, я должен быть в этих делах особенно щепетилен...
Я не хочу называть имя этого моего друга. Скажу только, что и имя, и отчество, и фамилия у него были стопроцентно русские, поскольку папа его был коренной русак. А вот мама, - которую он, кстати сказать, не знал, она умерла, когда он был еще младенцем, - мама - да, действительно. Она имела неосторожность родиться еврей-кой. И с этим уже решительно ничего нельзя было поделать.
Излагая мне все это, мой друг был уверен, что я его пойму. Во всяком случае, он не сомневался, что такое объяснение не совсем обычного его поступка меня не удивит. Но оно меня не просто удивило: я был ошеломлен. У меня не было и тени сомнения, что тут - явное отклонение от нормальной человеческой психики, какой-то болезненный выверт, комплекс. Я даже определил его как "комплекс полукровки". Потому что, будучи евреем, так сказать, с обеих сторон - и по папе, и по маме, - сам я никаких таких комплексов никогда не испытывал.
Мои взаимоотношения с русским языком, с родной русской речью всегда были простыми и ясными. Я бы даже сказал, примитивными. Я никогда не задумывался, как говорю и как пишу. Говорил как придется. Как - само собой - выговаривалось. А позже, когда задумался (сравнивая свою речь с речью других моих друзей и знакомых), поймал себя на том что даже зная, как лучше, как правильнее, не могу заставить себя выговорить какое-нибудь слово иначе, чем по-своему: так, как привык его выговаривать.
Речь моя, естественно, была не простонародная, а - книжная. Поэтому окончания прилагательных я произносил по-книжному: "русский", "московский", "убогий", а не - "русскай", "московскай". И только пушкинская рифма в "Евгении Онегине" подсказала мне, что надо бы - "убогай", а не "убогий", потому что с "убогим" французом monsieur l'Abbe у Пушкина рифмуется: "Не докучал моралью строгой".
Но даже узнав, как надо, - выговорить "убогай" я все равно не мог: язык не поворачивался.
Родившись в Москве и выросши в московском дворе, я с детства привык говорить "молошная", "булошная", "конешно". Мне даже было в диковинку, что серовский мой дружок Глеб Селянин произносил по-книжному, как написано: "булочная", "молочная", "конечно". (Он был ленинградец, а у них, в Питере, говорили именно так.) Но никогда, ни при какой погоде я не мог бы выговорить: "коришневый" вместо "коричневый" или назвать свою любимую кашу "грешневой", а не "гречневой". Или произнести, как легко и естественно делал это мой друг Боря Заходер, - "дефьки", "лафьки", "зерькало", "стерьва". Тоже ведь, вроде, по-московски. Но в мое время, в моей Москве так уже никто не говорил. (Разве только наша соседка тетя Варя, которая мою маму называла "Филипьевна".)
Сказать "грешневая" вместо естественного для меня "гречневая" или "дефьки" вместо "девки" я не мог по той простой причине, что это был бы выпендреж, искусственное, нарочитое выламывание.
Однажды, рассказывая в какой-то компании о том, как Саша Межиров вынудил меня играть с ним в пирамиду на деньги, я сказал: "в бильярд". Присутствовавшая при этом знакомая переводчица строго меня поправила:
- Надо говорить не "в бильярд", а - "на бильярде".
Да, я знал - конечно, знал, - что надо говорить "партия в бильярд", но - "играть на бильярде". Но выговорить эти слова - хоть убей! - не мог. Чувствовал, что в моих устах это прозвучало бы неестественно. Почему? Устарело это выражение, что ли? Не знаю. Знаю только, что, сказав: "мы играли на бильярде", я был бы - не я. Это было бы с моей стороны чистейшей воды притворство.
Сейчас, задним числом вспоминая и анализируя те - давние - мои ощущения, я думаю, что это во мне говорил здоровый инстинкт носителя языка. Язык ведь меняется, и то, что вчера было неправильностью (скажем, слово "обязательно" в значении "непременно" или "пара минут", или даже "довлеет над"), сегодня уже входит во все словари, включая академический, как новая языковая норма.
Носителем языка я себя, конечно, не осознавал. Но в своих взаимоотношениях с русским языком никогда не ощущал себя менее русским, чем, скажем, своих литинститутских однокашников - Володю Солоухина и Володю Тендрякова. И разница между нами - в этом! - была только та, что они "окали" (по-вологодски), а я - "акал" (по-московски).
Еврейский комплекс неполноценности, нежданно-негаданно проявившийся у моего друга-поэта, я назвал "комплексом полукровки". Вероятно потому, что наблюдал нечто похожее у других своих знакомых "двойного происхождения": замечал, что они были "зациклены" на национальных проблемах не в пример больше, чем я. Но на самом деле, быть может, природа этого комплекса моего друга была другая. Он родился и вырос в Днепропетровске, на Украине, и чистая московская речь для него изначально была чем-то таким, чем ему надо было овладевать: он не ощущал ее в полной мере своей. Я же был начисто лишен этих комплексов не только потому, что был коренным москвичом, но еще и потому, что детство мое прошло в "Стране Гайдара". Мироощущение жителя этой мифической страны напрочь избавило меня от всяких национальных комплексов. В отличие от моего друга-поэта, детство которого протекало совсем в другой среде, и даже в отличие от Б.Л. Пастернака, с антисемитизмом я впервые столкнулся гораздо позже, уже почти взрослым (об этом речь впереди). А все болезненные комплексы такого рода зарождаются, как видно, именно в детстве. Мое же детство, как я об этом уже писал, было искусственно, так сказать, дистиллированно советским. И это, как ни странно, и защитило, спасло меня от всяких болезненных комплексов. Кстати, не только национальных: долго еще я жил с этим "советским" ощущением хозяина жизни, хотя подлинными хозяевами давным-давно уже были люди совсем другого разбора.
Вероятно, это же самое мироощущение гражданина "Страны Гайдара" с детства приучило меня не стесняться своего еврейства: "Ну подумаешь, ну еврей, ну - и что такого!" В "Стране Гайдара" это воспринималось легко, даже нарочито облегченно. И я, читая это, весело смеялся. И никакой фальши я не ощущал - да ее, наверно, и не было! - как в реплике одного из персонажей "Золотого теленка": "Да, вот так: евреи есть, а вопроса еврейского нету!".
Эта с детства привитая мне гайдаровская привычка не стесняться своего еврейства, тоже - как это выяснилось впоследствии, - сослужила мне хорошую службу.
Мой друг Шурик Воронель недавно прислал мне из Израиля свою новую книгу - сборник статей на разные, но, как правило, связанные с еврейскими проблемами темы. (Шурик у нас теперь - еврейский националист.)
Почти все его рассуждения этого рода довольно-таки далеки от меня. Но одно его соображение (точнее - наблюдение) показалось мне на редкость метким:
"Когда ты чувствуешь себя евреем и окружающие именно так тебя и видят, в душе не возникает повода для разлада. Но, если вообразить о себе невесть что (например, со щегольским оттенком: я - гражданин мира, я - русский интеллигент, я - европеец и живу вне наций), а окружающие не смогут при этом избавиться от впечатления от моей экзотической внешности или чрезмерной еврейской живости - конфликт неминуем".
В справедливости этого замечания я однажды убедился на собственном опыте. Но совсем не потому, что мне самому пришлось пережить такой конфликт. Как раз наоборот.
Дело было так.
В самый пик перестройки мне случилось несколько раз выступить перед довольно многочисленной аудиторией. Как правило - не одному, а в компании с друзьями - коллегами, единомышленниками.
Но однажды вышло так, что я на протяжении нескольких часов - один! - удерживал внимание огромного зала. Рассчитан он был, как мне сказали, на тысячу двести человек. Но было там (а может, мне это показалось со страху) раза в полтора больше. Сидели тесно, иногда по двое на одном месте. Стояли в проходах.
Я что-то такое там говорил, рассказывал, читал. Отвечал на записки, на устные вопросы с мест.
Настроение в зале было не всегда доброжелательное. Иные мои реплики вызывали гул недовольства. В общем, обстановка была скорее напряженная.
И вот, в один прекрасный момент, приходит ко мне из зала записка: "Скажите, почему вы так похожи на Киссинджера?"
Я прочел эту записку сразу вслух. (Нет, чтобы сперва пробежать ее глазами, так сказать, про себя и решить, стоит ли вообще отвечать на такую глупость. Или хотя бы подумать, как ответить получше, поостроумнее.) И поскольку времени на размышление уже не было, сходу сказал первое, что пришло в голову:
- Думаю, что на Киссинджера я похож не больше, чем один еврей в очках - на другого еврея в очках.
Реакция зала была неожиданной.
Нехитрый этот ответ вызвал взрыв аплодисментов, бурностью и продолжительностью несравнимый с откликами на все другие, как мне казалось, куда более умные и остроумные мои реплики.
Общий настрой этих аплодисментов - в сочетании с выражением лиц аплодирующих - я бы охарактеризовал как крайнюю степень доброжелательности.
Я не знаю, был ли в том обращенном ко мне вопросе хоть слабый привкус антисемитизма. Может, и нет. Хотя какая-то толика ехидства наверняка была. Но отвечая, я эту сторону дела проигнорировал. Не сознательно, а просто потому, что в тот момент об этом не думал. Хотел сказать только одно: что никакого индивидуального сходства с Киссинджером у меня нет, что мифическое сходство это - если уж оно вам померещилось, - чисто типологическое, относящееся не ко мне лично, а к некоему общему типажу, который может быть охарактеризован вот этой расхожей формулой: "Еврей в очках".
Но зал воспринял мою реплику иначе. В ней услышали естественную, не заготовленную, непроизвольно вырвавшуюся констатацию: "Да, в самом деле, Киссинджер еврей, и я тоже. Но помимо этого, не такого уж существенного обстоятельства, нет между нами решительно ничего общего. (Не считая, конечно, очков.)".
Больше всего людям, сидящим в зале, понравилось в моем ответе, конечно, то, что я не стал "отъевреиваться", не возмутился, не стал спорить ("При чем тут Киссинджер? Что у меня может с ним быть общего!"), а легко и просто признал, что общее есть. В то же время от этого - объединяющего меня с Киссинджером - обстоятельства я отмахнулся небрежно, как от чего-то не слишком существенного. И это тоже понравилось, поскольку сделал я это непреднамеренно, а, так сказать, непроизвольно. Все вдруг увидели, что теме этой, для многих (как евреев, так и антисемитов) весьма болезненной, можно и не придавать особого значения, что она, в сущности, того не стоит. И радостно приняли такой взгляд на этот щекотливый предмет, как самый естественный. Единственно нормальный.
В связи с этой историей - вернее, по ассоциации с ней - не могу не вспомнить другую, одним из главных "фигурантов" которой был тот же Киссинджер.
В Еврейском центре (есть теперь такой в Москве) шла презентация альманаха "Цомет" (по-русски "Перекресток"). В альманахе этом были собраны сочинения писателей, живших в России и уехавших (давно или совсем недавно) в Израиль.
Произведения российских литераторов занимали первую половину альманаха, израильских - вторую. И эту вторую надо было читать наоборот, с конца альманаха - к началу.
В связи с этим кто-то из устроителей мероприятия и рассказал припомнившуюся мне сейчас историю.
В один из самых критических моментов существования Государства Израиль (кажется, это было во время войны Судного Дня) в Иерусалим приехал Генри Киссинджер, тогдашний Государственный секретарь США. Израильтяне, естественно, возлагали на него большие надежды - не только как на государственного секретаря, но и как на еврея: будучи их соплеменником, он должен был, по их мнению, прилагать особые старания, чтобы Соединенные Штаты осуществляли по отношению к Израилю в этом конфликте режим наибольшего благоприятствования. Киссинджер этим давлением, само собой, был недоволен. И выступая в Кнессете, весьма недвусмысленно это недовольство выразил.
- Во-первых, - сказал он, - я американец. Во-вторых - государственный секретарь Соединенных Штатов Америки. И только в последнюю, третью очередь я - еврей.
- Это верно, - откликнулась Голда Меир. - Но ты забыл, что мы читаем справа налево...
В каждой шутке, как говорится, - доля правды. А в этой была еще немалая толика философии.
Что бы ты там ни говорил, как бы ни вертелся, кем бы себя ни ощущал, - прямо дала она понять государственному секретарю Соединенных Штатов, - на самом деле прежде всего ты еврей. И сколько бы ни старался, никуда ты, мой милый, от этого не денешься.
В сущности, эту же точку зрения высказал и мой друг Шурик Воронель - в том самом, процитированном мною его замечании.
- Ты, - говорит он, обращаясь в отличие от Голды Меир не к Киссинджеру, а прямо и непосредственно ко мне, - можешь считать себя гражданином мира или русским интеллигентом, но что бы ты ни говорил, кем бы себя не воображал, прежде всего ты - еврей.
Может, оно и так (с этой темой я еще не развязался и к обсуждению ее еще вернусь), но я от такого самочувствия (самосознания, самоощущения) по-прежнему далек.
Примерно в то же время, когда я удостоился аплодисментов за то, что не отрекся от своего сходства с Генри Киссинджером, случилось мне выступать перед - тоже довольно многочисленной - аудиторией московских студентов. И зашла речь о впервые ставшем тогда постоянно мелькать определении "русскоязычный". Так наши русские националисты стали именовать всех пишущих (и писавших) на русском языке "инородцев": Бабеля, Василия Гроссмана, Фазиля Искандера...
Глумясь над этим прозрачным эвфемизмом, я говорил, что, став на такую позицию, "русскоязычными" (а не русскими) писателями придется объявить не только Гоголя, но и Пушкина, и Лермонтова, и Аксакова, и Чаадаева, и Вяземского, и - мало ли кого еще! И в заключение сказал, что если меня попытаются отлучить от русского языка и русской культуры, я буду сопротивляться всеми доступными мне средствами - драться, кусаться, царапаться...
- И дело тут даже не в том, - объяснил я, - что русская культура представляется мне "найкращей", а русский язык - самым совершенным из всех других языков и наречий. ("Великий, могучий, правдивый и свободный".) Просто случилось так, что никакого другого языка, кроме русского, я не знаю. (Это, конечно, меня не украшает, но тут уж ничего не поделаешь.) И все достижения мировой культуры (во всяком случае - литературы), к каким мне удалось прикоснуться, знакомы мне только в их русском варианте. Выходит, что, отпав от русской культуры и русского языка, я даже и гражданином мира не смогу себя числить. Вот почему мне не остается ничего иного, как считать себя русским интеллигентом. У меня просто нет другого выхода.
При таком самоощущении (самосознании), казалось бы, естественно было мне в 49-м, когда началась газетная травля "безродных космополитов", прореагировать на эту - первую в моей жизни - широкую волну государственного антисемитизма так, как отреагировал на нее Б.Л. Пастернак: "А при чем тут я? Какое все это ко мне-то имеет отношение?"
Но для того чтобы в такой момент отстраниться, дистанцироваться от тех, кого лупят, нужна была незаурядная смелость, которой я не обладал. Не говоря уже о том, что, будь я даже не евреем, а стопроцентным русским (так во всяком случае мне тогда казалось), я тоже не мог бы сказать, что "все это" меня не касается. Это было бы просто неприлично.
Но сейчас я говорю о другом. А если - совсем честно? Наедине с собой? Если скажу (не публично, даже не вслух, а - только себе), что никакой я, в сущности, не еврей и ничего меня с "ними" (кроме, разумеется, той крови, которая течет не "в жилах", а "из жил") не связывает? Правда это будет - или ложь?
Чтобы ответить на этот вопрос, надо очень глубоко заглянуть в себя. Не знаю, удастся ли.
Но - попробую.

Вернуться на главную страницу


Российские мифы и гражданское общество


САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, 13 апреля (АНН). У нас часто любят говорить о неразвитости, слабости или отсутствии гражданского общества. Да что ж это за зверь такой - гражданское общество? И почему то ли его нет, то ли оно слабое? И что будет, если оно будет?
Есть много определений гражданского общества, грешащих, как всякие определения, какой-то неполнотой и скукой, но сходящихся в одном: это общество с развитыми отношениями всех видов между членами общества, добровольными и обязательно независимыми от государства объединениями граждан, хотя и взаимодействующими с ним.
В теории конституционного права это необходимый и рациональный способ жизни общества, основанный на праве и демократии. Это такое общественное устройство, при котором человеку гарантируется в рамках закона свободный выбор форм его личного, общественного, экономического и политического бытия, где права человека утверждаются как основная ценность, где обеспечивается идеологический плюрализм и создаются, на основе свободы слова и независимости СМИ, условия для осознанного выбора гражданами своих предпочтений и приоритетов. Такое гражданское общество осуществляет контроль над государством, которое вынуждено добросовестно служить гражданам и обществу.
Строго говоря, это некоторая идеальная модель общественного устройства, а реальное обустройство жизни общества - это и есть процесс совершенствования гражданского общества в его стремление к идеалу.
Так есть ли такое общество в России? Видимо, все-таки пока нет. Но уже есть - возникли после крушения коммунизма - самые необходимые элементы гражданского общества: какое-то количество реально свободных граждан и общественных организаций и объединений, независимых от государства и существующих автономно от него в соответствующем правовом пространстве. Существует у какой-то части населения и представление об идеальном гражданском обществе, о путях приближения к нему. Вместе с тем, есть и огромное сопротивление бюрократической правящей верхушки как созданию такого общества, так и распространению информации о принципиальной возможности построения в России такого государственного устройства, где власть существует исключительно для реализации прав и законных интересов граждан. Эта верхушка не просто сопротивляется, а умышленно навязывает общественности, за счет тотального контроля над информационным пространством, различные популистские мифы, оправдывающие это сопротивление.
Первый миф - это миф о так называемой "соборности" русского народа, некой готовности русских к коллективному сосуществованию при непременном руководстве со стороны пастыря.
Другой миф, всячески поддерживаемый властной бюрократией, - об особом пути России, на основании которого оказывается всяческое сопротивление демократизации России, представляющей действительно реальную опасность для существования нашей бюрократии в том бесконтрольном виде, к которому она так привыкла.
Третий миф, тесно связанный с первыми двумя, а может быть являющийся просто их модификацией, - это миф славянофильства. Он предполагает, что только в традициях славянских народов (по преимуществу, русских), исповедующих православие, заложены "истинные" принципы общественной жизни, и выражением этой "истинности" является тяга населения страны к общине, к житью под начальством.
Отсюда еще один миф, или еще одна модификация предыдущих мифов, - о некоей специфической славянской миссии России (не путать с одноименной организацией, занимавшейся пропагандой протестантизма в России!). Славяне лучше всех знают, куда и как идти человечеству, а поэтому Россия вполне может не адаптировать чужой опыт, имеет право всех учить и вот-вот возглавит весь мир. Очень лестный для народа миф, и для его подтверждения есть еще один миф - об особой неповторимой духовности русского народа.
В таком мифологизированном пространстве говорить о созидании продуктивного гражданского общества в стране очень трудно. Тем более что бюрократическая элита, добравшаяся до власти, совершенно не заинтересована в становлении этого самого гражданского общества, а наоборот, направляет все свои усилия на укрепление мифологизированного иррациональными идеями пространства, в котором она и чувствует себя как рыба в воде, безнаказанно заботясь на этом фоне исключительно о своем благополучии. Населению же предоставлено право утешаться идеями о том, что оно - народ-богоносец, очень духовно, соборно, и не сегодня - завтра возглавит победное шествие всего мира к вершинам духовного и материального благополучия на основе православных ценностей. Для правящей бюрократии весь этот винегрет является обоснованием для любых антидемократических и антилиберальных акций. Это уничтожение свободы и независимости СМИ, попытки низведения общественных объединений и организаций до уровня традиционных советских подконтрольных власти имитационных структур, реальная ликвидация возникших было политических партий и приведение страны к традиционной однопартийной системе с фактической ликвидацией выборов и референдумов и заменой их на право "голосовать за". В общем, возвращение к традиционной советской модели общественно-политического устройства при введении частной собственности на средства производства и сырье, при условии, если они в руках или под контролем партхозноменклатуры, утерявшей было власть в августе 1991 года.
А над всем этим царит и еще один - главный миф, который определяет принятие всего этого тоталитарного бреда большинством населения, - миф о стремлении злокозненного Запада (НАТО, Евросоюза, мировой закулисы, США, Папы Римского - как когда надо) захватить (погубить, разграбить, уничтожить) Россию (православие, славян).
Движет всеми этими мифотворцами тривиальный страх утратить то, чем они владеют на незаконных основаниях, ибо они-то точно знают, что в условиях демократии, свободы информации, конкуренции во всех сферах у них нет шансов на успех. И понимают, что в светском государстве необходимо естественное отмирание мистического влияния на власть и население ранее ненавистных религиозных структур РПЦ, озаботившейся вдруг, видимо, по заданию ФСБ, проблемами прав человека.
Это уже сильно напоминает страх батьки Лукашенко, вынужденного проводить свою инаугурацию под охраной чуть не всей армии Белоруссии…
Впрочем, страх перед возможным гражданским обществом буквально прет и из проекта постановления правительства России о введении с 18 апреля законов о некоммерческих организациях! Придумана куча отчетных форм с совершенно полицейскими допросными функциями, имеющими своей целью заставить некоммерческие организации в советских традициях трястись перед властью. А сколько чиновников и за какую зарплату будут теперь все это "изучать" и "принимать меры" - и все от страха перед независимыми от власти общественными объединениями и возможным созданием реального гражданского общества!
Найдет ли силы в себе нарождающееся гражданское общество России противостоять нашей трусливой власти? Научимся ли мы контролировать власть, а не послушно вставать под ее контроль? Ведь примеры есть. Французские студенты при поддержке гражданского общества Франции добились-таки отмены закона о первом контракте, несмотря на то, что власть им все доказывала, что этот закон принят в интересах выпускников ВУЗов. Не поверили!
Впрочем, наша власть тоже говорит, что все гадости, которые они нам придумывают - в наших интересах.

Юрий ВДОВИН, заместитель председателя Санкт-Петербургской
правозащитной организации "Гражданский контроль"


В РОССИЙСКИХ ВООРУЖЕННЫХ СИЛАХ
ВСЁ ОЧЕНЬ ДАЖЕ ГЛАМУРНЕНЬКО

GLAMOUR - волшебство, чары, романтический ореол,
обаяние, очарование, зачаровать, очаровать, пленить, покорить
Большой современный англо-русский словарь

Многих россиян очаровывает то, что С. Иванов - сегодня самый гламурный современный российский генерал и единственный, который говорит без грубых грамматических ошибок. Но посмотрим на содержание того, что он сообщил парламенту о проблемах ВС (Выступление министра обороны России в парламенте 15 февраля 2006 года. http://babr.ru/news/print.php?IDE=27912): "Некоторые впервые в жизни видят унитаз, зубную щетку и трехразовое питание", "а в остальном, прекрасная маркиза, все хорошо, все хорошо, все хорошо". Весь ивановский доклад - обычная статистическая эквилибристика (работаем, улучшили и т.д., и т.п.), советская демагогия и одновременно обвинения и угрозы в адрес врагов ВС. А в программе у Познера пресс-секретарь и заместитель Министра обороны Николай Панков пошел дальше самого министра: сравнивая американскую и российские армии, он заявил, что "на голову выше наш часто зачуханный взводный и ротный офицер" (http://www.1tv.ru/owa/win/ort6_main.main?p_news_title_id=86240).
С точки зрения руководства вооруженных сил России, "в ВС всё очень даже гламурненько". Но неизбежно встает вопрос - для кого же сегодня российские ВС - волшебная страна?
Прежде всего, конечно, для С. Иванова. Переводчик-разведчик, ставший министром обороны на седьмой части суши, - такие чудеса невозможны даже в Африке.
ВС России - это сказочное государство и для нескольких сотен генералов и адмиралов (с их семьями), которые непонятно как, при их заработке на уровне начинающего менеджера, построили шикарные дачи в Подмосковье. И это только те, о ком пишет пресса. Уверен, что от недостатка хороших дач и прекрасных квартир не страдают и другие генералы. Трудно представить бедствующим нищим главу государственного унитарного предприятия "Единая телерадиовещательная система Вооруженных сил России", капитана первого ранга Александра Лебедева, который на радио "Свобода" с упоением рассказывал о своих поездках в Англию, Китай и прочие страны и о проблемах ВС Великобритании, Швеции, США.
(http://www.svobodanews.ru/Transcript/2006/02/27/20060227200010890.html)
Почему-то вспомнилась старая русская (видимо, патриотическая) пословица - "Пустили Дуньку в Европу". Каперанг Лебедев так оценил своих оппонентов: "Понимаете, молотить всё, что в голову пришло, научились все, а конструктивно разговаривать - нет", и сообщил о том, что у него была зарплата "625 рублей", в то время как "в среднем по стране было 140 у инженерного состава". А о судьбе проблемных призывников педагог-агитатор Лебедев поговорил отдельно: "Мы их выучим, они пройдут школу мужества, они вернутся в общество нормальными людьми. А так они будут пить под забором".
Удивительно, но вот Генеральный прокурор РФ В. Устинов, Главный военный прокурор А. Савенков и Председатель Верховного суда В. Яковлев упорно не хотят до конца соглашаться с тем, что в ВС всё гламурненько. С этим спорят и матери погибших солдат, и нищие офицеры, и многие тысячи жертв российских ВС как внутри их, так и за их пределами. Даже сам российский главнокомандующий частенько (иногда вынужденно) выражает свое недовольство положением дел в ВС.
Судя по опросам граждан России, большинству россиян, кроме руководства Минобороны и всячески поддерживающих его большинства депутатов Федерального собрания, почему-то кажется, что главная задача нормальных ВС - не учить деревенских мальчиков пользоваться зубной щеткой и унитазом, и не откармливать их, а обеспечить национальную безопасность. Как ни благородна задача фирмы The generals unlimited харчевать и даже социализировать солдат, но ВС все-таки не мясокомбинат и не курсы хороших манер. Вот только сегодня реальное решение проблемы национальной безопасности откормленным руководством Минобороны передвинуто на то время, когда за это будут отвечать уже другие генералы, а нынешние будут отдыхать в своих шикарных квартирах и на элитных дачах, пописывая мемуары.
Как резюме плачевного состояния ВС, приведу оценку социолога Л. Гудкова: "Российская армия как военная машина в настоящее время представляет собой распадающееся, деморализованное и дезориентированное целое, остатки прежде мощной, привилегированной и замкнутой корпорации, сплоченной сознанием своей исключительности, необходимости и авторитетности в обществе, подкрепленной социальными и материальными благами, интегрированной ясным образом "врага" и образцовостью своей организации. Обремененная пережитками идеологии "великой державы", имперскими традициями, сегодняшняя армия не в состоянии преодолеть институциональную инерцию времен "холодной войны". Огромное количество устаревшего вооружения, предназначенного для военных действий по схемам, основанным, главным образом, на опыте Второй мировой войны, стратегическое ракетно-ядерное оружие, бывшее главным аргументом в противостоянии западного и коммунистического мира, но теперь совершенно не нужное, военно-морские флоты, ставшие абсолютно недееспособными в нынешних условиях, дальняя авиация и т.п., оказывают чрезвычайно угнетающее воздействие на современное развитие России (Армия в постсоветской России index.org.ru/journal/19/gudkov19.html)).

Невзирая на генеральский гламур и благодаря ему, Россия очутилась в порочном круге. По сей день всерьез не ставится вопрос о действительных возможностях технического переоснащения ВС и переобучения состава вооруженных сил в соответствии с современными требованиями. Стратегическое отставание России в сфере современного вооружения, военных стратегий и уже даже тактик предопределяет дефицит современного военно-политического мышления и у политиков, и у генералитета, т.е. некий всеобщий плинтус некомпетентности. Министр обороны Сергей Иванов - лишь единичное звено из цепочки этого круга. Именно порочный круг всеобщей некомпетентности и безответственности (прямое продолжение советской "коллективной ответственности") делает невозможной реформу ВС. И эта беда - только одна из острых государственных проблем России в сфере реформирования деятельности силовых и правоприменительных структур. В стратегических преобразованиях нуждаются и никак не могут реально провести их на уровне требований демократического государства не только вооруженные силы, но и ФСБ ("В СЕМЬЕ САПОЖНИКА ДЕТИ БЕЗ САПОГ" http://recepter.livejournal.com/204006.html), и все правоприменительные структуры - в том числе и прокуратура, и МВД.
Предположим, после многочисленных экспериментов Ельцина по смене руководства ВС РФ назначение министром обороны С. Иванова - кадрового чекиста, а не военного - стало своего рода актом отчаяния В. Путина - он решил навести порядок с помощью подлинного, как ему кажется, "блюстителя закона". Но так как именно характер этого порядка принципиально отличает тоталитарное государство от демократического, ярче всего это отличие проявляется в деятельности силовых структур. Для демократического государства порядок - это средство реализации интересов всего общества, а для тоталитарного - прежде всего и в основном инструмент защиты тоталитарной власти. А потому, существует принципиальное и неразрешимое противоречие между менталитетом чекиста и требованиями современной модернизации ВС. Для чекиста навести порядок - означает защитить существующие в структуре "понятия" и "устои", а отнюдь не провести ее модернизацию в соответствии с нормами тех стран, которые были врагами СССР почти 70 лет. Чекистский патриотизм и реформы, как ясно сегодня, - вещи несовместные. Настоящий чекист - что показывают высказывания не только министра Сергея Иванова, думского "единорса" Геннадия Гудкова и массы их явных и скрытых коллег во властной элите - всегда готов как к войне с мировым злом, которое для него отожествляют индустриально развитые страны, так и к сотрудничеству с врагами демократического мира, даже если это агрессоры, настроенные на новую мировую войну. Исключения - например, Виталий Шлыков и его коллеги по СВОП, только подтверждают правила. Из всех бывших чекистов, видимо, В. Рубанову и еще нескольким здравомыслящим профессионалам очевидно, что сегодня России следует ждать не нападения НАТО (это явный бред больного воображения великодержавников), а помощи от НАТО в модернизации ВС РФ. Исторический опыт показывает, что все технологически отсталые государства (СССР всегда отставал от индустриально развитых стран, а к началу перестройки это отставание стало фатальным) для реконструкции своих гражданских и военных структур неизбежно вынуждены прибегать к помощи мировых технологических лидеров. Так, с последними сегодня тесно сотрудничают все успешные крупные российские промышленные предприятия. Для начала было бы неплохо отправить группу молодых образованных офицеров на учебу в военные академии США и Великобритании. А идеологов реформы стоит делегировать на учебу в RAND CORPORATION - фирму, которая, как известно, играла одну из главных ролей в формировании стратегии развития США как технологического геополитического лидера, в том числе и в области модернизации ВС.

Ответ на вопрос, почему бы Президенту не поставить министром обороны квалифицированного военного специалиста, очевиден: где сегодня в России его можно найти? Все серьезные военные профессионалы, которые способны понять современные проблемы ВС и предложить что-то, помимо тупого глобального милитаризма, - это отставные генералы и полковники старше семидесяти лет, и тех единицы - например, Виталий Шлыков. Не случайно пренебрежительное отношение западных военных профессионалов к командованию ВС РФ (ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С ИРАКСКОЙ АРМИЕЙ, Антон Бражица http://www.gazeta.ru/2003/04/15/po4emusdalas.shtml") "Профессор военного колледжа Стивен Бланк недавно заявил, что российские войска "технологически отстали, у них посредственные командиры", а 80-летний генерал Гареев - "это лучший, кто у них есть". Те, кто вздыхает о былом военном величии дореволюционной России и Советского Союза, никогда не читали мемуары Витте или Мерецкова, и тем более не считали человеческую цену всех побед и поражений России и СССР. А что касается изучения современной военной стратегии, то у них явно другие задачи.

Надежды Главнокомандующего на министра Иванова говорят о его чрезмерной вере в способности своего бывшего коллеги по КГБ. Уже третий раз происходит то, что можно назвать их крушением. Во-первых, министр обороны С. Иванов не стал рассматривать (а, скорее всего, просто не смог понять) разумные рекомендации Совета по внешней и оборонной политике (Военное строительство и модернизация вооруженных сил России http://www.svop.ru/live/materials.asp?m_id=9719), который состоит отнюдь не из либералов-западников, а скорее из "умеренных патриотов". Во-вторых, он предложил, отменив отсрочки, пропускать через социальную мясорубку ВС уже большинство готовой к позитивной профессионализации молодежи. И, наконец, в-третьих, позиция, которую С. Иванов занял, когда вся страна вдруг заговорила о чудовищности масштабов и методов "дедовщины" в ВС, доказала окончательно, что ему безразлична судьба тех, кто сегодня служит под его началом. Выступив в Государственной думе (http://babr.ru/news/print.php?IDE=27912) 15 февраля 2006 года, он сделал целый ряд "открытий". Так, все основания дедовщины он обнаружил за пределами ВС: высокая преступность в стране в целом (и молодежи - в особенности) и "моральная патология нашего общества", которая выражается в "в кризисе целевых нравственных установок значительной части населения, в том числе и военнослужащих, в правовом нигилизме, утвердившемся на почве все еще значительного разрыва между идеями правового государства и реальным отношением наших сограждан к правопорядку, в девальвации традиционных ценностей и идеалов национальной культуры в массовом общественном сознании". Работая с 1976 по 1998 год в стенах КГБ и СВР, С. Иванов даже не заметил, что постсоветское общество оценило советские национальные традиции как геноцид собственного народа, и до сих пор продолжает рыдать по ним. А далее министр обороны вопреки чудовищной реальности ВС сделал потрясающий вывод: "Результатом такой работы (нравится это кому или нет) является то, что Вооруженные Силы на сегодняшний день - один из самых законопослушных институтов в нашем обществе". Первое за почти пять лет развернутое публичное выступление С. Иванова, целиком исполненное деревянным языком штампов и угроз политработников сусловских времен, ставит и другой щекотливый вопрос: как он смог получить диплом ЛГУ (да еще и на знаменитом филологическом факультете), большинство выпускников которого всегда отличала прекрасная русская речь? Вот, например, один из его шедевров в лучших традициях советского канцелярита: "Наказание должны нести непосредственные виновники. И они его несут, и понесут!". Но вспомним, что Сергей Иванов время учебы в ЛГУ провел, в основном, на спортплощадке и в "выездной комиссии" комитета комсомола - т.е. там, где главным профессиональным орудием был отнюдь не русский язык. Потом, по некоторым данным (http://www.grankin.ru/dosye/ru_bio318.htm/), он провалился и в качестве разведчика - в 1983 году был выслан из Англии по подозрению в шпионской деятельности. Правда, сам С. Иванов недавно сказал, что, конечно, выслали, но другого Сергея Иванова. Более того, его последнее выступление - независимо от того, понимает он это или нет, пронизано духом безнадежности. Исходящий от него поток топорных патриотических деклараций вместо конкретного ответа на серьезные вопросы доказывает, что министр обороны или дошел до последней степени отчаяния от глобального непонимания реальных проблем ВС и своих обязанностей, или же - что еще хуже - даже не понимает глубины своей некомпетентности. Для него, как и для престарелого советского политбюро, политическая демагогия стала главным и единственным средством защиты от собственной недостаточной профессиональной пригодности. Следует констатировать, что при сегодняшнем единодушии профессиональных военных из действующего генералитета и личного друга президента филолога-разведчика С. Иванова, Россия может навсегда забыть о современных ВС и, соответственно, об обеспечении национальной безопасности.

Из всего этого неизбежно вытекают три вопроса. Во-первых, зачем В. Путину продолжать "пытать" В. Иванова, оставляя его на должности, которая ему явно не по силам? Почему президент до сих пор не смог прочитать концепцию модернизации ВС и сохраняет старинную советскую военную доктрину? И, наконец, почему бы ему не поискать министра ВС среди более или менее молодых профессионалов, не отягощенных советской военной паранойей, которые, подучившись, способны понять и усвоить принципы современной военной стратегии. Но всё это имеет смысл только в том случае, если В. Путин действительно хочет строить демократическую Россию, иметь современные дееспособные и законопослушные ВС, а не приносит в жертву наследию советской военной истерии и интересам закрытого акционерного общества The generals unlimited главный человеческий капитал страны - молодежь. Очень хочется надеяться на лучшее. Но не приходится.

Руслан ЛИНЬКОВ, Санкт-Петербург

Полностью статью Р.Линькова
"ПОСЛЕДНИЙ ШАНС ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕГО"
можно прочесть здесь:
http://recepter.livejournal.com/273177.html
http://recepter.livejournal.com/273531.html
http://recepter.livejournal.com/274059.html?mode=reply
http://recepter.livejournal.com/275925.html?mode=reply

Вернуться на главную страницу


Как евреев
"выпускали из кармана"

Александр ЧЕРНЯВСКИЙ, Хабаровск

Биробиджан сегодня

Многолетний зов Израиля к евреям мира вернуться на землю предков, чтобы создать сильное государство, успехом увенчался. Это сегодня надо признать. Небольшая диаспора, сохранившаяся в древних пустынях и животворных оазисах, выросла до размеров среднего европейского государства. Израильская земля могла принять примерно 5-6 млн. жителей. Возвращение евреев на землю своих предков стало чрезвычайным, редким явлением в мировой истории. Мир поделился с Израилем своими гражданами, отпустив их домой, на историческую родину. Они приехали - и Израиль стал другим. Примерно 20 процентов израильтян, участвующих ныне в разного рода выборах, - выходцы из страны по имени СССР. Их в Израиле (да и в других странах) привычно называют "русскими евреями".
Иногда мне приходится (воспоминания - штука грустная) переживать ностальгические чувства. Может быть, зря покинули Россию многие мои знакомые евреи? Кто здесь был худруком филармонии, известным врачом, артистом, журналистом, там начинал новую жизнь каменщиком, мойщиком витрин, дворником. Худо ли, бедно, но прожили мы с евреями не менее 200 лет вместе. И вот - массовый исход… Жаль. Ведь пели вместе одни песни, потом оказалось, что мелодии наших песен близки. А поэзия! Какие проникновенные лирические и обжигающие губы гражданского звучания строки сочинены русскими поэтами с еврейскими фамилиями: Пастернак, Бродский, Слуцкий, Багрицкий, Кушнер, Уткин, Светлов…
Они уехали, но грусть осталась. Иногда она возвращает их обратно.
Сегодня в этом смысле мир стал проще и понятнее - можно уехать и вернуться, или просто приехать в гости, чтобы утолить ностальгию, - у бывших наших двойное гражданство, двойные пенсии у стариков и, надо полагать, две родины в сердце. Пусть каждая из них согревает душу в часы печали и раздумий.
Между тем, не всегда всё было так радужно и благостно. Долгие годы евреи бились в глухую стену "невыезда" и ждали. Эта проблема была острой, сложной не только для них, но и для многих государств. Например, взаимоотношения советского государства с США не одно десятилетие создавали напряженность из-за того, что они почти постоянно упирались в злополучный еврейский вопрос, существовавший в "неразрешенном" виде в СССР.
Выехать из тогдашней нашей страны в другую, тем более в Израиль, было очень непросто. Этому самому еврейскому вопросу вынуждено было уделять внимание, искать компромиссы высшее руководство государства.
В ставших доступными сейчас архивных документах (перестроенная вспышка российской демократии) можно найти самые разнообразные доказательства остроты и курьезов еврейского вопроса. Вот один из характерных примеров.
17 января 1973 года под грифом "Совершенно секретно" Ю. Андропов и Н. Щелоков за своей подписью направили в ЦК КПСС (разумеется, от имени КГБ и МВД СССР) служебную записку. Она начиналась так: "Докладываем, что в 1972 году рассмотрено 26,9 тысячи ходатайств лиц еврейской национальности о выезде в Израиль на постоянное место жительства, получили разрешение на выезд 25,4 тыс… Общее число выехавших с 1968 г. и по 1 января 1973 г. составило 42,2 тыс. человек".
Далее они сообщают, что наибольшее число евреев выехало из тогдашних Грузии (10,2 тыс.), Украины (8,1 тыс.), Литвы (2,6 тыс.), Латвии (2,1 тыс.). Коммунистов в этих списках (тогда их уже называли "бывшими" - тех, кто подавал заявление о выезде, из КПСС исключали) было немного - чуть более 2%. Строго велся учет военнообязанных и лиц с высшим образованием.
Есть в этом "высочайшем" доносе и упоминание о Хабаровском крае (в состав его тогда входила ЕАО). В перечне выехавших за рубеж за те два года (на одну тысячу жителей) наш край выглядит респектабельно, ни один еврей землю дальневосточную не покинул. Хотели покинуть, конечно, многие, но не получалось…
В выезде было отказано 1380 человекам, которые работали на оборонных предприятиях, были связаны с государственными секретами, имели важные военные специальности или занимали видное положение среди деятелей науки и культуры.
И, наконец, встречается такой пассаж в секретном документе: "… возместили затраты об обучении в высших учебных заведениях страны более 900 лиц еврейской национальности на сумму 4,5 млн. рублей, в том числе в декабре 1972 года - 245 человек на сумму свыше 1 млн. рублей".
20 марта 1973 года состоялось заседание Политбюро ЦК КПСС. В архиве президента РФ обнаружена рабочая запись этого заседания - в единственном экземпляре, с пометкой "Совершенно секретно". Повестка звучала так: "К вопросу о выезде за границу лиц еврейской национальности".
Разговор был долгий. Начал его Брежнев. Сославшись на то, что "создался тормоз перед визитом в США", он констатировал: "В последние месяцы разгорелась история вокруг так называемого образовательного налога на лиц, выезжающих за границу. Я много думал, как быть (он не просто думал, но и много советовался на этот счет со Щелоковым, Андроповым, Громыко - А.Ч.). Меня это беспокоит. Я не ставлю вопрос об отмене закона (был такой, разрешавший брать плату за учебу в СССР у тех, кто выезжал. - А.Ч.), а если хотите, и этот вопрос можно поставить. То ли мы будем зарабатывать деньги на этом деле или проводить намеченную политику в отношении США".
Поспорить с Брежневым попробовал Андропов. "Леонид Ильич, хочу привести такую справку относительно 300 человек. Было ваше указание по этому вопросу… выпустить… и мы выпустили без взимания налога 600 человек, и еще раз 600 человек. А потом - закон действует, и мы действуем. Я должен сказать, что 75 процентов уезжающих вообще ничего не платят, и только 13 процентов составляют люди, которые платят. Начиная с понедельника не взимаем платы".
Леонид Ильич с Андроповым не согласился, перебрав лежащие на столе бумаги, отыскал необходимую. "Юрий Владимирович, извините, вот справка. Я ее читаю: в 1972 году из 29 тысяч 816 человек лиц еврейской национальности, выехавших из СССР, 912 человек, имеющих высшее образование, в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР возместили затраты в сумме 4 миллионов 427 тысяч рублей. Это за 1972 г. За два месяца 1973 года… 393 человека, имеющие образование, заплатили 1 млн. 561 тыс. рублей. Вот что стоят наши общие разговоры. Поэтому сионисты воют, Джексон на это опирается… Никсон не может пробить законопроект…
Зачем нам нужен этот миллион?".
Далее генсек размышлял следующим образом: "Закон не надо менять… Но на данном этапе, когда сионисты разожгли кампанию вокруг поправки Джексона-Вэника и вокруг законопроекта о предоставлении нам режима, надо отпускать. Дело вообще не в режиме, им надо вообще поссорить Советский Союз с Америкой… Отпусти (Андропову. - А.Ч.) 500 второстепенных лиц, а не академиков. Пусть они говорят, что с них ничего не взяли. Возьмите пару инженеров с высшим образованием - пусть едут. Но не с оборонной промышленности".
Участники того заседания Политбюро ЦК КПСС невольно вышли еще на один аспект еврейской проблемы в стране. Дело в том, что в это время в стране выходило совсем немного периодических изданий на языке идиш, почти не было творческих национальных коллективов, театров профессионального уровня. В Москве выходил единственный еврейский журнал "Советиш геймланд", редактируемый "верноподданным советским поэтом" Ароном Вергелисом.
Брежнев неожиданно вспомнил об этом журнале. "Я узнал, что этот редактор ездил в Америку, он честно написал, как его обрабатывали, как его повез на дачу его старый друг. А когда приехал,
увидел там шабаш еврейский. Ах, Арон приехал. А этот Арон взял и выдал всё в нашу пользу и написал в ЦК записку. Я впервые узнал, что есть такой журнал. Я тогда задал вопрос: ведь есть у нас столько-то цыган, но разве больше, чем евреев? Или у нас есть закон, преследующий евреев? А почему не дать им маленький театрик на 500 мест, эстрадный, еврейский, который работает под нашей цензурой, и репертуар под нашим надзором. Пусть тетя Соня поет там еврейские свадебные песни… А что, если открыть школу? Я так рассуждаю: открыли в Москве одну школу, называется еврейская. Программа все та же, как и в других школах. Но в ней национальный язык, еврейский, преподается. Что от этого изменится? А ведь их все-таки три с половиной миллиона, в то время как цыган, может быть, 150 тысяч. (У цыган в то время уже был свой театр "Ромэн" - А.Ч.)… А что, если разрешить еженедельную еврейскую газету? У нас раз в неделю маленькие газеты выходят в Биробиджане. Не все ее прочтут на еврейском. Прочтет еврей, старый Абрамович прочтет, а там то, что ТАСС передает. У нас вся политика по еврейскому вопросу основывается на одном Дымшице, вот, видите, у нас тов. Дымшиц - зам. пред. Совмина, так что зря говорите, что евреев притесняем. А, может быть, немного мозгами пошевелить?".
Косыгин: "Конечно, надо подумать, потому что мы сами себе придумываем еврейский вопрос".
… Что было, то было. И рассказанная здесь архивная история красноречиво показывает продолжительную и, как потом окажется, бессмысленную борьбу государства с теми, кто решил его оставить. Евреи - народ находчивый, многие собирали необходимые суммы на "выкуп" за высшее образование и уезжали. Кстати, самая дорогая плата падала на долю выпускников МГУ (12,2 тыс. рублей), институты искусств (консерватории, театральные, художественные, литературные). А также медицинские. Плата была узаконена Указом Президиума Верховного Совета СССР.
Высшим правителям советской страны все же пришлось вскоре "мозгами пошевелить", чтобы "выпустить из кармана еврейский вопрос". С огромной помпой через несколько лет провел свои дальневосточные гастроли быстро созданный КЕМТ (Камерный еврейский музыкальный театр), получивший скромную базу в Москве. В Биробиджане стали проходить ежегодные фестивали
еврейской культуры, сюда ехали неожиданно возникшие в городах и весях еврейские музыкальные ансамбли, группы, исполнители национальных песен, любительские театры, студии…
Грянувшая вскоре горбачевская перестройка пробила барьер для "невыездных" граждан. Евреи "шумною толпою" улетали чартерными рейсами на Землю обетованную.
Что из этого получилось сегодня - хорошо знаем: они пишут письма друзьям, родственникам, ездят на побывку и много рассказывают, некоторые возвращаются обратно.
Люди продолжают искать свое маленькое счастье…

"Тихоокеанская звезда", 7 апреля 2006

Вернуться на главную страницу


 

ПРОЩАНИЕ

Гибель правозащитного демократического движения в России

Сергей ГРИГОРЬЯНЦ, "Индекс"

Пришло время проститься с либерально-демократическим правозащитным движением. Конечно, не со всеми (многочисленными) группами, успешно работающими на просторах России, но с единым в своей основе движением, чьи истоки коренились в демократической части российского диссидентства и чью завершающую демонстрацию мы видели на съезде в январе этого года.
Возвращается в свои берега та гигантская темная волна, взломавшая лед коммунистического рабства, где тоненькая струйка диссидентства была не только самой светлой частью, но и стала символом движения, за которое мы так дорого заплатили.
Но здесь необходимы краткие пояснения. Как всякий символ, либерально-демократическая часть лишь в очень малой степени характерна для всего происходившего - не диссиденты принимали решение о начале "перестройки", не они ею руководили и уж конечно не они воспользовались ее плодами.

Как всякое маргинальное движение, диссидентство не было ни идеальным (но были люди такой поразительной нравственной красоты, чистоты и самоотверженности...), ни единым. Переполненное сплетнями, слухами, подозрительностью, частью основанной на реальной работе пресловутой "пятерки" КГБ, частью - на преувеличенном представлении о собственной значимости, диссиденты были во всем очень разными. Они были инакомыслящими, и это "инако" зачастую было вполне взаимоисключающим, а апофеозом КГБ была, конечно, не борьба с инакомыслием, когда в 1983 году казалось, что уже все было уничтожено, но появлялись новые и новые диссидентские группы, апофеозом стало блестящее использование инакомыслия в своих целях теми, кто в действительности планировал "перестройку".
По-видимому, после долгих раздумий и даже споров внутри КГБ еще при Андропове было решено для достижения собственных целей использовать диссидентов, ориентированных на демократические, европейские ценности, что, бесспорно, указывало на прагматизм и некоторые аналитические возможности спецслужб. Ближе по инстинкту и воспитанию им, конечно, была национально-сталинистская часть инакомыслящих. Последняя книга Сергея Семанова об Андропове переполнена обидой на то, что не на него - "классово близкого" КГБ сталиниста и националиста - сделала ставку "контора", а на лозунги демократов - ведь только они давали надежду на сохранение власти в СССР и возможности роста влияния в окружающем столь враждебном коммунизму мире.
Нас срочно выпустили из тюрем, создали клубы "Перестройка" и многочисленные "фронты национального спасения", журнальчик "Век ХХ и мир" (куда уже тогда влез замом главного редактора "покаянец" Глеб Павловский) и к тому же приучили наиболее наивных из диссидентов повторять фразу: "В России произошла бескровная революция, и мы победили". Этой "возвышающей" иллюзии несколько лет не мешало не только отсутствие хотя бы тени власти у диссидентов, но даже то, что многих наименее управляемых из нас регулярно "отстреливали": отца Александра Меня, Андрея Сахарова, Галину Старовойтову и скольких еще менее известных и в Москве, и в провинции.
В этом нет ничего удивительного или обидного. Лучшие из диссидентов в советское время ни о какой власти не помышляли, ни к какой политике готовы не были, изредка чокались "за успех нашего безнадежного дела" и шли в тюрьмы просто потому, что жить так, как от них требовала советская власть, не хотели и не могли. "Перестройка" для них была полнейшей неожиданностью, многие (по крайней мере для меня, да и Софья Васильевна Каллистратова мне это говорила) были убеждены, что умрут в тюрьме, а уж к тому, что их ожидало после 1987 года, совершенно не были готовы.
В отличие от нас КГБ планировало не только наше освобождение, но и его использование и в России, и за рубежом. А ориентацию диссидентов затрудняло не только появление множества "сочувствующих", среди которых было немало людей сомнительных, но и резкая активизация агентуры за рубежом, среди которой было немало людей лишь со "стилистическими расхождениями" с советской властью, уверенных, что с КГБ можно "играть и выигрывать" (выиграли на старости лет необходимость неуклюже оправдывать свое знакомство с КГБ), были там и некоторые бывшие члены Хельсинкской группы, но не те, кто сидел по лагерям, а те, кто якобы был "вынужден" эмигрировать, чтобы не быть арестованным. Как известно, Е.Г. Боннэр объявила о роспуске Хельсинкской группы не только из-за прямой угрозы ареста 75-летней С.В. Каллистратовой, в отношении которой уже было возбуждено дело, но и из-за того, что Хельсинкская группа стала замечательным каналом для выезда желающих за границу, а в некоторых случаях, по-видимому, и для внедрения КГБ там своей агентуры с имиджем "диссидентов". Все это, конечно, не значит, что в эмиграции не было замечательных людей (Михаила Геллера, Володи Буковского и множества других), но активизация агентуры за рубежом и ее влияние здесь еще усугубляли неразбериху "перестройки" в России.
Постепенно от иллюзии обладания властью диссидентам пришлось перейти к функции "правозащитной", в особенности, когда стремление стать партией власти и назначение Гайдаром миллиардеров у "Демократической России", попытки играть с властью и КГБ у "Мемориала" привели к самоуничтожению и "Демократической России", и "Мемориала" как мощных общественных движений, способных влиять на будущее России. Диссиденты навсегда потеряли ту недолгую популярность и поддержку масс, которые и впрямь давали некоторую надежду на создание в России демократических институтов правления. Теперь делить власть и деньги, создавать реальные институты управления страной стали совсем другие люди и силы, а диссиденты в последний раз послушно и наивно помогли созданию ельцинской диктатуры.
Но даже гибнущее сегодня правозащитное движение, уже не будучи политической силой, еще сохранило за собой какие-то важные функции в обществе. Защита прав человека еще не осознавалась как возврат к статусу советских времен, но была в общем издавна привычным занятием. Это еще была защита мирных жителей, русских и чеченцев из разбомбленных городов Чечни, защита свободы информации, свободы ассоциаций. Ее апофеозом стали выступления Ковалева против военных преступлений в Чечне, которые, в надежде быть услышанными, казалось бы, оправдывали отдаленную причастность диссидентов к той самой власти, которая совершала эти, невиданные даже при Сталине, преступления. Но и этот последний взлет демократического общественного движения в России не мог ничего изменить и только предсказывал близкий и окончательный разгром уже использованной вполне, а потому потерявший в глазах властей всякую ценность полузабытой силы вчерашнего дня.
Сегодня идет этап завершения этого процесса, и гибель правозащитного движения надвигается с трех сторон, причем, как и в случае уничтожения демократического движения в России (уже упомянутых мной партии Демократическая Россия и движения "Мемориал"), заинтересованным в этом финале силам активно помогают сами правозащитники - каждый из своих, казалось бы, бескорыстных, интересов.
Больше того, уже несколько лет назад (правда, по указанию из Кремля) они сами инициировали создание управляемого сверху правозащитного движения. Я имею в виду попытку Людмилы Алексеевой тайком от Хельсинкской группы создать "общественно-государственные" правозащитные организации, которые будут жить на деньги губернаторов и правительства и при этом "смело" их критиковать. Тогда удалось воспротивиться уничтожению правозащитного движения в Москве, Петербурге, Рязани, некоторых других городах, но управленческий аппарат Хельсинской группы очень укрепил свое положение, и уже тогда было ясно, что дни "неорганизованного" сверху или снизу, то есть нормального правозащитного движения - сочтены.
Тем не менее, наиболее важная акция по уничтожению правозащитного сообщества, а на самом деле - зародышей гражданского общества в России, происходит лишь сегодня, и это - создаваемый связкой Кремль-Лубянка Гражданский форум.
Из того, что уже сказано о начале "перестройки" становится ясно, что правозащитное сообщество, которое за эти годы ничему не научилось, не способно сопротивляться искушению властью. Это и психологически объяснимо - преувеличением собственной значимости перед лицом государственного Левиафана, это и воздействие фимиама, охотно вдыхаемого им все последние годы. Но сегодня правозащитники, в своей любви к российским властям, с легкостью пренебрегают по меньшей мере тремя существенными обстоятельствами.
Во-первых, как сказала как-то Елена Боннэр по другому поводу, "им отказывает чувство брезгливости". Они с готовностью идут на сотрудничество с людьми, у которых самая отвратительная в их глазах репутация. Проходимец и стукач Глеб Павловский, много лет торгующая правом Нина Беляева - вот те, кто руководят ими сегодня. Лубянка в своем презрении к правозащитникам даже не дает себе труда выдвинуть для контактов хотя бы внешне чуть более приличные фигуры. При этом Андрей Бабушкин с гордостью сообщает членам "Общего действия", что "нам" удалось добиться равного представительства в Оргкомитете Форума: "группы Павловского, руководства России и правозащитных организаций". То есть Павловский в глазах Бабушкина значит столько же, сколько все российские ветви власти с одной стороны, или все россий-ские правозащитные организации - с другой.
Во-вторых, правозащитники забывают, что сегодня они предают не только своих коллег, правозащитное движение, наконец, людей, реально нуждающихся в их помощи, как это было пять лет назад во времена инициативы Алексеевой или в более ясное советское время, когда следователи КГБ каждому из нас без устали втолковывали, что в КГБ думают почти так же, как и мы, "ведь мы с вами все понимаем", что они так нуждаются в наших советах, в нашем сотрудничестве, чтобы принимать разумные государственные решения. "Сам Юрий Владимирович недавно интересовался вашим мнением", - говорили почти каждому из нас. Именно это примитивное искушение, а не страх тюрьмы, был для некоторых стимулом для написания покаянных писем в газеты, а для одного из нас - даже письма Софье Васильевне Каллистратовой с обвинением ее в том, что это она своей неуступчи-востью заставляет КГБ и другие компетентные органы прибегать к репрессиям. Если бы не она, то никого в Советском Союзе не арестовывали бы. Но сегодня идущие в Гражданский Форум предают не только своих коллег, но и все зародившееся гражданское общество в России. Сегодня Кремлю-Лубянке мало контроля над правозащитным сообществом, ему нужна демонстрация "единства партии и всего советского народа". И правозащитники здесь, кроме самопредательства, исполняют еще роль того хитренького козлика, которого пускают перед овечьи стадом, чтобы спокойнее увлечь его на бойню.
В-третьих, правозащитники, которые еще так недавно повторяли "мы победили", а сегодня счастливы, что их пригласили для диалога с властью, почему-то не хотят конкретизировать, с кем и о чем они хотят вести диалог (при всей иллюзорности самой этой надежды - кому в Кремле нужен диалог с правозащитниками?). Напомним, что процентов девяносто из них молчат, но уверены в том (а некоторые и говорят об этом), что дома в Москве и Волгодонске были взорваны по приказу тех же (не лично, но аппаратно, и здесь действует нюренбергский принцип преступных организаций), кто сегодня зовет их к диалогу. И уж во всяком случае, все без исключения правозащитники убеждены в том, что вторая чеченская война начата, чтобы привести к власти именно сегодняшнее руководство в Кремле, то есть ради этого убиты, искалечены десятки тысяч человек, сотни тысяч умирают от холода и болезней в лагерях беженцев. Так что же хотят советовать правозащитники российским властям: какие дома взрывать в Москве или где начать ковровые бомбардировки? А, может, их готовность к сотрудничеству с правительством дойдет до того (для 90% верящих в это), что они сами "постоят на шухере", когда будет закладываться гексаген в указанном ими доме? Но, конечно, я жестоко утрирую и оскорбляю славных правозащитников. Господа Андрей Бабушкин и Арсений Рогинский, Сергей Ковалев и Лариса Богораз искренне убеждены, что их спросят: уничтожать ли, скажем, Назрань (если Кремлю понадобится). И, услышав гордое "нет", конечно, откажутся от бомбардировок.
О многом приходится забывать и умалчивать идущим на Гражданский форум. Но посмотрим, что же сами они говорят и пишут в свое оправдание (оправдание - потому что я не верю, что хоть кто-то из них в глубине души не понимает: то, что они делают сегодня - постыдно и безнравственно).
О карикатурных объяснениях можно было бы и не упоминать. Скажем, совершенно запутавшейся Ларисы Богораз, которая не приходит на съезд правозащитников, но с готовностью идет в Кремль к Глебу Павловскому: "А что мне их бояться? Пусть сами меня боятся". Испугала Лубянку до смерти! Или Вячеслава Бахмина: "Теперь совсем другое время, не то, что при Советской власти. Тогда это было неправильно, но теперь - нет". Да, совсем другое время. Брежневу и в страшном сне не пришло бы в голову уничтожать целый народ, чтобы прийти к власти. Более обстоятельно говорит Сергей Ковалев: "Диссиденты всегда действовали открыто, легально. В своих письмах обращались прямо к Брежневу. Не случайно Андрей Сахаров согласился баллотироваться в Верховный Совет и посоветовал это и мне". Думаю, что зря Ковалев вспоминает Сахарова. В Верховный Совет он и впрямь пошел в другое время, когда были сильны иллюзии того, что если они и не победили (в это, кажется, не верил не только я, но и Андрей Дмитриевич), то, по крайней мере, способны сегодня положение в стране немного улучшить. И эти возможности были, только мы не умели, были неспособны ими воспользоваться. К тому же авторитет Сахарова, его голос был существенно слышнее, чем голос любого сегодняшнего правозащитника. В то же время в 1975 году, когда таких иллюзий не было, не было надежды повлиять на политику страны, Сахаров, как мог, протестовал против войны в Афганистане, но не шел в советники к Андропову в надежде прекратить войну. До этого его наивность не доходила. Диссиденты повторяли вслед за Литвиновым: "Соблюдайте собственную конституцию", но не обманывали других и себя возможностью советами изменить Советскую власть. Более убедителен мог бы быть пример самого Сергея Ковалева в 1995 году, когда у него, я думаю, не было уже иллюзий, но еще была возможность самому режиссировать свои действия, и если не изменить что-то, то быть услышанным. Сегодня режиссер Глеб Павловский и его лубянские коллеги дадут услышать только то, что захотят сами, что бы они ни обещали Ковалеву и Бабушкину. "Ах, они нас обманули", - скажет Светлана Ганнушкина. А когда они поступали иначе и почему вы им сегодня начали верить?
Здесь я отвечаю на то, что было сказано мне самому или пересказано членами "Общего действия". Каких-то доводов, по-видимому, я не знаю, какие-то, возможно, не полны или искажены. Но есть официальное пространное заявление "Мемориала", написанное, кажется, Александром Даниелем, но одобренное всем его руководством, то есть А. Рогинским, С. Ковалевым, О. Орловым и многими другими. Этот текст всем нам разослан, и его доводы могут восприниматься как основные у сторонников Гражданского форума, причем не только в "Мемориале".
Доводов "за" в этом многостраничном тексте, прямо скажем, немного. Перепишем их полностью:
1. Выстраивание принципиальных основ отношений между гражданскими организациями и государством.
2. Создание правовых условий, при которых любая независимая общественная инициатива, укладывающаяся в рамки закона, может существовать, развиваться и принимать организационные формы.
3. Закон об общественных объединениях, обеспечивающий реальную независимость организаций; закон о благотворительности, стимулирующий финансовую поддержку социальным инициативам граждан со стороны бизнеса; поправки к налоговому законодательству, которые учитывали бы факт существования в нашем обществе некоммерческих структур.
4. Все или многие гражданские организации заинтересованы в постоянном диалоге с соответствующими государственными ведомствами.
Ну что ж, принципиальные основы отношений между государством и гражданским обществом во всем мире одинаковы и просты: это независимость гражданского общества от государства, законодательный запрет для государственных органов на любое вмешательство как в частную жизнь граждан, так и в деятельность создаваемых ими ассоциаций.
Никакого "Форума" для этого не нужно, нужно лишь следование диссидентскому лозунгу: "Соблюдайте свою конституцию".
Второй и третий доводы, по сути дела, едины: создание правовых условий, то есть, по-видимому, нового закона об общественных объединениях, который будет им помогать и стимулировать их деятельность. Но пока все принимаемые и предлагаемые в последнее время законы прямо направлены против гражданского общества. С помощью нынешнего закона об общественных объединениях (разработанного, кстати, Ниной Беляевой, одной из активисток Гражданского форума), около 85% общественных организаций было уничтожено только в Москве, предусмотрена отчетность уцелевших НПО перед Министерством юстиции и так далее, новый налоговый кодекс душит НПО финансово, контролируемые властью средства массовой информации (а неконтролируемых в следующем году, очевидно, вообще не будет) поливают систематически НПО грязью, выделяя в первую очередь как раз правозащитников и экологов. Что же, руководство "Мемориала" полагает, что с помощью "Форума" будет принято новое законодательство во всех этих областях? Но уж это слишком большая наивность, если учесть нынешний состав вполне послушной и управляемой из Кремля Думы. Может быть, на встречах в "Мемориале" им это было обещано представителями Администрации президента? Но, во-первых, если это и так, я бы не полагался на обещания, исполнение которых неправительственные организации не в состоянии проконтролировать, а во-вторых, если такое чудесное превращение в Кремле и на Лубянке и впрямь произошло, и с весны 2001 года они так полюбили НПО, что готовы подарить нам все, что нужно, а точнее провести через Думу законы, ограничивающие возможности и бюджет правительства и отдающие их НПО, то, смею заметить, получатели таких необычайных подарков не выглядят столь уж самостоятельными и независимыми, как об этом пишет Александр Даниэль. Здесь уж точно возникают отношения полновластного хозяина и послушного ему лакея. И такой подарок от хозяина может получить лишь лакей, пользующийся полным доверием и за большие заслуги.
Наконец, упоминаемая в тексте "Мемориала" необходимость создания "переговорных площадок" на разных уровнях появилась как раз потому, что федеральные власти именно в последний год, по оценке как раз лидеров "Мемориала" Орлова и Ганнушкиной, все без исключения существовавшие до этого "площадки" планомерно уничтожили. Теперь, по тексту "Мемориала", надо ожидать, что они вновь все будут созданы. Но о характере столь внезапных подарков и превращений мы уже говорили в предыдущем абзаце.
Итак, в тексте "Мемориала" нет ни одного вразумительного довода в защиту Гражданского форума, но зато страниц десять высокопарных рассуждений о принципах, морали, всенародном благе и так далее. Почему-то гнусность в России всегда сопровождается такими рассуждениями.
А без этой мишуры все очень просто - уничтожив основных противников: независимый бизнес, независимые средства массовой информации и Союз журналистов, местное самоуправление, независимость губернаторов и, с помощью закона о партиях, хоть какую-то политическую жизнь в России, в Кремле (поскольку власти, как и денег, никогда не бывает слишком много) обратили, наконец, внимание и на довольно жалкое в России гражданское общество, которое то робко брыкается, портя Путину имидж в Европе, то хочет сохранить для себя и своих детей (живущих в России, в отличие от детей кремлевских чиновников) остатки российской природы, в общем, изредка осмеливается создавать мелкие проблемы. И, наконец, у правозащитного сообщества есть в Кремле такой доброжелатель, как Глеб Павловский, которому, как всякому ренегату, особенно заманчиво по меньшей мере доказать, что и все остальные от него не отличаются. Можно еще прибавить и недавнее предложение президента Европейского Союза провести встречу общественности стран Запада и России. Но эту встречу Лубянке ведь тоже надо подготовить.
Так и появилась идея Гражданского форума, который на первых порах продемонстрирует "нерушимое единство партии и народа", - понятно, что из 5000 делегатов 4500 будут за это единство. Потом, что бы ни говорили и ни писали сегодня мемориальцы, на "Форуме" будет выдвинуто предложение об избрании постоянно действующей структуры (за это тоже проголосуют девять десятых) и появится главный российский гражданин и Совет при президенте. Совет, конечно, по управлению неправительственным сектором (на Лубянке - тайный, в Кремле - явный). Я думаю, им подарят еще и дом, который так и назовут "Домом гражданского общества", где гордо займут свои места Алексеева, Беляева, Бабушкин и другие при снисходительном внимании к ним Глеба Павловского. Соответственно, появятся и отщепенцы, и на "Форуме", и в нем не участвовавшие, с которыми можно будет поступать, как при Советской власти и как уже поступают с молодежными организациями: одних - в тюрьму, других - в психушку.
Возможно, кто-нибудь из "Мемориала" напишет и мне письмо о том, что своей неуступчивостью я заставляю бедного Путина прибегать к репрессиям. Уже сегодня нас обвиняют в том, что мы создали раскол в обществе и противостояние правительству. Но на самом деле мы лишь выполняем основную функ-цию неправительственной организации. Сам "Мемориал" к этому времени, конечно, перестанет интересоваться Чечней и другой неудобной географией, хотя и издаст несколько среднеинтеллигентных книг. Каким образом в четвертый раз и окончательно будет разгромлена "Гласность", мне пока трудно представить (кстати говоря - первая, после освобождения из тюрем, правозащитная организация, поскольку, в отличие от других, мы никогда не считали себя победителями - этому мешали регулярные разгромы и убийства сотрудников), но, думаю, что это произойдет, как, впрочем, и разгром десятков, если не сотен менее заметных, но столь же несговорчивых организаций по всей России.
Вот, собственно, и все, что можно сказать о Гражданском форуме.
Казалось бы, в этих условиях нужно искать поддержки и объединения с теми, кто, как и "Гласность", ясно видит блестящие перспективы Гражданского форума и так же его не приемлет. Но из заметных организаций объединяться, к несчастью, не с кем.
Президент Сахаровского фонда Е.Г. Боннэр резко выступила против Гражданского форума, и, может быть, это будет позицией всего фонда, хотя вице-президент Сергей Ковалев в "Форуме" жаждет участвовать. К сожалению, сам фонд сегодня существует на деньги Бориса Березовского, и в тех редких случаях, когда мне еще приходится приходить в музей Сахарова, я уже никогда не ем бутербродов: в них мне явно чувствуется острый привкус еще не свернувшейся крови.
Е.Г. Боннэр, естественно, пожелавшей спасти музей, тоже отказало чувство брезгливости (по ее же формуле), когда она искала средства спасения. Почему это произошло, легко понять. Боннэр - под влиянием, по-видимому, той же иллюзии - "мы уже победили" - сделала ту же ошибку, что и Кронид Любарский, Сергей Ковалев и Лариса Богораз, восстанавливая Хельсинкскую группу. Она забыла, что музей Сахарова находится в России, а не в Америке и не в Европе, и законы существования и выживания здесь совсем другие.
Вместо героической и жертвенной Хельсинкской группы создали по нехитрому своему разумению интеллигентно-элитный клуб, о котором все забыли, пока председателем его был Кронид Любарский, и который после его гибели, когда там появилась Людмила Алексеева, превратился в наиболее сервильную и проправительственную организацию из всех существующих в России.
Музей Сахарова был создан, естественно, без возможности реальной государственной поддержки, потому что пока жива Елена Георгиевна, не только Путину, но и Лужкову будет трудно сказать, что именно они были ближайшими друзьями Сахарова. А значит, и музей им не нужен. Европейские и американские фонды не могут бесконечно давать деньги на само существование музея. В конечном итоге, они ждут выполнения каких-то проектов, которыми заняты другие общественные организации в России: информационных, аналитических, издательских, юридической помощи населению или гибнущим неправительственным организациям. Но штат музея собран таким образом, что выполнить необходимый для прожиточного уровня объем работы в музее не могут, да и не хотят. Изменить структуру музея, сделать ее работоспособной Е.Г. Боннэр не смогла или не захотела. В результате пришлось затыкать нос, получая деньги, и исходить из принципа "деньги не пахнут". С этим трудно, но можно заниматься благотворительностью, однако нельзя говорить о моральных ценностях и защите прав человека. К тому же показан очень дурной пример всему правозащитному сообществу. Итак, и фонд Сахарова по сути разрушает, развращает правозащитное сообщество, тем самым не препятствуя, а помогая Гражданскому форуму. "Чем деньги Березовского хуже денег Павловского?" - задаст свой наивный вопрос в Интернете Лев Левинсон. И на него будет трудно ответить.
Наконец, последний известный противник Гражданского форума - движение "За права человека" Льва Пономарева - по всей стране создает, правда, неправительственное, но регламентируемое и управляемое из Москвы правозащитное движение. Это уже третья попытка Льва Пономарева в этой области. Сначала он с энтузиазмом помогал Алексеевой в описанном уже проекте Хельсинкской группы, потом пытался создать из "Общего действия" командный пункт по управлению правозащитным движением. Теперь все силы переключил на собственное движение, которое становится "организующей и направляющей силой" в правозащитном сообществе.
Но, во-первых, правозащитное движение по самому своему смыслу не может быть управляемо ни Глебом Павловским, ни Львом Пономаревым. Любая работа по созданию управленческих структур в этой области (да еще с распределением денег наиболее близким) внешне кажется созидательной, но на самом деле разрушительна, уничтожает свободу выбора, инициативу и, наконец, внутреннюю потребность, живое чувство, без которых нет ни гражданского общества, ни тем более правозащитной готовности думать о другом, подменяя все это планом и указаниями сверху. До некоторой степени все это спекуляция на иллюзиях и удобствах западных гуманитарных фондов, которые не оставляют надежды на создание "в пику КГБ" мощных российских общественных организаций (к чему общество не готово), и с удовольствием именно это они хотят в своих отчетах.
Главное же: в конкретных российских условиях (хотя пока кремлевские политтехнологи презрительно наплевали на все структуры, созданные Пономаревым), если эти структуры уцелеют, они, в конечном итоге, будут управляться теми, кому это по должности положено и, как и в случае с Гражданским форумом, ни Пономарев, ни кто-либо другой помешать этому не способны.
Таким образом, и с этой оппозицией Гражданскому форуму сотрудничать нельзя, так как со своей стороны, пусть пока и в меньшей степени, она разрушает остатки правозащитного сообщества России.
Хотя наша статья и названа "Прощание", на самом деле это лишь подведение итогов одного из периодов правозащитного движения в России. Новое руководство наступает на те же грабли, что и советская власть, противопоставляя Кремлю самые различные слои населения по всем необъятным российским просторам. Если будет принят закон о контроле за интернетом, вся российская техническая интеллигенция, обычно мало интересующаяся свободой слова или собраний, почувствует себя настолько обделенной, что полностью окажется в оппозиции к российской власти. Впрочем, и сейчас эта оппозиция (в том числе по сути правозащитная) чудовищно велика. Это и народы Кавказа, и мусульмане Поволжья, и русская гуманитарная интеллигенция, и, главное, нищие и замерзшие русские рабочие и крестьяне, глубоко оскорбленные к тому же откровенной наглостью российского руководства в его даже немаскируемом пире во время чумы.
Новое правозащитное движение будет, по-видимому, в основном лево-ориентированным: уничтожение новым Трудовым кодексом всех независимых профсоюзов включит его активистов в правозащитную деятельность, именно там сегодня идеализм, самоотверженность, полное бескорыстие, конечно, при чудовищной инфильтрованности ФСБ-шной агентурой (именно с ними, а не с нами, сегодня реально борются кремлевские власти, именно их сажают в тюрьмы и психушки, именно на них больше всего клевещут). Для меня это малознакомая среда, мне трудно себе представить, как они в конце концов организуют защиту своих прав и интересов столь мало приобретших российских граждан. Ясно лишь, что свято место пусто не бывает.


Послесловие "МЗ"

Серьезная статья известного российского правозащитника Сергея Григорьянца вскрывает серьезнейшие проблемы либерально-демократического движения в сегодняшней путинской России. Автор откровенно высказывается по многим аспектам деятельности сегодняшней правозащитной "элиты", остро критикует, среди прочих, и Фонд Сахарова, который, по его словам, "разрушает, развращает правозащитное сообщество". Григорьянц пишет: "... сам фонд сегодня существует на деньги Бориса Березовского, и в тех редких случаях, когда мне еще приходится приходить в музей Сахарова, я уже никогда не ем бутербродов: в них мне явно чувствуется острый привкус еще не свернувшейся крови. Е.Г. Боннэр, естественно, пожелавшей спасти музей, тоже отказало чувство брезгливости (по ее же формуле), когда она искала средства спасения".

По просьбе редакции "МЗ" статью С.Григорьянца и его позицию по отношению к Фонду Сахарова комментирует Елена Георгиевна Боннэр:
- Я никогда не была правозащитником за зарплату , я - в абсолютно чистом виде - волонтёр этого безнадежного дела, и не я решала, брать ли деньги Березовского, которые он предложил. Мы просили в белый свет как в копеечку - обратились с письмом в 200 банков и фирм - откликнулся только он. И решение, принимать ли эти деньги, было принято единогласно членами американского и российского Фондов Сахарова. Управляет ими американский фонд, в котором, кстати, нет ни одного - НИ ОДНОГО - платного сотрудника. И Музей-Центр, и архив в Москве живут на эти средства. И, кстати, я давно отказалась от руководства-председательства в этих фондах и числюсь Почетным.
И общий вопрос - почему никому не приходит в голову упрекать всех лауреатов премии "Триумф", получающих лично премии из денег Березовского (и немалые - по 50 тыс. долларов), т.е. из его "грязных" рук в свой личный чистый карман?
В заключение скажу: я с Григорьянцем в целом и принципиально согласна.

__________________________________________________


Вечный вопрос и новый ответ


Нападение на синагогу в Москве подтвердило лишь одну вещь: евреем в России по-прежнему может стать каждый. В стране продолжает действовать "пейс-контроль", то есть бьют не по паспорту, а по морде. Сейчас мы живем между двумя фашизмами: мнимым, угроза которого нагнетается властью для демонстрации собственной безальтернативности, и подлинным, являющимся частью неизжитого имперского сознания страны, веками существующей в почти беспросветном авторитаризме. Ксенофобия в России - прямое следствие отсутствия важнейших атрибутов демократического государства. Прежде всего гражданского общества. Бытовая народная мораль и государственная идеология в стране веками сходятся только в одной точке: в точке поиска внешних виноватых во внутренних бедах. Отсюда вечное деление на "своих" и "чужих" и боязнь-ненависть к этим "чужим". То есть ксенофобия.
Вернее, попытка ответа. Ну, чтобы отвечать на вечный вопрос, нужна совсем уж немереная наглость. Даже больше, чем у меня.
Вечный вопрос - это что такое еврей. Социологи, демографы, политики, политические проститутки, просто проститутки - простите, девочки, что я поставил вас рядом с политическими - все дают на этот великий вопрос разные ответы. Вот намедни вышла книга Розалины Владимировны Рывкиной, там тоже уделено внимание. Но эту книгу мы в другой публикации уже обсудили. Кстати, внес когда-то свой шекель в обсуждение этого вопроса и ваш покорный слуга, но этого, естественно, никто не заметил. Сроду мы, евреи, внимательно друг друга не слушали и не читали. Нам надо свое прокукарекать, пока шойхет известно что точит. Но жизнь иногда подсовывает такие ответы, что только одна забота - поймать челюсть, чтобы она, упавши на пол, не поцарапалась.
Недавно один полуеврей (а для простого народа - так просто "яврей") создал нефтяную компанию, то есть восстановил то, что совок угробил, поднял добычу в не-может-быть-столько раз, людей работой обеспечил, на благотворительность начал деньги тратить - на сирот там, на прохвессоров... Ну, ясное дело: отнять и распилить. Собственно, зачем в России власть дается? Для уважения? Для свершений? Для борьбы за построение демократии в странах, где от нее шарахаются почище, чем от чумы? Для того, чтобы наша страна послала человека на Луну и Марс? Не-а. Для того, чтобы отнять и поделить. Это, знаете ли, генетическое. Даже слова "кормить" и "кормчий" в русском языке однокоренные, и неспроста - загляните в учебник истории. Отдал А. регион такой-то своему верному соратнику Б. "в кормление". Но это-то не совсем мои проблемы.
А вот то, что Ходор, прибыв в колонию, первым делом спросил, есть ли тут священник - это моя проблема. И твоя! И тех недоумков, которые сему мерзкому делу поспособствовали. Но давайте по порядку.
Открываем газету "Известия" и читаем, что первое, о чем спросил... и т.д. И как же сладострастно об этом "известка" наша написала! На первую страницу вынесли. Заголовком поставили. Ну, с газетой все ясно. Птичий грипп, то есть, пардон, - желтуха. Эпидемия, знаете ли, у российских газет. Года два назад "Новые Известия" ее жертвой пали, ну вот и до "Известий" вирус дополз. Пересек Тверскую, на памятник "нашему всему" опасливо покосился (честь у этого человека была - для вируса пожелтения прессы это опасно) и вполз в здание редакции, значит... (Когда на научные темы в "Известиях" пошел бред на бреде, я подумал: ну ладно, черт с ними, может, на этом вирус угомонится. Нет. Этот вирус сжирает издание целиком.) Но так или иначе, меня в гувернеры не приглашали. Зафиксировать факт: белки желтые, моча черная, а сами знаете что - белое - это я могу, а вот лечить не взялся бы.

Б.Лазар Е.Сатановский

Теперь о евреях. То, что Х. священником поинтересовался, а не помывкой и кормежкой - понятно. Политика. Человек себя к политической карьере готовит, власть ему явно навстречу пока идет, героя из него лепит. Думаю, если россиянам подкинуть идею: наш удвоенный ВВП все это разыграл, чтобы Х. следующим российским президентом сделать, - так процентов пять уже сегодня согласятся, а десять промычат: "А что, очень даже..."
Но Ходору-то как эта пошлость в голову пришла? А вот тут, дорогие евреи, можете подойти к зеркалу. Вы его к этой идее, мабуть, и привели. "Ты еси совершивший сие". Помните, когда власть наша, всенародно на волне шовинистического угара (с чеченами воевали!) с немереным рейтингом избранная, только начала Х. за хобот брать, два еврейских политика, простите за грубое слово, девочки, см. выше... два, значит, политикана поспешили продемонстрировать властям свои верноподданнические чувства? И опубликовали за океаном, в русском "Форвертсе" интервью - что правильно-де Ходора взяли. Он-де Россию разрушал. И вообще страшный человек. (Здесь опубликовать постеснялись: неужто у таких существ совесть есть? - Кажись, да... загадочен человек).
Вас что, спрашивали? Вызвал ВВП на ковер Лазара с Сатановским и спросил: ну, что, евреи, распять мне этого или отпустить? И толпа, как водится, правильно все поняла... Так вот, не было этого, ни две тысячи лет назад, ни вчера. Власть - она ни в древней Иудее, ни в сегодняшней России никого и ничего ни о чем не спрашивала. Она и в демократических-то странах спрашивает через раз. В странах, как говорят, традиционной демократии... А в этих, что из-под нашей пяты вылезли, обычно только в пятницу, причем после дождя накануне. А вот в России, Африке и древнем Риме этой глупости за Властью пока вообще не водилось. И при нас не поведется. Так чего же эти два политикана, впервые в одну упряжку встав, сие написали? А понятно - срочно лизнуть. Причем они же честные люди - не думали, что ВВП лично перстень из кармана вынет и одарит: хотели свое положение упрочить, чтобы потом больше для евреев сделать. С благородной целью, я думаю, на это пошли. И кажется мне, что оказался у этой пакости второй конец - как у многих палок.
А выступи они в его защиту, помоги они ему - сколько добра бы сделали! И евреи вами, товарищи политики, гордились бы. И Х., небось, вспомнил бы, от кого произошел. Да и популярности бы у Х. поубавилось, что, глядишь, Президенту еще больше, чем подметное письмо в русском "Форвертсе", понравилось бы... Плохо рассчитали, ребята.
Я, кстати, новое определение еврея обещал. Вот оно: еврей - это человек, который хорошо рассчитывает. И поэтому хотя бы, когда еврею нужно помочь, он не отталкивает его, а помогает. А не топит брата в угоду своему политическому интересу.

Леонид АШКИНАЗИ,
"Народ мой", №4 (368) 2006

Вернуться на главную страницу


Запад демонстрирует
новый характер отношений с ПА

За отзывом американо-британского персонала из Иерихона могут последовать дополнительные односторонние действия США и ЕС, обусловленные победой исламистов на выборах в парламент ПА и систематическим нарушением различных международных соглашений палестинской администрацией


Дов КОНТОРЕР, "Вести"

События в Иерихоне показали, что в результате победы ХАМАСа у западных стран складываются новые отношения с ПА, куда менее комфортные для палестинцев, чем та норма автоматического и неизменно благожелательного покровительства, к которой руководители автономии привыкли за последние годы.
В сложившейся ситуации допустимо предположить, что вслед за односторонним разрывом соглашения с ПА относительно содержания шести спецзаключенных в иерихонской тюрьме под надзором иностранного персонала США и страны Евросоюза предпримут дополнительные шаги подобного рода. Например, инспекционная группа ЕС может быть отозвана с погранпункта Рафиах, где она осуществляет контроль за транзитом людей и грузов через границу между Египтом и сектором Газы. 14 марта, в день проведения силами ЦАХАЛа операции в Иерихоне, западный персонал погранпункта Рафиах прекратил работу за полтора часа до окончания смены. Евросоюз опубликовал в данной связи заявление, в котором подчеркивается, что причиной этого шага стала "напряженная обстановка в секторе Газы, поставившая под угрозу безопасность инспекционной группы".
То, что эти опасения не были лишены оснований, показал погром, учиненный 14 марта толпами палестинцев в здании Британского Cовета (British Council) в Газе. В той же связи нужно упомянуть захват девятерых заложников из числа находящихся на территориях иностранцев. Ранее с угрозами и провокациями со стороны палестинцев столкнулась международная миссия наблюдателей в Хевроне (TIPH). Большинство сотрудников TIPH являются гражданами скандинавских стран. Возмущение палестинских исламистов сосредоточилось на них после того, как в датской газете была опубликована серия карикатур на "пророка" Мухаммеда.
Считается весьма вероятным, что американский генерал Кит Дэйтон прекратит свою деятельность по координации военно-полицейского сотрудничества с ПА после того, как формируемое исламскими радикалами правительство автономии будет приведено к присяге. Судя по всему, США не заинтересованы в том, чтобы их специалисты тренировали силовые структуры ПА, отходящие в подчинение ХАМАСа.
В случае с отзывом американо-британского персонала из Иерихона речь идет об отказе от соглашения, заключенного в мае 2002 года, по ходу широкомасштабной антитеррористической операции "Защитная стена". Генеральный секретарь Народного фронта освобождения Палестины (НФОП) Ахмед Саадат, организовавший убийство израильского министра Рехавама Зеэви, непосредственные исполнители этого теракта и финансовый агент ПА Фуад Шубаки, бывший главным организатором незаконной контрабанды оружия на территорию автономии, нашли тогда убежище в осажденной израильскими силами канцелярии Арафата в Рамалле (т.н. "Муката"). США явным образом не желали в то время, чтобы Арафат погиб при обстреле или попытке штурма его канцелярии. Израиль, со своей стороны, отказывался от любых вариантов прекращения блокады, при которых Саадат, Шубаки и четыре террориста НФОП, причастных к убийству Зеэви, окажутся на свободе.
Компромиссное решение было предложено американцами: шесть человек, на содержании которых под стражей настаивает Израиль, будут вывезены из Рамаллы в Иерихон и помещены там в палестинскую тюрьму, где они будут отбывать заключение под надзором американо-британского персонала. Премьер-министр Шарон принял эти условия, после чего Саадат, Шубаки и пр. были помещены в отдельном флигеле иерихонской тюрьмы, расположенной в здании полицейской крепости времен британского мандата (в 1967-1994 гг. это здание использовалось Израилем как военная база "Ханан").

ЦАХАЛ штурмует тюрьму в Иерихоне

В результате январских выборов осужденный палестинским судом лидер НФОП Ахмед Саадат был избран депутатом законодательного совета автономии. Это явилось поводом для настойчивых требований освободить из заключения его и других "иерихонских узников". Лидеры ХАМАСа, формирующие новое правительство автономии, стали открыто говорить о своем намерении выпустить шестерых спецзаключенных на свободу. Абу-Мазен заявил, со своей стороны, что он не станет препятствовать этому, если с него снимают моральную и политическую ответственность за дальнейшую судьбу заключенных.
На фоне этих событий британцы, составлявшие большинство тюремного персонала в Иерихоне, почувствали, что их личная безопасность более не может быть гарантирована властями автономии. 8 марта генеральные консулы США и Великобритании в Иерусалиме направили председателю ПА Абу-Мазену общее послание, которым они официально уведомили его о своем возможном отказе от дальнейшего соблюдения условий майского соглашения 2002 года. В этом документе указывалось:

1. палестинская сторона систематически нарушает условия соглашения в таких вопросах, как правила посещения иерихонских заключенных, проведение обысков у них в камерах, ограничения по доступу к телефону и т.п.;

2. палестинская сторона не обеспечивает американо-британскому персоналу надлежащих гарантий личной безопасности;

3. передача власти в автономии партии, которая призывает к немедленному освобождению заключенных, ставит под сомнение возможность дальнейшего выполнения американо-британским персоналом в Иерихоне возложенных на него обязанностей;

4. если палестинская сторона не выполнит немедленно требований, связанных с обеспечением безопасности американо-британского персонала, и не подтвердит свою договоренность с Израилем в отношении иерихонских заключенных, США и Великобритания откажутся от майского соглашения 2002 года.

Вскоре после этого палестинская администрация санкционировала освобождение нескольких террористов "Исламского джихада", находившихся в заключении в тюрьмах ПА. Заявления лидеров ХАМАСа о скором освобождении "иерихонских узников" звучали с прежней настойчивостью. В силу этих причин Израилю и ПА было сообщено, что американо-британский персонал покинет Иерихон не позднее 15 марта. Министр обороны Шауль Мофаз заявил в связи с этим, что Израиль ни при каких обстоятельствах не допустит освобождения Саадата, Шубаки и пр.
Утром 14 марта, сразу же после того, как американо-британский персонал покинул Иерихон, сосредоточенные накануне в окрестностях города израильские силы (численностью до одной сводной бригады) вошли в Иерихон и оцепили тюрьму. В ходе сопутствовавшей этому краткой перестрелки два палестинских полицейских были убиты; десять сотрудников силовых структур автономии получили ранения.
Когда слабая попытка сопротивления была сломлена, осажденное здание покинули палестинские тюремщики и все заключенные, кроме интересующей Израиль шестерки. Силам ЦАХАЛа пришлось произвести несколько выстрелов из танковых орудий по зданию иерихонской тюрьмы и начать его разрушение с помощью бульдозеров. Убедившись в том, что операция проводится решительным образом, не вызывая протестов со стороны западных держав, Саадат, Шубаки и пр., ранее обещавшие журналистам по телефону принять мученическую смерть под руинами, предпочли сдаться живьем.
Лидеры различных палестинских организаций обвинили США и Великобританию в том, что они, действуя согласованным с Израилем образом, создали оптимальные предпосылки для успешного проведения операции в Иерихоне. Поводом к предъявлению этих обвинений стало то обстоятельство, что ввод механизированных сил и спецподразделений ЦАХАЛа в город начался уже через несколько минут после того, как оттуда выехал иностранный тюремный персонал. Британский министр иностранных дел Джек Стро заявил в связи с этим, что его страна не сотрудничала с Израилем в планировании иерихонской операции. Выступая в Палате общин, Стро сказал 14 марта, что решение о выводе тюремного персонала из Иерихона "было принято обдуманным образом, в связи с той опасностью, которой подвергались там американские и британские граждане".
По ходу военной операции в Иерихоне министр иностранных дел Ципи Ливни провела телефонные консультации со своими коллегами в США, Великобритании, Испании, Египте и Иордании. В ходе этих бесед израильская сторона подчеркивала локальный характер акции, направленной на предотвращение такой ситуации, при которой осужденные палестинские террористы, включая убийц министра Рехавама Зеэви, окажутся на свободе. Ни одна из вышеперечисленных стран не осудила Израиль в связи с операцией в Иерихоне.

16 марта 2006


Майкл Джексон на пути к исламу

Даниэль ПАЙПС, New York Sun

Майкл Джексон, король поп-музыки, находится на грани принятия решения о том, чтобы обратиться в ислам. Об этом сообщила Американская радиовещательная и телевизионная компания CBS в передаче CBS News. Если это правда, то такое событие соответствует периодически повторяющимся образцам поведения афро-американцев (афро-американец - политкорректная замена слов "негр", чернокожий, родившийся в Америке, главным образом в США).
Слухи о возможном обращении г. Джексона впервые появились в ноябре 2003 г., через месяц после его ареста по обвинению в покушении на растление малолетних. Сайед Шабаз, репортер издания The Final Call организации "Нация ислама" (Nation of Islam - NOI) объявил о том, что г. Джексон вступил в эту организацию. Он добавил, что, по мнению лидера NOI Луиса Фаррахана, "Майкл обладает значительной одухотворенностью". Однако NOI опровергла это сообщение о намерениях Джексона, и тема быстро исчезла со страниц печати.
Она вновь появилась только после того, как Джексону в июне 2005 г. был вынесен оправдательный приговор по упомянутому выше делу. К октябрю выяснилось, что он приехал в Бахрейн и живет в "резервном" дворце, принадлежащем наследному принцу Салману ибн Хамед Калифу. Адвокат Джексона сообщил, что последний "постоянно живет" в этом крохотном государстве, расположенном в Персидском заливе, число жителей которого составляет 363 000 чел. (там также живут примерно 180 тысяч иностранцев).
В ноябре стало известно, что Майкл Джексон решил пожертвовать "огромное количество денег" на строительство мечети недалеко от его нового местопребывания. Газета Khaleej Times объяснила, что эта мечеть "будет предназначена для изучения принципов и учения ислама, а также для изучения английского языка; с этой целью из Соединенных Штатов будут приглашены первоклассные учители, работа которых будет проходить под его (Джексона) личным наблюдением".
В январе бахрейнская компания AAA Holdings объявила, что пригласила певца на на работу в качестве консультанта по зрелищным мероприятиям. Кроме того, окружающие видели, как Джексон выходил из торгового пассажа в Бахрейне в странной одежде - на нем была черная вуаль, черные перчатки и черная мантия (так называемая abaya). Другими словами, дабы избежать огласки, он был одет так, как одеваются женщины арабского Востока.
Широко известно, что любитель гладить мальчиков Майкл Джексон совершил (и совершает) множество эксцентрических поступков, поэтому неясно, что он собирается делать в Бахрейне. Однако если он действительно обратится в ислам, то последует примеру ряда афро-американцев, которые после 1940-х гг., находясь под влиянием стресса, обратились к той или иной форме ислама. Приведем несколько случаев, имеющих довольно большое значение:
Малкольм Икс, лидер организации the Nation of Islam. Обратился в ислам в 1948 г., когда отбывал срок заключения в тюрьме.
Тавана Броули, широко известная мошенница, обратилась в ислам после разоблачения ее утверждений о том, что она подверглась групповому изнасилованию белыми мужчинами.
Бенджамин Чавес, руководитель организации National Association for the Advancement of Colored People; обратился в ислам после скандального отстранения от занимаемой им должности.
Джон Аллен Мухаммад, член группы Beltway Sniper, обратился в ислам после мучительного развода с женой;
Генри Тиллман, боксер-тяжеловес, удостоившийся золотой медали на Олимпийских играх; обратился в ислам во время пребывания в тюрьме по обвинению в убийстве;
Майк Тайсон, боксер, чемпион в тяжелом весе; обратился в ислам во время пребывания в тюрьме по обвинению в изнасиловании;
Джеймс Уджаама, знаменитый общинный активист, боровшийся с наркоманией и проституцией; обратился в ислам в период, когда у него были проблемы с продвижением по службе, позднее признал себя виновным в том, что участвовал в тайных мероприятиях, целью которых было организовать помощь режиму Талибан в Афганистане.
О. Дж. Симпсон, футбольная "звезда", был обвинен в убийстве своей жены. Он вспоминает: "Когда я сидел в тюрьме, я читал Коран". Но он, по-видимому, не довел дело до обращения в ислам.
Г-н Фаррахан привлек к себе внимание тем, что в вызывающей форме помогал известным американским неграм, попавшим в затруднительное положение; примером может служить помощь, которую он оказал Майклу Джексону после его ареста в 2003 г. Он помогал также:
Мариону Барри, мэру Вашингтона, осужденному за незаконное потребление наркотиков;
Алси Гастингсу, федеральному судье во Флориде, привлечённому к ответственности в порядке импичмента;
Гусу Саваджу, члену Конгресса от штата Иллинойс, которому было предъявлено обвинение в сексуальном домогательстве.
Джорджу Сталлингсу, католическому священнику, обвиненному в покушении на растление малолетнего.
В 2004 г. происходил привлекший большое внимание судебный процесс над Лайонелем Тейтом, в то время самым молодым американцем, приговоренным к пожизненному заключению без права на досрочное освобождение (за убийство маленькой девочки, когда ему было 12 лет). По сообщению газеты Palm Beach Post, организация Nation of Islam привела в здание суда около 20 "темнокожих, одетых в лоснящиеся костюмы с галстуками-бабочками". Их лидеры "вели переговоры с адвокатами подсудимого и предлагали им советы по вопросам поручительства".
Эти и другие примеры показывают, что ислам - в различных вариантах - является ведущим "утешителем" (и помощником) для афро-американцев, попавших в трудное положение и нуждающихся в помощи. Сказанное помогает объяснить, почему в Соединенных Штатах имеется самое большое в западном мире число адептов, обратившихся в ислам (около 750 000 чел.). Каждый темнокожий, который обращается в ислам или принимает поддержку организации Nation of Islam, создает дополнительный стимул для других темнокожих "сменить" религию; такая ситуация создалась и в других западных странах.
Так что поведение эксцентричной знаменитости в далеком Бахрейне тоже будет иметь серьезные последствия.

Перевод с английского Анатолия Курицкого

Вернуться на главную страницу


Йорам Швейцер - о шахидах и "Аль-Каеде"

 

Йорам Швейцер (Yoram Schweitzer) - исследователь Центра стратегических исследований им. Йоффе (Jaffee Center for Strategic Studies - JCSS) Тель-авивского университета. Автор многих работ о терроризме, в том числе книги "Глобализация террора" (2003), он консультирует правительственные структуры Израиля на частной основе. Ранее Швейцер работал консультантом в области противодействия терроризму в офисе премьер-министра Израиля, прослужил 10 лет в израильской военной разведке, где возглавлял отдел по борьбе с международным терроризмом. Его область исследований - феномен афганского "братства", шахидизм, "Аль-Каеда".
Швейцер - один из самых известных экспертов по "истишхаду" (в переводе с арабского "стремление стать шахидом"), имел возможность интервьюировать террористов-самоубийц, которым не удалось подорваться, и попавших в израильские тюрьмы. В ноябре 2005 года вместе с Сарой Голдштейн-Фербер он опубликовал доклад "Аль-Каеда" и глобализация суицидального терроризма".
Сегодня Йорам Швейцер в интервью Андрею Солдатову ("Агентура.ru") рассказывает об особенностях шахидизма и полемизирует с Роханом Гунаратна, руководителем Международного центра изучения политического насилия и терроризма, крупнейшим в мире экспертом по "Аль-Каеде", интервью с которым мы публиковали весной 2005-го.

- Со сколькими шахидами вам удалось поговорить?
- У меня около 80-ти записанных интервью c осужденными террористами, кроме того, еще около 100 записей неформальных бесед с палестинскими террористами, иногда очень длинными. Большая часть - с террористами-самоубийцами, а также с теми, кто посылал их на подрывы. Я делал акцент на глубине и степени откровенности террористов, а не на их числе, мне важно понять их мотивы, чувства и побуждения.
- По вашему мнению, как меняется психологическое состояние террористов после ареста?
- Это зависит от срока, который они получили. Чем больше они сидят, тем больше у них происходит переоценка в сторону реальности, и они начинают понимать израильскую сторону. Это не значит, что они начинают поддерживать Израиль, или что они отказываются от своего права, как они его видят, сражаться против своих врагов. Но они могут видеть что-то и с другой стороны, и начинают думать о том, что они полностью отвергали и игнорировали в прошлом. Те, что моложе и получают более короткий срок, остаются при своих радикальных воззрениях.
- Насколько я понял из вашего доклада, обучение попарно - главная особенность обучения террористов-самоубийц.
- Работа в парах или в более многочисленных группах - часть подготовки террористов-самоубийц. Пары помогают террористам не отступить от своей миссии, поддерживать друг друга. Всегда есть более сильный партнер, который влияет и мотивирует того, кто не столь четко определился. Это справедливо как для "Аль-Каеды", так и для палестинцев. В "Аль-Каеде" эта модель обучения была придумана под прямым влиянием Бин-Ладена и его собственного стиля. В каждом теракте, подготовленном "Аль-Каедой", в том числе 11 сентября, упор был сделан на то, чтобы найти партнера для каждого участника. "Аль-Каеда" использует эту технику, чтобы оградить террористов от длительных размышлений о самоубийстве. Кроме того, это уменьшает дискомфорт от изоляции, которая необходима для сохранения подготовки к теракту в тайне. Это также помогает вести наблюдение и поддерживать связь, когда контакт с одним партнером затруднен. В том числе во время самого теракта. Например, во время нападения на американское посольство в Кении один из террористов-самоубийц по фамилии Авхали отвлек на себя внимание охраны посольства, и его партнер подорвал автомобиль со взрывчаткой и завершил миссию.
- Ранее вы мне говорили, что не согласны с оценкой Рохана Гунаратна о мутации "Аль-Каеды", которую он высказал в интервью "Агентуре" . В чем именно вы расходитесь?
- Речь идет о взглядах на глобализацию терроризма, будущее "Аль-Каеды" и тех вызовах, которые нам противостоят и ответных мерах международного сообщества. Прежде всего, я не согласен с мнением, которое высказывает не только Гунаратна, которого я высоко ценю, но и другие эксперты, что "Аль-Каеда" превратилась в мозговой центр глобального терроризма, что она из группы стала движением. "Аль-Каеда" преуспела в том, что делегировала свою доктрину молодежи, которая обучалась в спонсируемых ею лагерях в Афганистане, и тем, кто разделяет ее идеологию и методы. Некоторые эксперты говорят, что modus operandi "Аль-Каеды" изменился после 11 сентября. Однако все, что изменилось, это что до 11 сентября "Аль-Каеда" могла посылать людей на обучение в Афганистан, а сейчас у них там проблемы. Центр тяжести переместился. Но это случилось независимо от "Аль-Каеды". Просто сейчас другие люди, из тех, кто был подготовлен "Аль-Каедой" или ее учениками, готовят теракты, используя испанские, турецкие, британские сети. Такие сети существовали до 11 сентября и действовали (или пытались действовать) в интересах той же идеологии и по той же причине, с той же автономностью и, может быть, с небольшой помощью со стороны штаба "Аль-Каеды". И я могу привести несколько примеров, которые есть в моей книге "Глобализация террора", опубликованной в 2003-м: это группа Милани в Страсбурге (декабрь 2000), это сеть Бегаль во Франции, Нидерландах и Бельгии (июль 2001), ячейка Миллениум в Лос-Анджелесе и Иордании (декабрь 1999) и т.д.
- Однако мы видим, что сейчас "Аль-Каеда" не в состоянии проводить масштабные атаки в США, и центр тяжести переместился в Ирак. Разве это не изменение тактики?
- "Аль-Каеда" провела только несколько атак со своим прямым участием. Но им не нужно проводить много атак, им достаточно вдохновлять других. Они, очевидно, намерены повторить успех 11 сентября в других формах, и я не был бы так спокоен по поводу их способностей это сделать.

Публикуется в сокращении

Вернуться на главную страницу


ПРОКЛИНАЮ УМЕРЕННЫХ

Чарльз КРАУТХАММЕР, "Вашингтон пост"

Сейчас, когда бoльшая часть исламского мира взорвалась заранее спланированным бешенством по поводу датских карикатур на Магомета, мы слышим с обеих сторон голоса умеренных.
Некоторые исламские организации и их лидеры вполне одобряют чувства оскорбленных демонстрантов и разделяют их возмущение, но они не хотели бы, чтобы эти чувства выливались в насилие. Их западные напарники - интеллектуалы, и в их числе большинство главных американских газет - тоже демонстрируют разумную взвешенность: конечно же, они разделяют принцип свободы самовыражения, но критикуют датскую газету, которая злоупотребила этой свободой, опубликовав оскорбительные карикатуры, а сами они отказываются от публикации карикатур - чтобы не оскорблять религиозных чувств мусульман.
Боже, спаси нас от этих разумных голосов.
Так называемая умеренность исламской общины на самом деле означает следующее: "Я разделяю ваше возмущение и ярость, но не надо поджигать посольство". Никакая это не умеренность. Это просто-напросто циничный способ одобрить те цели, которых добивается толпа, но не одобрять средства, которыми она пользуется. И это является ложью, ибо делая вид, что говорят о принципе религиозной тактичности, они на самом деле говорят лишь об этом частном случае религиозной бестактности.
Кто-нибудь из этих "умеренных" хоть когда-нибудь протестовал против издевательских карикатур на христиан, или - в особенности - на евреев? А между тем такие карикатуры распространяются на Ближнем Востоке ежедневно.
Они протестовали против тех проповедей на палестинском ТВ, в которых евреи фигурируют как дети свиней и обезьян?
Против сериала на сирийском ТВ, где показывают, как раввины убивают христианского мальчика, чтобы использовать его кровь в ритуальных целях?
Или против египетского телесериала из 41 серии (!), показывающего "Протоколы сионских мудрецов" - антисемитскую фальшивку царских времен (горячо поддержанную нацистами), которая описывает, как евреи уже век назад тайно замыслили подчинить себе весь мир?
Настоящий умеренный мусульманин - это тот, кто протестует против оскорбления любой религии. А тот, кто этого не делает, вовсе не умеренный. Это лицемер, оппортунист и пособник разъяренной толпы. Просто он пользуется иными средствами для достижения той же цели, а именно: навязать Западу, с его традициями свободы слова, тот набор запретов, который присущ только исламу. Они - не защитники религии, а мусульманские супрематисты, стремящиеся подчинить своему диктату либеральный Запад.
И эти вот мусульманские "умеренные" находят помощь и поддержку у западных "умеренных", которые публикуют изображения девы Марии в куче слоновьего дерьма и восхищаются картиной "Моча Христова" (распятие, помещенное в банку с мочой) - они полагают, что за это им должны давать общественные субсидии, но вдруг проникаются уважением к религиозным чувствам, когда речь идет о Магомете.
Если бы они не были лицемерами, то свой отказ от публикации карикатур они бы оправдывали тем, что хороший вкус и такт иногда важнее, чем публикация новости. Ведь именно по моральным соображениям американские газеты обычно - и совершенно правильно - не публикуют фотографий трупов - какими бы заманчивыми ни казались такие фотографии с точки зрения новостей.
Довод о том, что карикатуры не следует публиковать из "уважения к религиозным чувствам", был уместен в сентябре, когда они впервые появились в этой датской газете.
Но сейчас не сентябрь. Сейчас февраль. Карикатуры уже опубликованы, а газета, ее издатель и сама Дания стали объектом дикой агрессии. После многочисленных поджогов, бойкотов и угроз отрезать руки и головы, вопрос уже идет не о новостях и не о том, нужно ли их помещать в газете с целью информировать общество. Вопрос, который стоит сейчас, - это солидарность.
Толпа пытается диктовать западным газетам, а фактически - западным правительствам, чт? они могут обсуждать или изображать в карикатурах. Эти карикатуры далеки от художественного уровня прозы Салмана Рушди. Но дело не в этом. Дело в том, кт? решает, о чем можно говорить и что можно рисовать в той части земли, которую мы - по нашей старомодной привычке - считаем свободным миром.
Толпа превратила это в тест, в испытание на свободу слова на Западе. Немецкие, французские и итальянские газеты перепечатали эти карикатуры не для того, чтобы сообщить информацию, а для того, чтобы отвергнуть вызов. Делая это, они объявили, что толпе не удастся их запугать.
Речь идет о страхе. Подлинная причина того, что многие газеты не хотят воспроизвести эти карикатуры, это не уважение к религиозным чувствам, это просто страх. Они помнят, что случилось с Тео ван Гогом, сделавшим фильм об отношении ислама к женщинам, и как ему за это проткнули грудь ножом и прикрепили к ножу исламский манифест.
Вспышки насилия по всему миру и сжигание флагов - это способ внушить страх, напомнить о судьбе ван Гога. Исламские "умеренные" - это посланцы и выразители толпы, предупреждающие нас - не повторяйте это еще раз.
Не беспокойтесь, мы не повторим. Во всем виноваты датчане, Мы тут не при чем. Пощадите нас. Ну, пожалуйста.

Перевел В.Л., "Еврейский телеграф"

Вернуться на главную страницу


Израильские
зарисовки
Леон ВАЙНШТЕЙН, Nota Bene

В историях и анекдотах часто раскрывается национальный характер. Вот израильский анекдот. Водитель переехал перекресток на красный свет. Его останавливает полицейский и говорит: "Ты почему переехал перекресток на красный свет?" - "Почему я переехал перекресток на красный свет? - переспрашивает водитель. - Потому что это то, что там горело".
А вот эпизод, произошедший лично со мной. Стою я на остановке автобуса и жду. Жду минут пятнадцать. Наконец на большой скорости показывается автобус, подъезжает поближе, и вдруг, вместо того чтобы замедлить ход, подъехать и забрать меня и еще двоих пассажиров, водитель увеличивает скорость и несется к перекрестку. В этот момент свет меняется на красный, и водитель автобуса тормозит (в отличие от водителя автомобиля в анекдоте выше) и останавливается. Я подбегаю к передней двери, стучу, и меня впускают. "Ты почему на остановке не остановился?! - бросаюсь я к водителю. - Ты что, не видел, что тебя люди ждут?" - "А я очень хорошо разогнался, - объясняет водитель. - Жалко было скорость сбрасывать".
Следующий эпизод произошел с моими родителями примерно через месяц после их эмиграции в Израиль. Отец, будучи врачом, в день приезда торжественно прикрепил к почтовому ящику свою "докторскую" табличку и ежедневно в два часа дня открывал и закрывал ящик, проверяя почту. Через некоторое время в пустовавшем до того ящике появилась бумажка. Родители взяли словари и засели за перевод. После четырех часов работы над текстом они выяснили, что налоговое управление просит их немедленно заплатить двести тысяч лир, а в случае неуплаты отберет все имущество, продаст детей с молотка и посадит отца на ближайшие семьсот пятьдесят лет в тюрьму, причем для особо опасных государственных преступников.
Ночь родители не спали. Пересчитав и реалистически оценив все свое имущество (включая автомобиль и фамильные драгоценности), они поняли, что "стоят" меньше трети требуемой суммы. Ни занимать, ни в ближайшем будущем получить такие деньги не представлялось реальным. Поэтому рано утром, никому ничего не сказав, родители собрали отцовские вещи, почистили все его медали, купили сухари и пошли сдаваться.
При входе в налоговую инспекцию они показали пришедшую им по почте бумагу, и их отправили к Ривке. Ривка сидела в огромном зале с еще шестьюдесятью инспекторами. В зале было шумно, перед столами инспекторов стульев не было, поэтому родители долго стоя ждали, когда Ривка обратит на них внимание.
"Вот, - сказала мама на смеси идиша , русского, иврита и английского, - вот ваша повестка. У нас таких денег нет". И она легонько подтолкнула отца в спину. Ривка посмотрела на повестку. "Нет?" - переспросила она. "Нет", - в унисон подтвердили родители. Ривка еще раз посмотрела на повестку, потом порвала ее и бросила обрывки в мусорный ящик. "На нет и суда нет", - сказала она и снова занялась своими бумагами, а родители вернулись домой. За исключением небольшого (но обширного) инфаркта у отца, никто об этом эпизоде ни в семье, ни в налоговой инспекции больше не вспоминал.
Не знаю, что эти три короткие истории говорят вам, а для меня они очень важны в понимании национального израильского характера. Ну, а теперь перехожу к главной истории, а именно - к рассказу о моем превращении из гнилого интеллигента в солдата Армии обороны Израиля.
Когда меня забрили в ЦАХАЛ (точнее будет сказать, "коротко постригли"), мне было двадцать шесть лет. Я уже почти полтора года жил в Израиле, но из-за того, что общался практически только со своими бывшими земляками, мои знания иврита были минимальными, чтобы не сказать - нулевыми.
Полдня великовозрастных новобранцев (в тот день нас оказалось около пятидесяти евреев, приехавших из двенадцати стран) водили по огромному лагерю распределения и одевали, обували, выдавали различный солдатский инвентарь, так что к обеду на руках у каждого оказался плотно набитый огромного размера тюк, а на шее болталось по паре тяжелых солдатских ботинок. И вот со всем этим скарбом, измученные, ничего не понимающие, голодные, мы выстроились в очередную очередь. "Что теперь?" - спросил я по-английски у стоящего впереди йеменского еврея, который вежливо ответил мне по-французски. Что именно он ответил, я не понял, зато понял, что по-французски. Через минут двадцать подошла и моя очередь. Я втащил свой тюк в дверь маленького домика и оказался в комнате, в которой стояло два стола, а за ними сидели офицер и приятная девушка в солдатской форме.
Офицер что-то сказал и показал рукой на стоящий перед его столом стул. Я понял, что надо сесть, сел и протянул офицеру сопроводиловку - бумагу с моей фамилией и отметками о том, какой скарб мне был уже выдан.
Офицер сказал что-то девушке-сержанту (к этому моменту я уже разглядел ее лычки), она почему-то радостно вскрикнула, затем порылась и принесла ему мое личное дело, с любопытством на меня поглядывая. Листая мое дело, офицер что-то говорил звонким мальчишеским голосом, иногда поглядывая на меня и добро улыбаясь. Когда он поднимал голову, я тоже улыбался и кивал.
Наконец офицер закончил листать мое дело, посмотрел мне прямо в глаза и сказал что-то, очевидно, очень важное, но совершенно мне непонятное. Сказал и замолчал. И некоторое время, улыбаясь, смотрел на меня. Девушка-сержант тоже смотрела и тоже улыбалась. Мне захотелось сделать им что-то приятное, и так как я запомнил последнее произнесенное офицером слово, то его-то я совершенно неожиданно для себя и повторил. Звучало это как "хатканим", или "цанфаким", или что-то еще такое же мистически непонятное. Офицер вскочил, обошел стол и пожал мне руку. После чего снова уселся за стол, записал что-то в мое личное дело, сделал пометку в сопроводиловке, вручил ее мне и снова пожал руку.
Когда, так и не поняв, что произошло, я вышел из домика, то немедленно наткнулся на одного американца, с которым мы вместе стояли две или три очереди назад. "Эй, Гэри! - сказал я. - А что в этом домике делают?" - "Распределение по родам войск, - ответил Гэри. - Кстати, тебя-то куда?" Я подумал и попробовал еще раз воспроизвести то самое слово: "Понцхуним". "Цанханим, что ли?" - почему-то удивился Гэри. "Во-во, оно!" - "Так это же десантные войска. Элитные части. Прыгать будешь. И курс молодого солдата у них не четыре недели, а шесть месяцев в особо трудных условиях и без единого отпуска. Ты-то зачем им нужен со своим варикозным расширением вен, гастритом и пожилым возрастом? Да и берут туда только волонтеров…"
Гэри ушел. Я понял, что если не предприму каких-то немедленных и отчаянных действий, то должен буду в течение долгих месяцев прыгать из летящих на большой скорости и высоте самолетов, а приземлившись, бегать, стрелять и поспевать всюду за восемнадцатилетними призывниками, вместе с которыми для начала обязан пройти шестимесячную непрерывную боевую подготовку, без единого дня отпуска. И я рванул назад, к симпатичному офицеру и девушке-сержанту, так быстро решившим мою судьбу.
Я влетел в комнату, где в это время находился другой призывник, бросил мешок на пол и с помощью тех двенадцати слов, которые знал на иврите, произнес речь. Говорил я следующее: "Молодых мальчиков хочу нет! Прыгать больно! Хочу скорее автобус билет!" - после чего, исчерпав весь свой запас слов, от отчаяния стал изображать стреляющего из пулемета чапаевца.
Двое серьезного размера молодых людей с повязками на рукавах, неизвестно откуда появившиеся в комнате, быстро скрутили меня и вынесли из помещения, при этом, как пушинку, подхватив мой неподъемный мешок и упавшие с шеи ботинки. Меня почти не били, так как вскоре выяснилось, что определен я не в десант ("цанханим"), а в артиллерию ("тотханим") и что молодой офицер улыбался и долго говорил мне что-то по причине полного совпадения наших имен и фамилий и по этому поводу не поставил мне формально штамп и отправил в столовую, как других, а вышел из-за стола, пожал руку и пожелал всего наилучшего. Словом, я попал в артиллерийский полк в Синае и на всю жизнь стал артиллеристом.
Так получилось, что очень скоро мое имя стало известно если не во всей Армии обороны Израиля, то, по крайней мере, во всех ее артиллерийских частях. Я горд тем, что то, что стало называться впоследствии "трюком тунеядца-профессионала" и изучается теперь на всех курсах по работе с призывниками, пришло в голову из всех служивших в ЦАХАЛЕ евреев именно мне.
Идея была проста и лежала на поверхности. На курсе молодого бойца нас все время заставляли что-то делать. Одним из основных занятий сержантского состава было отслеживать, чтобы мы ни секунды не сидели без действия. Еще я заметил, что, если солдат занят каким-то, с точки зрения командного состава, полезным делом (выкапыванием ямы или чуть позднее закапыванием ямы, перенесением боеприпасов ближе к штабу или дальше от штаба), его никогда не оторвут и не пошлют в другое место делать что-то другое.
Дальнейшее было делом техники - я нашел шестиметровый, практически невесомый обрезок доски, положил его на плечо и пошел по лагерю. Меня никто не останавливал, и я, скоро обнаглев, заходил под таблички "Вход строго воспрещен" и "Только для офицеров". Мимо меня, "не видя", проходило мое и не мое начальство, и никому из них не приходило в голову, что какой-то идиот в солдатской форме может просто так, по собственному почину таскать на плече доску. С их точки зрения, солдатика кто-то куда-то с какой-то целью с этой доской послал.
На обед и на ночь я прятал доску под вагончик, в котором спал, а утром после завтрака снова клал ее на плечо и шел гулять по лагерю. Ко мне пригляделись, привыкли и стали пропускать всюду, даже без доски. Поэтому я принял решение обедать только в офицерской столовой, иногда по два раза в день. Продолжалось это райское состояние ровно две недели, пока, хорошо выспавшись под офицерским клубом, я с доской на плече не вышел на плац к полку, выстроенному в каре в честь неожиданного приезда командующего артиллерийскими войсками…
Последствием было - три дня непрерывного мытья посуды и чистки картошки, после чего ко мне подошел ротный и сказал: "Конечно, ты хулиган и вонючий обманщик, но мозги у тебя работают. Поэтому мы решили учить тебя на наводчика третьей пушки. Учиться будешь у Шмулика, понял?" Полностью эту речь я понял, когда попросил его через год повторить ее еще раз. Тогда же я понял, что стану наводчиком третьей пушки и что это большая честь и доверие людей, которые воюют бок о бок с тобой и, предлагая тебе стать наводчиком третьей пушки, вручают тебе отчасти ответственность за их жизни.
В нашем полку было три самостоятельно действующих батареи, каждая состояла из четырех самоходных пушек и кучи вспомогательного и командного транспорта и персонала. Каждую пушку обслуживал добрый десяток человек. Обычной задачей батареи была поддержка танков или пехоты и подавление артиллерии противника. Стреляли наши пушки на двадцать-тридцать километров и на таком расстоянии попадали по квадрату двести на двести метров (в отличие от имеющихся на вооружении у арабов русских пушек, точность которых, слава Богу, была километр на километр).
Когда батарея выезжала на позицию и получала координаты цели, то пристреливалась по нему только одна пушка, а остальные выставлялись по ней. Так вот, пристреливалась как раз третья пушка (по батарейному расположению стоящая рядом с бронетранспортером командира), и скорость ее пристрелки, а значит, и жизни тех, кого батарея прикрывала, зависели от расторопности и сообразительности двух человек - старшего офицера батареи и наводчика третьей пушки, коим на нашей батарее был легендарный Шмулик. И вот теперь на эту роль предназначался я.
Утром следующего дня ко мне подошел Шмулик. Роста в нем было от силы метр шестьдесят, ручки маленькие, пальчики толстые. Другими опознавательными знаками были несуразно сидевшая форма и красный диплом математического факультета Московского государственного университета. Правда, тогда, на матмехе (на гражданке), Шмулика звали Илюшей.
Кроме скорости пристрелки, Шмулик был известен следующими двумя эпизодами. Во время ночного дежурства, когда единственным местом, где Шмулик не должен был находиться, был круг света от горящего посредине лагеря фонаря, Шмулик читал под этим самим фонарем толстую книгу - то ли по математике, то ли по физике. Только что приступивший к своим обязанностям новый командир полка решил лично проверить посты, обнаружил Шмулика в круге света и, тихонько подойдя, украл у него валяющийся на песке автомат. Затем, наставив этот самый автомат на Шмулика, сказал: "Ефрейтор - Шмулик тогда только что получил это высокое армейское звание, - почему ты сидишь под фонарем?!" Не отрываясь от книги и не поднимая головы, Шмулик ответил: "Потому что в темноте, остолоп, трудно читать".
Командир полка был настолько ошарашен логикой ответа, что, вместо того чтобы немедленно арестовать Шмулика, спросил: "А что ты читаешь?" Шмулик впервые обратил внимание на спрашивающего и, несмотря на то, что ему не понравилось, что при разговоре этот одетый в офицерскую форму человек наставляет на собеседника автоматическое ружье, решил все-таки остаться в рамках вежливости и ответить. Он сказал: "Тебе, недоумок, не понять" - и снова уткнулся в книгу.
"А ты попробуй", - настаивал обидевшийся командир полка. Шмулик снисходительно произнес название книги, в котором слово "интеграл" было самым простым и понятным. Командир полка впервые проявил некоторую заинтересованность и сказал что-то, что, по последующему рассказу Шмулика, не было уж совсем откровенной чушью. Шмулик сказал, что книга тупая, и кто этого не понимает, явно страдает мозгозамороженностью и дебилизмом. Командир полка что-то на это ответил, и завязалась беседа, которая продолжилась до утра и в которой простые смертные не поняли бы ни одного слова.
Комполка оказался доцентом физического факультета университета Тель-Авива и то самое, что с увлечением ругал Шмулик, читал там студентам. Когда Шмулик демобилизовался и был приглашен руководить группой математиков при командующем ВВС Израиля, он разыскал нашего командира полка и привел в свою группу. Но это произошло много позже после того, когда Шмулика застукали читающим книгу на ночном дежурстве.
Второй эпизод был такой: посредине тренировочного лагеря начальство решило организовать газон. Шмулику как самому бесполезному (как тогда считало начальство) солдату дали семена и приказали окучить землю и высадить траву и полевые цветы. Около месяца Шмулик поливал газон и незаметно для себя привязался к вылезшей зелененькой травке. А через месяц на плац опустились три вертолета, из которых вышли тогдашний министр обороны Моше Даян и куча генералов и, сгибаясь вполовину, пошли от воющих вертолетов к штабу. Впереди министр, за ним толпа военных, а навстречу генералы и офицеры из лагеря. И встретиться они должны были точно на газончике Шмулика.
"Моше! - закричал Шмулик, бывший Илюша, который должен был стоять по стойке "смирно" и молчать. - Эй, Моше! Куда идешь - там же газон, не видишь, что ли?!" И легендарный Моше Даян, министр обороны Израиля, остановился, посмотрел под ноги, потом помахал рукой Шмулику, что, мол, понял и извиняется, и обошел газон, а за ним обошли траву и все сопровождавшие его генералы.
Так вот, этот самый Шмулик печальными своими карими еврейскими глазами смотрел на меня, всем своим видом показывая, что учить меня на наводчика - дело сложное, ему совершенно ненужное, а главное - бесполезное. Наглядевшись и, очевидно, убедившись в чем-то, что он давно подозревал, Шмулик вздохнул и сказал: "Еврей (звучало это как "евгей") не любит, когда по нему стреляют. Ой, не любит. Поэтому евгей ноговит стгелять быстгее".
После чего Шмулик рассказал мне историю нашего артиллерийского самоходного полка, начав ее так: "Два наводчика тому назад…"
Итак, два наводчика тому назад американцы решили распродать вывезенное из Вьетнама и ненужное вооружение. В списке были тяжелые дальнобойные самоходные орудия, на которые подали заявки бельгийцы, японцы и израильтяне (автор не ручается за точность информации и просто пересказывает рассказанную ему историю). При продаже любого оружия в сделку входит также обучение представителей покупателя, и поэтому на полигоне в Неваде были собраны на двухмесячные курсы представители вооруженных сил государств - будущих пользователей самоходок. Примерно через месяц начальник курсов сообщил израильскому военному атташе, что в то время, как бельгийцы и японцы посещают занятия, представители ЦАХАЛа пропали и, по слухам, ошиваются в Лас-Вегасе.
Атташе, активировав секретные контакты, нашел пропавших на озере Тахо и потребовал отчета. Солдаты же израильской армии утверждали в свое оправдание, что пушку уже знают вдоль и поперек и готовы в честном поединке (если им только прикажут) перестрелять не только бельгийских и японских сокурсников, но и американских инструкторов. Атташе в свою очередь образно объяснил героям ЦАХАЛа, какой величины будет клизма и куда именно она будет вставлена, если на отчетном показе что-то будет не так.
В день окончания курса на трибунах расселись как представители вооруженных сил стран-покупательниц, так и около шестидесяти атташе стран - пользователей американского оружия. Упражнение, которое показывалось, состояло в следующем: на плац перед трибуной со скоростью тридцать километров в час вылетала самоходка в сопровождении командирского бронетранспортера. Проверяющие давали координаты "противника", и после того как офицер в бронетранспортере производил расчет, в каком направлении поставить пушку, пушка "окапывалась" (вкапывала щит, погашающий отдачу), затем выставлялась в правильном направлении и, приняв уточненные данные, производила выстрел. Затем получала от командира, работающего по рации с наблюдателем, новые данные, снова выставлялась, стреляла подаваемыми с земли снарядами (стреляли обычно вилкой: недолет, перелет) и третьим снарядом должна была на двенадцатой минуте поразить цель: квадрат в двести на двести метров, удаленный на десять-двадцать километров от позиции батареи.
На этом ставшем легендарным отчетном показе в Неваде первыми выехали американские инструкторы. Остановились по команде. Через две минуты получили направления стрельбы (за это время выложив позади пушки необходимое снаряжение и снаряды), повернули пушку, окопались, получили уточненные координаты… выстрелили на восьмой минуте первый раз, на десятой -второй, а на двенадцатой точно поразили цель.
За ними выехали бельгийцы, выполнив упражнение чуть менее четко, но ровно через четырнадцать минут попали третьим снарядом по искомому квадрату. Японцы ввели некоторое усовершенствование во взаимодействии расчета и поразили цель на одиннадцатой минуте.
Наконец на плац вылетела израильская самоходка, получила приказ остановиться и, не дожидаясь данных от старшего офицера, начала окапываться, при этом почему-то двигаясь одновременно в разные стороны и подняв вокруг себя невероятный столб пыли. На шестой минуте из-за пылевой завесы невидимая самоходка произвела первый выстрел, а на седьмой вторым выстрелом цель была поражена.
Израильтян остановили и отправили обратно на исходные позиции. Пушка снова со скоростью тридцать километров в час вышла на плац, остановилась как вкопанная, начала ерзать, снова остановилась… Из люка выскочил водитель, стащил шлем, бросил его на землю и демонстративно уселся на песок, сложив руки на груди. Командир, громко ругаясь на смеси русского и идиша, сам прыгнул в люк, и снова пылевая завеса заволокла место действия. Ровно на шестой минуте пушка произвела первый выстрел, а на седьмой вторым снарядом поразила цель.
К моменту окончания этой истории мы со Шмуликом уже подходили к нашему полигону, где нас ждали третья пушка и ее экипаж в полном боевом составе. Я пожал много рук, после чего командир экипажа сообщил по рации о готовности и получил добро на упражнение. Самоходка отошла в сторону, вышла на скорости тридцать километров в час на рубеж, получила приказ остановиться, окопалась, на пятой минуте произвела выстрел, а на шестой (по свидетельству контроля) поразила цель.
"Евгею, - объяснил мне Шмулик несколько позднее, - дана голова, которой он должен уметь пользоваться. А если уметь ею пользоваться и еще не любить, когда по тебе стгеляют… Вот я и считаю в голове координаты… Пока командир на компьютере все выверяет, мы уже в нужном направлении стоим и ствол подняли почти точно, куда надо. Я несколько раз до второй цифры после запятой с компьютером совпадал, - похвастался он. - Ну, и еще, конечно, одна вещь важная есть. Мы ведь в основном огневое прикрытие. Танковым ли частям, пехоте… а у меня в каждом полку по другу, а то и по два. Вот, например, когда мы прорыв шестнадцатого танкового прикрывали, так я же радио слышу: у них там ад, по ним со всех сторон лупят, а у меня там Борька Зальцман, во втором танке. Мы с ним с пятого класса в шахматный кружок вместе ходили… Конечно, я, как арифмометр, считал. У меня только руки тряслись немного.
Зато мы на себя две батареи противника оттянули и пару самолетов штурмовых. Нас, конечно, засекли, но мы на нашей троечке ушли на запасную позицию и пристрелялись, пока остальные по очереди отстреливались и перебазировались к нам. Так что я Зальцмана ни на секунду без поддержки не оставил. Я ему потом сказал, что он мне ведро томатного сока должен. Ну, а когда Арик Шарон без пехоты одними танками клином на стыке второй и третьей египетской вошел, так там у меня просто оба Вольфсона оказались. Так что, сам понимаешь…"
Прошел почти год. Сменилось на третьей два командира, почти полностью обновился экипаж. Пришло время и мне думать о демобилизации. Среди новобранцев я заметил огненно-рыжего великовозрастного солдата с серыми печальными глазами. Рыжий с печальными глазами назвался Петей и оказался выпускником Рижского ГВФ. Петя всегда имел при себе колоду карт, которые молнией летали у него в коротеньких, покрытых рыжей шерстью руках. Когда же я узнал, что Пецеле зарабатывал себе на жизнь игрой в преферанс, то понял: замена найдена.
Я рассказал Пете историю нашего полка, которую начал: "Три наводчика тому назад…", а потом показал ему упражнение на плацу. Ровно через четыре минуты тридцать секунд наша пушка выстрелила первый раз, а через сорок пять секунд вторым выстрелом попала по искомому квадрату.
"Пецеле, - объяснил я, - скажу тебе совершенно честно, что не думал, что привнесу в это дело что-то свое, оригинальное. Куда мне равняться до славы таких гигантов, как Шмулик или Теодор Альтер, который двумя пушками и одним подбитым танком четыре часа сдерживал наступление сирийского танкового корпуса под Цфатом…"
Просто нас бросили на Голаны, как раз когда у самой Тверии (у места, где Иисус прошел по воде, аки посуху) по ремонтным мастерским, где тогда сидел Ромка Каплан, арабы лупили из ракет. Наша авиация давала нам наводку на источник выстрелов, но мы никак не успевали их накрыть: они отстреляются и валят на другую позицию. В горах ветер, они еще с противоположного склона лупят, все это на компьютере надо в расчет принять, а у нас, как на грех, молоденький старший офицер, только из училища. Ну, ребята-наблюдатели и говорят: "Кто там у вас наводчиком? Мы ему координаты дадим, как только в следующий раз их засечем, а он чтоб не ждал компьютера, а лупанул в ту сторону - хоть испугать".
Конечно, с первого раза трудно было понять, какую надо на ветер поправку давать, но хочу похвастаться, что со второго раза накрыл я их по большому счету. Мне Ромка потом рассказал, что там две машины было вроде "катюш". Так вот, одну я прямым попаданием размазал, а вторая от взрывной волны под гору кубарем скатилась. С тех пор начальство мне и приказало: в критической ситуации, говорят, можешь выпускать первый снаряд до получения уточненных данных от компьютера. Чем и пользуюсь. Во-первых, сигареты у офицеров блоками выигрываю - закладываемся с ребятами, кто быстрее: компьютер или я. А во-вторых, жить стало веселей.
Вот, собственно, и вся история о национальном израильском характере и о том, как из ленинградского еврея я превратился в израильтянина.
Ну, а перед окончанием все же надо рассказать несколько слов об одном эпизоде послеармейской жизни. На День независимости меня (только-только демобилизованного) пригласили в дом к Ицхаку Рабину. Было там человек двести - военные, дипломаты, министры с женами. Я, конечно, специально свою сержантскую форму надел (мне, несмотря на сопротивление, нашили все-таки две лычки) и все больше рядом с генералами тусовался. Обступили меня кружком, как сейчас помню, три генерала и две чьи-то жены и вопросы задают. И что бы я ни сказал, хохочут над каждой фразой, надрываются. И так громко хохотали, что подходит к нам хозяйка дома Лея Рабин, жена премьер-министра, поинтересоваться, в чем дело, и через пару минут берет меня вежливо за рукав и тянет в сторону.
"Я, - говорит Лея, - хочу предупредить тебя, что если ты думаешь, что говоришь на иврите, то ты ошибаешься". "Как так? - говорю. - Я вроде понимаю все, что мне говорят, а уж меня понимают просто все без исключения". "Конечно, - говорит Лея, - конечно, тебя понимают. Вот, к примеру, сейчас ты ведь хотел мне сказать что-то вроде "не может быть" или "что за странность", верно? И я тебя поняла, то есть поняла, что ты хотел сказать… Но сказал ты на чисто арабском языке, что у моей мамы половой орган неправильной формы. После чего ты в довольно учтивой форме, но опять по-арабски предложил переспать с моей младшей сестрой, но на этом не успокоился и добавил: "и с братом тоже". И так как голос у тебя довольно громкий, а рост высокий, то об этом предложении узнали все, кто находится с нами в одной комнате, включая главного раввина Израиля и послов Аргентины и Никарагуа…"
Вот так - защищай друзей, считай в уме поправку на ветер, а они без тени улыбки учат тебя не языку твоей исторической родины, а арабским ругательствам и, более того, специально при тебе именно так и разговаривают больше года… Единственное, что немного успокаивает, что я успел научить весь полк словам, которые надо говорить мамам понравившихся им девушек из России. Можно сказать, чувствовал, какую подлянку они мне устроят. Ну, вот и вся история.

01.2006

Вернуться на главную страницу


После Шарона

Даниэль ПАЙПС, National Post

Израильский премьер-министр Ариэль Шарон перенес обширное кровоизлияние в мозг; представляется, что его политическая карьера, по крайней мере, завершилась. Какое значение имеет это для израильской политики и для арабо-израильских отношений?
По существу это означает, что, несмотря ни на что, жизнь продолжается, дела идут своим чередом.
С тех пор, как в 1948 году было провозглашено Государство Израиль, в его политике доминировали два подхода к решению проблемы отношений с арабами, осуществлявшиеся (как их сейчас называют) партией Авода (лейбористами) на левом фланге и партией Ликуд - на правом фланге.
Лейбористы приводили доводы в пользу большей гибкости и достижения компромиссов с арабами, Ликуд призывал занимать более жесткую позицию. Каждый из 11 израильских премьер-министров был членом одной из этих партий, ни один из них не имел отношения к другим (достаточно многочисленным) партиям. Популярность Ликуда и Аводы со временем уменьшалась, но обе эти партии продолжали играть ключевую роль и оставались в центре израильской избирательной системы; именно они определяли выбор кандидатов на высокие посты.
Вернее, так они поступали шесть недель тому назад. 21 ноября Шарон ушел из Ликуда и сформировал собственную партию, названную "Кадима" (Вперед). Он предпринял этот важный шаг частично потому, что его взгляды на ситуацию с арабами стали противоречить взглядам членов Ликуда, и он не мог больше оставаться там. Это стало особенно ясным после того, как в середине 2005 года Шарон вывел израильские войска и граждан своей страны из Газы. Кроме того, он приобрел такую личную популярность, что счел возможным основать партию, члены которой будут полностью согласны с ним, будут брать его в пример.
Выбор времени для решения об основании новой партии был очень удачным, и результаты этого решения оказались чрезвычайно успешными. Опросы общественного мнения показывали, что Кадима может вообще вытеснить Аводу и Ликуд. Последний опрос, проведенный компанией "Диалог" в понедельник, 9 января, и опубликованный 10 января, показал, что "Кадима" может получить в Кнессете 42 места из 120. Авода могла бы надеяться на 19 мест, а Ликуд оказался далеко позади с тягостно малым числом мест - 14.
Ошеломляющий успех "Кадимы" перевернул израильскую политику вверх дном. Старые "боевые кони" были оттеснены на обочину, и можно было рассуждать о том, что Шарон сумеет образовать правительство, не затрудняя себя союзом с какой-либо из основных партий.
Еще более поразительным был тот факт, что Шарон обладал абсолютной личной властью в новой партии; никогда еще в Израиле не появлялась такая сильная личность. (И очень редко такое случается в истории других зрелых демократий; на память приходит еще одно исключение - Пим Форчуин в Нидерландах). Шарон быстро завлёк в "Кадиму" видных политиков из Аводы, Ликуда и других партий, которые имели с ним мало общего, кроме желания идти за ним, работать под его руководством.
Это был честолюбивый, смелый, выдающийся поступок - бравурный, без "страховочной сети", акробатический трюк. Такой, чьи последствия могли продолжаться только до тех пор, пока Шарон сохранял свой магическую хватку. Или хорошее состояние здоровья.
Я с самого начала скептически относился к Кадиме, и через неделю после ее появления назвал создание этой партии рискованным эскапистским предприятием; "во-первых, она развалится так же быстро, как возникла, и, во-вторых, оставит после себя очень скудное наследство". Если карьера Шарона завершилась, то же самое можно сказать о судьбе Кадимы. Он создал её, руководил ею, определял её политику, и сейчас никто другой не может контролировать действия отошедших от своих традиций членов партии. Без Шарона последние потянутся к своим прежним старым "домам" в Аводе, Ликуде или в других партиях. Израильская политика вернется к своему нормальному состоянию.
Ожидалось, что на выборах в марте 2006 года Ликуд скатится на третье место, однако эта партия больше всех выиграет с уходом Шарона из активной политической жизни. Непропорционально много членов "Кадимы" пришли из Ликуда, и теперь эта партия под сильным руководством Биньямина Нетаниягу может оправиться для того, чтобы остаться у власти. Перспективы Ликуда выглядят хорошо и потому, что в Аводе только что избрали радикально настроенного и неиспытанного нового лидера Амира Переца.
Вообще говоря, можно считать, что внезапный поворот израильской политики влево - вследствие поворота влево Шарона - будет остановлен и даже возможно, что направление этого движения изменится на противоположное.
Если говорить об израильских отношениях с палестинцами, то следует отметить, что в последнее время Шарон сделал много очень важных ошибок. В особенности, уход израильтян из Газы показал палестинцам, что акты насилия приносят плоды, что они эффективны. Палестинцы обстреливают израильскую территорию ракетами, "политическая температура" стала высокой.
По мере того, как Израиль возвращается в положение более нормального государства, и на горизонте не видно политика, имеющего такую же необычайно большую популярность, какую имел Шарон, действия правительства опять окажутся под внимательным наблюдением. В результате можно ожидать, что ситуация станет менее эскапистской, а политика в отношении палестинцев - более реалистичной. Возможно даже, что наметится какое-то движение вперед с целью найти решение израильско-палестинского конфликта.

Постскриптум. 4-го января 2006 года - до того, как Шарон оказался в критическом состоянии - по заданию Израильского радио был проведен опрос общественного мнения. Принимавшим участие в опросе был задан вопрос: "Если Ариэль Шарон не будет возглавлять "Кадиму" во время выборов, за кого Вы будете голосовать?". Результат опроса: 18 - за Аводу, 16 - за Ликуд, 13 - за "Кадиму". Результаты для других партий не были предоставлены.

Перевод с английского Анатолия Курицкого

Вернуться на главную страницу


Опасность - не так велика,
можно расслабиться...

Даниэль ПАЙПС, New York Sun

После того, как 11 сентября 2001 г. были осуществлены известные всем террористические акты, я чувствовал себя в большей безопасности, чем раньше - в отличие от многих американцев. Наконец-то, думал я, руководство страны сконцентрировалось на решении вопросов, которые давно волнуют меня.
В конце 2001 года я писал: "Федеральное Бюро расследований (ФБР) проводит сейчас самую крупную операцию в его истории. Вооруженные охранники будут опять летать на американских самолетах, а иммиграционная служба стала вести усиленное наблюдение за иностранными студентами. Я чувствую себя в большей безопасности, зная, что исламистские организации разоблачены, незаконные каналы перевода денег перекрыты, а иммиграционные законы пересматриваются. Меня радует накопление американских войск у границ Ирака и Афганистана. Хорошо, что в обществе возникло состояние тревоги, что люди испытывают чувство солидарности, и меня ободряет, что у них появилась твердая решимость".
Но меня тревожило то обстоятельство, что всё это будет продолжаться недолго. "Правда ли, что американцы готовы пожертвовать своими свободами и (даже) жизнями, чтобы серьезно вести войну против воинственного ислама? Меня беспокоит, надолго ли в Соединенных Штатах сохранится состояние непреклонной решимости и целеустремленности".
Я был прав, беспокоясь об этом. Действительно, с конца 2001 года состояние тревоги, солидарности и решимости стало ослабевать, возвращаясь к тому умонастроению, которое наблюдалось примерно до 11 сентября. Некоторые события последнего времени повергли меня в уныние. Вот что наблюдается сейчас Америке:
- Патриотический акт США (US Patriot Act), поворотный пункт во взаимоотношениях между военными и правоохранительными органами в период после 11 сентября, был принят Сенатом в октябре 2001 г. 98-ю голосами против одного. На прошлой неделе аналогичный закон застрял в Сенате.
- Основные СМИ не принимают исламистские устремления всерьез, и считают войну с террором в основном законченной. Так, в комментариях Маурин Доуд в газете New York Times говорится, что администрация президента Буша старается "запугать людей разговорами о мечтах "Аль-Каеды" создать новый исламский Халифат".
- Гарвардский и Джорджтаунский университеты, каждый в отдельности, за 20 млн. Долларов США, предложенных одним саудовским принцем, согласились проводить исследования по вопросам, связанным с исламской религией. Этот принц - Альвалид бин-Талал, открыто поддерживает ваххабистское мировоззрение своего правительства.
- Суд присяжных в штате Флорида каким-то образом сумел не обращать внимания на множество свидетельств о ведущей роли Сами Аль-Ариана в палестинской террористической организации "Исламский джихад", и по окончании судебного разбирательства оправдал его.
- Одна из ведущих исламистских организаций - Совет по американо-исламским отношениям - гордится тем, что получила поддержку от банка Wells Fargo Bank, приглашение от Госсекретаря США Кондолизы Райс и письмо с поздравлениями от брата президента - Джеба Буша. Другая организация - Мусульманский совет по общественным делам - на конференции, проходившей на прошлой неделе, принимала важных гостей - представителей минюста и Госдепартамента.

А вот какие события происходили в области американской внешней политики:
- Создается впечатление, что администрация президента Буша, сосредоточив внимание на достижении основной цели - улучшить ситуацию в Ираке, позволяет иранскому режиму создавать атомное оружие. Оговаривается лишь одно условие - чтобы обогащение урана проводилось русскими. Однако это - неэффективная гарантия от последствий создания атомного оружия.
- Преследуя цель довести свою программу демократизации (мира) до логического конца, Вашингтон дает понять, что готов сотрудничать с исламистами в Ливане, Палестинской автономии, Египте и в других регионах, оказывая тем самым поддержку силам радикального ислама.

Приведем теперь сведения о некоторых неудачах на международном уровне:
- Элита приписывает возникновение французской интифады ошибкам, допущенным обществом - возникновению безработицы и дискриминации по отношению к некоторым слоям населения. Когда один из ведущих интеллектуалов - Ален Финкелькраут - посмел открыть дискуссию по вопросам, связанным с исламом, его начали беспощадно критиковать и угрожали передать дело в суд по обвинению в клевете; в результате он был вынужден отступить.
- Террористические акты, совершенные на английском транспорте в июле с.г., казалось бы, выдвинули на первый план опасности, связанные с доморощенным исламизмом. Однако через пять месяцев уроки, преподанные этими зверскими преступлениями, оказались почти забытыми. Так, например, правительство премьер-министра Тони Блэра назначило одного исламиста, которому был запрещен въезд в Америку - Тарика Рамадана - членом престижной специальной комиссии. Оно также отказалось от намерения даже временно закрыть экстремистские мечети.
- По мере того, как израильское население, ведомое капитулянтским правительством, кренится влево, оно забывает уроки, преподанные соглашениями в Осло, делает уступки и попустительствует своим врагам, и тем самым навлекает на себя новые акты насилия. (Вице-премьер Эхуд Ольмерт недавно заявил: "Мы устали от борьбы, мы устали быть бесстрашными, мы устали побеждать, мы устали от побед над нашими врагами").

Рудольф Джулиани обеспокоен тем, что "мы отступаем в борьбе с терроризмом", а Эндрю Маккарти пришел к выводу, что "душевный настрой 10-го сентября (кануна терракта) жив и находится в хорошем состоянии". Стивен Эмерсон сказал мне, что "политическая корректность, существовавшая до 11 сентября, вновь заявила о себе".
И меня беспокоит, что даже катастрофический террористический акт не вернет потерявший былую чувствительность Запад к состоянию тревоги, солидарности и решимости, характерному для периода, последовавшего после 11 сентября 2001 года. Похоже, что общество согласилось с точкой зрения Джона Керри на терроризм, как на досадную неприятность, подобную проституции или азартным играм. Поэтому можно ожидать того, что на возможные в дальнейшем акты насилия не будут обращать особого внимания. И даже если случаи массовых убийств и заставят народ проснуться, то последующий период бдительности и настороженности будет, по-видимому, таким же непродолжительным, как недавно закончившийся.
Если и был период кризиса, то он закончился. Жизнь хороша, опасности где-то далеко, безопасность кажется достаточно надежной … сон манит, хочется расслабиться.

Перевод с английского: Анатолий Курицкий

Вернуться на главную страницу


СМЕРТОНОСНАЯ ЛАВА

Мирон РЕЙДЕЛЬ родился на Волге, в Самаре, жил и работал в Москве. По первому образованию - актёр. Начинал в театральном училище при ГОСЕТе у С.М.Михоэлса, в годы войны был актёром фронтового театра на Ленинградском фронте. Второе образование - филологическое (МГУ). Около тридцати лет сотрудничал с редакциями Гостелерадио в Москве: спецкор, сценарист, режиссёр, ведущий собственных программ (естественно, до появления там С. Лапина). Член Союза журналистов со дня его основания. Последние (перед отъездом) годы возглавлял Комитет московских драматургов. В Америке - с февраля 1993. В Петербурге в сентябре этого года должен выйти сборник рассказов и повестей М.Рейделя. Живет в г.Тинек, Нью-Джерси.

"Дело не в том, что они не видят решения проблемы,
дело в том, что они не видят самой проблемы"
Гильберт Кийт Честертон

Недавно, словно машиной времени, я был перенесён назад лет на тысячу, оказавшись в стране классического ислама, ещё не поражённого ваххабитской проказой, у мусульман, которые свято чтили заветы своего великого пророка Мохаммеда, записанные им в Коране, и толковали их так, как толковал сам пророк, а не так, как сегодня ваххабиты толкуют Коран. Я путешествовал по Андалусии, которая до XIV века была сначала частью огромной мусульманской империи, потом - самостоятельным королевством Кордобский Халифат, позднее - королевством Гранада.
То было время, когда по Европе чадили человечиной костры "святой" инквизиции, а крестоносцы жгли святой Иерусалим. Единственным местом, где могли спастись христиане, обвинённые в "ереси", евреи и мусульмане, гонимые крестоносцами, была древняя Иберия. Там, в тогдашней Испании, мирно сосуществовали три основные религии - иудаизм, христианство и мусульманство. Ислам был толерантен, ибо так завещал пророк Мохаммед, так он записал в Коране: "…те, которые обратились в иудейство, и христиане… им их награда у Господа их, нет над ними страха, и не будут они печальны". (Сура 2, ст. 59) А поскольку Бог един для всех, вот и основной принцип толерантности классической мусульманской религии: "Нам - наши дела, а вам ваши дела, и мы перед Ним очищаем веру". (Сура 2, ст. 133) Когда в VIII веке арабы высадились в Иберии и двинулись вглубь страны, у них не было мечетей, а молиться мусульманин обязан несколько раз в день. И они молились в старых вестготских церквях - там же, где молились и христиане. Под понятием кафир - неверный - тогда подразумевались язычники, варвары, но только не иудеи и христиане, потому что они были "единобожники". Пророк Мохаммед считал иудеев и христиан "людьми книги" и завещал мусульманам не просто уважать, почитать их. Особым почётом пользовались иудеи. Ведь в Коране записано об израильтянах, что Аллах "превознёс вас над мирами". (Сура 7, ст. 136)
Не зря же время мусульманской Испании считается золотым временем не только в её истории, но и в истории еврейской культуры. Именно тогда в Испании жили и творили великие еврейские философы, учёные, поэты. Например, Рабейну Моше бен Маймон, известный мировой культуре под именами Рамбам и Маймонид, или великий еврейский поэт Иегуда Галеви, автор поэмы "Кузари". Это он очень образно определил суть божественной избранности евреев: быть невидимыми корнями огромного древа Человечества. Питать его знаниями. Кстати, и Маймонид, и Галеви, да и другие философы писали на арабском языке и были одинаково почитаемы и евреями, и христианами, и мусульманами. В древней столице Испании Толедо есть площадь Маймонида с памятником ему. Ценность человека определялась тогда не вероисповеданием, а умом, талантом. Поэтому мусульманские правители не боялись назначать на высшие государственные должности христиан и евреев.
В свидетели приглашаю отца американской литературы, первого, ставшего известным Европе, американского писателя Вашингтона Ирвинга. В качестве атташе посольства Америки он прибыл в Мадрид в 1829 году, всего через три года после того, как в Испании погас последний костёр инквизиции. Вскоре вместе с русским другом, атташе русского посольства в Мадриде, он отправился в Андалусию. И как испанец Христофор Колумб открыл для Европы Америку, так американец Вашингтон Ирвинг в XIX веке открыл для американцев, да и для европейцев, Испанию.
Итак, свидетельствует Вашингтон Ирвинг:
"Отрезанные от своей родины, они (арабы) любили землю, данную им, по их убеждению, Аллахом, и стремились украсить её всем, что только может сделать человека счастливым. Положив в основу своей власти систему мудрых и справедливых законов, неустанно культивируя науки и искусства, способствуя развитию агрокультуры, мануфактуры и торговли, они постепенно создали империю, несравнимую ни с одной империей христианского мира, и окружили себя тем очарованием и тонкостью вкуса, которые отмечают арабские империи Востока во времена их наибольшего величия. Они распространили свет восточного знания на покрытую мраком Западную Европу. Города арабской Испании превратились в любимые места христианских ремесленников, где они могли усовершенствовать то или иное полезное ремесло. Бедные студенты из других земель стремились в университеты Севильи, Толедо, Кордобы и Гранады, чтобы познакомиться с науками арабов и сокровищами знаний древних". (В. Ирвинг "Сказки Альгамбры". "Мигель Санчес". Гранада, Испания, стр. 55.)
Как и Вашингтону Ирвингу, мне довелось испытать непередаваемое удивление от созерцания в Гранаде фантастического сооружения. Впрочем, это не сооружение - это явление. Дворец-крепость-сад-парк АЛЬГАМБРА. Резиденция арабских эмиров, в которой могла разместиться сорокатысячная армия. Потом там была резиденция католических королей. Описать это творение человеческой фантазии в газетной статье невозможно. В.Ирвинг посвятил ему книгу в 300 страниц.
Расскажу о некоторых деталях. Есть там дворик гарема. Называют его ещё "Львиный дворик". В центре - фонтан. Его чаша лежит на спинах двенадцати львов, стоящих по кругу. Как вы думаете, что они обозначают, что символизируют? Двенадцать колен Израиля. А на сводах и колоннах, стенах залов, комнат и фасада в арабский орнамент вплетены шестиконечные звёзды Давида и католические кресты. Ни сами мавританские короли, ни мусульманские знать и духовенство, ни простые мусульмане не видели в этом ничего противоречащего Корану и вообще мусульманской религии. Они и представить себе не могли, что в середине XVIII века фанатики ваххабизма всех мусульман, не принявших их идеологию, объявят неверными. И будут не просто убивать, а вырезать семьями, деревнями…
А теперь перенесёмся в день нынешний. Ни машина времени, ни даже воображение нам не понадобятся. У нас информации, противоречивых фактов, событий - навалом. Во всём этом не могут разобраться ни политики, ни мусульманское духовенство, ни историки или политологи, не говоря уже о рядовых мусульманах. Предлагаю поразмышлять над некоторыми фактами или хотя бы задуматься над ними.
Сегодня, спустя двести пятьдесят лет после начала ваххабитского наступления на мировую цивилизацию, в том числе и на мусульманскую (а с неё ваххабиты начали, уничтожив дом пророка Мохаммеда, могилы святых), и спустя шестьдесят лет после окончания Второй мировой войны газетные аншлаги, передачи последних известий по радио и телевидению очень напоминают старшему поколению сводки с фронтов Второй мировой войны. Но ведь и на самом деле, признаём мы это или нет, в наступившем двадцать первом веке снова идёт Первая Мировая война. У каждого столетия - своя война. В прошлом, двадцатом веке, их было две. В наступившем двадцать первом - это ПЕРВАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА. Её главное отличие от всех предыдущих - новый вид оружия массового поражения, против которого бессильны чудеса современной военной техники, - в частности, суперсовременные компьютеры, противоракетные установки, любые системы ПВО, даже космические. Это оружие - ШАХИД. Террорист-самоубийца. Оружие с мозгами и сердцем, руками и ногами, глазами и даже душой. Увы, да! Чтобы осознанно идти на смерть во имя Аллаха, нужно быть духовно оснащённым существом. Правда, эта духовность - со знаком минус, ибо несёт смерть, разрушение, а не созидание, творчество.
Разработал такое оружие, усовершенствовал и "внедрил в производство" выкормыш ваххабитской идеологии и ваххабитских нефтедолларов, которые щедро сыпали в его бездонные карманы Саудовская Аравия, а также главный потребитель (и покупатель) её нефти - США и почти откровенный враг Израиля Западная Европа. Этот выкормыш - недавно умерший от СПИДа Верховный террорист современности, вождь и учитель всех нынешних террористов Мохаммед Абдер Рауф Арафат аль-Кудва аль-Хусейни, известный под именем Ясир Арафат, да будет проклято это имя в веках (а вместе с ним - и имена тех политических деятелей, которые извлекли его из небытия и создали террористическую Арафатландию). Многие лидеры Западной Европы, да и Восточной тоже, бывая в Израиле, непременно заворачивают на могилу этого чудовища - поклониться ему. Почему? Кто-нибудь способен ответить на этот вопрос?
Израиль предложил считать шахидов оружием массового уничтожения, запретить его, осудить и наказать его создателей. Исламизированная ООН, при поддержке лидеров Европейского союза не только отказалась принять это разумное и своевременное предложение, но осудило его, сочтя расистским.
Современные СМИ, политические и государственные деятели, говоря о международном терроризме, называют его теперь просто исламским или мусульманским. Но ведь это неверно. Это не просто ошибочно, это преступно ошибочно. Потому, что делается умышленно, чтоб, упаси Бог, обидеть главных спонсоров терроризма, и главных поставщиков нефти - Саудовскую Арабию, Кувейт, другие страны, где ваххабизм объявлен государственной религией. Но разве религия может быть государственной, даже если она и не отделена от государства. Религия принадлежит Богу, и через него - людям, верящим в Бога. Государственной может быть политическая доктрина, политическая идеология. И уже пора усвоить нашим борцам с международным терроризмом, что ваххабизм - никакая не религия, а человеконенавистническая, сродни нацизму, политическая идеология, сверхзадача которой, конечная цель - власть над миром, его глобальная исламизация. И уже давно пора создать Международный трибунал, чтоб осудить ваххабизм, признать его преступным, а ваххабитских бандитов - международными преступниками, подлежащими уничтожению. Ведь на нашей памяти есть эффективный пример - Нюрнбергский трибунал, который осудил не только нацистских главарей, но и самоё явление - гитлеровскую национал социалистическую идеологию. Государствам даны международные законы, применяя которые, они могут успешно бороться с нацизмом и фашизмом. И эти законы повсюду работают. Наглядный пример - сегодняшняя Германия.
В России кто-то робко попытался было запретить ваххабизм, даже внёс такое предложение в Государственную думу. Но его почему-то даже не стали обсуждать. А ведь в России ваххабизм поразил значительную часть Северного Кавказа и Закавказье. В Азербайджане, например, только в течение июля были выявлены две мощные ваххабитские группировки, связанные с "Аль-Каедой". При них было оружие, большие запасы взрывчатого материала, уже подготовленные взрывные устройства.
Как уже говорил, для вожаков ваххабитских бандитов все, кто не принял их идеи, - неверные, в том числе и мусульмане, не признавшие ваххабизма. Мусульмане Ирака, Турции, Ирана, Египта, Ливана и многих других исламских стран для них не просто неверные, - смертельные враги. Поэтому они их убивают ещё больше, чем христиан и евреев. И, наоборот, для мусульманского духовенства этих стран саудовские, кувейтские и прочие ваххабиты - тоже неверные, их не признают мусульманами. Усама бин-Ладен был непримиримым врагом Саддама Хусейна, остаётся врагом Турции, Египта, Сирии и других исламских государств. Не случайно же, когда в Афганистане над ним нависла опасность быть пойманным, его не приютило ни одно мусульманское государство, кроме афганских талибов, вступивших на тропу ваххабизма.
К сожалению, вот эта внутрирелигиозная обстановка в исламе, внутрирелигиозные распри не учитываются современными политическими лидерами Европы и Америки в их дипломатических игрищах. Иначе, как объяснить, что спонсоры и откровенные покровители ваххабитского терроризма занесены в число верных друзей Америки и Европейского союза, а непримиримые враги ваххабитов слывут врагами Америки и Европы.
Как ни пытался я найти в этой абсурдной ситуации хоть частицу логики - увы, не нашёл. Может быть вы, дорогой читатель подскажете? Правда, есть одно предположение - нефтедоллары. Но не берусь рассуждать на эту тему и что-то объяснить. Как уже говорил, я художник - прозаик, скульптор - воспринимаю события эмоционально, говорю о том, что меня волнует. К тому же, не располагаю необходимой информацией и знаниями. Я не профессиональный политолог, не модный политтехнолог, не экономический аналитик. Вот пусть они постараются объяснить нам. Но они почему-то молчат.
Итак, ваххабизм сегодня, спустя 250 лет после его возникновения.
Прошу прощения за довольно большую цитату, она из передачи арабского телевизионного канала "Аль-Джазира", прошедшей в эфир 11 июля этого года:
"Важнейшие исторические здания в Мекке и Медине могут быть уничтожены из-за возведения новых гостиниц для паломников. Религиозные лидеры солидарны со строителями. С точки зрения господствующего в Саудовской Аравии ваххабизма, культовое отношение к религиозным достопримечательностям - серьёзный грех. Поэтому их нужно уничтожить. По оценкам эксперта по исламской архитектуре Сами Ангави, за последние пятьдесят лет было уничтожено не менее 300 объектов, имеющих историческое значение не только для мусульман, но и для мировой культуры. В частности, была разрушена Дар аль-Акрам - первая школа, в которой учился сам пророк Мохаммед".
Как вы знаете, "любимый" вид казни у ваххабитских головорезов (в буквальном смысле) - отрезать ножом голову. Они отрезают головы даже захваченным в плен женщинам. Такому виду казни подвергаются не только христиане или евреи, но и мусульмане, которых бандиты не считают мусульманами. Свежий пример. Исламский Египет не поддержал войну Америки против Саддама Хусейна, не вводил войска в исламский Ирак. Однако второго июля ваххабиты похитили и через несколько дней обезглавили посла Египта мусульманина Ихаб аш-Шерифа. Обычно, когда ваххабиты кого-то похищают, они выдвигают главное условие освобождения - вывод войск из Ирака. Но в данном случае никакие требования не выдвигались. Просто похитили и "просто" отрезали голову. Были совершены также покушения на послов мусульманских стран - Пакистана и Бахрейна. А сколько обезглавлено иракских полицейских, офицеров! Все они были мусульманами - шиитами или суннитами.
В 2003 году в ваххабитской Саудовской Аравии были обезглавлены 52 человека, в 2004 - 35 человек, а за полгода 2005 - 24 человека. Причём, эти казни королевская семья превращает в шоу. Экзекуция совершается публично, при большом скоплении сгоняемого на представление народа. И голову отрубают не "цивилизованно" - на плахе или с помощью гильотины, а саблей. Есть у ваххабитов такие мастера, которые одним ударом сносят голову с плеч. Между прочим, лет пятнадцать назад именно так была обезглавлена принцесса из клана Саудов только за то, что осмелилась полюбить "неверного" - британского студента.
Публичная порка, ампутация руки - весьма распространённые виды наказания, налагаемые шариатским судом. А другого суда, тоже мусульманского, но опирающегося ещё на обычное право, на законы Адата, данные самим Пророком - в этом ваххабитском королевстве нет.
В марте нынешнего года в столице Саудовской Аравии Эр-Рияде индиец-христианин Брайан О'Конор был жестоко избит религиозной полицией (есть там такая), а потом арестован только за то, что имел при себе Библию, а дома - ещё и другую христианскую литературу.
Практически Саудовская Аравия закрыта для туристов, исключая сотни тысяч ежегодных паломников, на которых королевство прилично зарабатывает. Единственные иностранцы, допускаемые в страну, - это сотрудники дипломатических миссий и рабочие нефтяных промыслов. Не дай Бог появиться на улице христианину или христианке с нательным крестом на шее, выглядывающим из декольте или расстегнутого ворота рубахи! Тут же последует арест, а то и с предварительной поркой. Даже сотрудникам дипломатических миссий не разрешено открыто встречать светский Новый год или отмечать христианские праздники. Это делается почти тайком в помещении посольства одной из европейских стран за плотно закрытыми воротами и зашторенными окнами.
Вот в таком государстве родился, возрос, напитался его соками, получил образование и проникся его ваххабитской идеологией Усама ибн Махаммед ибн Авад ибн Ладен. Да, тот самый Усама бин-Ладен (правильнее - ибн Ладен). Крёстный отец ваххабитского терроризма, который сегодня наводит страх на весь мир. Правда, у него самого были крёстные родители. При содействии спецслужб Саудовской Аравии король назначил его своим представителем в Афганистане во время войны с Советским Союзом. Именно через него шёл поток нефтедолларов афганским талибам, определённый процент с которого он откладывал себе и весьма на этом обогатился. Воевал, вёл в бой моджахедов против советских войск. Был ранен, потерял глаз.
Обратили внимание на молодого авантюриста (а было ему тогда всего двадцать два года) и спецслужбы США, которым он очень помогал. Он проходил у них под "кликухами" Моджахед, Абу-Абдала, Хадж, Директор. Но потом почему-то поссорился с американцами, да настолько, что король Саудовской Аравии лишил его гражданства и выдворил в Судан. Именно там у него возникла идея реализовать главную стратегическую задачу ваххабизма, которую ещё 250 лет назад в своей книге "В защиту единобожия" сформулировал Маххамад ибн Абдель аль-Ваххаб - создание "Объединённого Исламского государства". По разработанному им плану сначала в состав этого государства должны войти около пятидесяти стран Азии, Европы и Африки: Албания, Босния, Армения, Грузия, Азербайджан, Северный Кавказ, Израиль. Турция, государства Центральной Европы. Затем границы нового государства расширяются за счёт США, Канады, Южной Америки, Австралии, Гренландии. К концу 2100 года вся планета Земля - единое мусульманское государство со столицей в Саудовской Аравии. Впечатляет? По-моему, да.
Для любого здравомыслящего человека этот план кажется бредом сумасшедшего. Но Усама бин-Ладен - не псих, не параноик и не шизофреник. Он весьма успешный предприниматель, бизнесмен, который через подставных лиц владеет несколькими солидными фирмами, разбросанными по миру, в том числе в Европе и Америке. Они приносят ему немалые доходы, которые он вкладывает в свой смертоносный бизнес. Очевидно, он талантливый организатор и одарённый агитатор, пропагандист своих идей. И главный его пропагандистский приём - ЛОЖЬ. Ложь в толковании Корана, ложь в объяснении исторических фактов, даже всем известных, ложь в объяснении современных событий, социальных, экономических и политических процессов.
Ваххабитские лидеры, клевреты Усамы бин-Ладена возвели ложь в степень абсолютной веры. И при этом наставники убийц ссылаются на Коран. И рядовые ваххабиты, идущие на смерть якобы во имя Бога, верят в эту ложь, как в правду. Обманутые, нравственно изуродованные, они идут на убийство и на собственную смерть во имя лжи.
Шейх Абдулла Паллацци - профессор антропологии, преподаёт в университете, ведёт курс ближневосточных исследований. Возглавляет Ассоциацию мусульман Италии. Вот свидетельство безусловного знатока Корана:
"Коран сплошь и рядом цитируют неправильно. В политических целях, естественно. Коран, между прочим, запрещает преследовать евреев, а исламское государство обязано их защищать… Коран утверждает, что до конца дней евреи возвратятся на свою землю".
Со слов того же шейха я узнал, что в широком пользовании (среди рядовых мусульман) Коран распространяется с купюрами… Для начала бин-Ладен собрал из разных мусульманских стран несколько сотен ветеранов недавней афганской войны. Они образовали ядро террористической организации "Аль-Каеда". Сегодня к ней примкнули десятки тысяч фанатиков уничтожения современной цивилизации, и называются они "Армия ислама". В ней не только полуграмотные невежественные бандиты, которые умеют лишь уничтожать, убивать, но и, казалось бы, образованные люди, даже студенты. Недавние теракты в Лондоне совершили четыре британских студента-мусульманина из отнюдь не мусульманских религиозных учебных заведений.
Врагом номер один и тактической целью первых атак Усама бин-Ладен объявил Соединённые Штаты Америки. Обращаясь к ваххабитской молодёжи, он сказал:
"С Божьей помощью мы призываем каждого правоверного мусульманина, который хочет получить Божественное вознаграждение, внять Его приказу и убивать американцев и брать их деньги, где это возможно, и когда это возможно".
Опять нестыковочка с Кораном получается. Большинство американцев - ревностные христиане, и священная книга мусульман призывает оберегать их. Выходит, Усама бин-Ладен попирает заветы Корана. Значит, аятоллы Ирана, Садам Хусейн и прочие правоверные мусульмане правы, когда отрицают за ваххабитами и их вожаком бин-Ладеном право считаться мусульманами.
В 1998 Усама приступил к образованию ассоциации "Всемирный исламский фронт борьбы против иудеев и крестоносцев", а в выпущенной в связи с этим фетве (религиозном постановлении) говорилось, что "убийство любого американца - гражданского или военного - является долгом каждого правоверного мусульманина".
Отправляя своих подручных на очередное кровавое дело, Усама давал им основную установку, которую теперь повторяют ваххабитские убийцы всех мастей:
"Мы не делаем различия между теми, кто одет в военную форму, и теми, кто носит гражданскую одежду. Все они для нас - ходячие мишени…"
Вот так. Мы с вами, оказывается, всего лишь мишени. А ведь это и есть суть всякой войны, когда человек - с автоматом ли, штатский - мишень. Для снайпера ли, для "катюш", для водородной бомбы, для шахида - мишень. А мишень для того и придумывают, чтобы в неё стреляли.
В 2004 году ваххабитами осуществлена 651 террористическая атака. Погибло около двух тысяч ни в чём не повинных людей. В том числе дети. Около семи тысяч получили тяжёлые ранения. Сколько из них остались на всю жизнь калеками, - об этом статистика ООН умалчивает.
Но вот что любопытно. "Живые бомбы" почему-то не подрывают правительственные учреждения, не убивают президентов государств, президентов крупных компаний, банков и вообще богатых людей, не покушаются на политических лидеров Евросоюза. Они подрывают поезда и автобусы, магазины и рестораны, взрываются на площадях, автобусных остановках. При этом гибнут рядовые граждане, простые люди, не имеющие к политике никакого отношения. Ни президент Америки Джордж Буш, ни премьер Великобритании Тони Блэр, ни президент России Владимир Путин, ни другие президенты, премьеры и спикеры парламентов не паникуют на сей счёт. Они спокойны. Паникуем мы с вами. Мы боимся выходить на улицу, боимся ездить в поездах и автобусах, летать на самолётах, боимся отправляться в туристические поездки. Нас запугивают, население Земли запугивают. И это, безусловно, тактический приём ваххабитов - посеять страх, панику.
На сайте ваххабитской террористической группировки "Бригады Абу Хафиза аль-Масри", тесно связанной с "Аль-Каедой", появилось такое заявление адептов бин-Ладена:
"Сегодня мы объявляем начало кровавой войны и, по воле Аллаха, земля содрогнётся под ногами каждого итальянца. Мы призываем наши ячейки наносить удары по всем целям Италии, наносить удары часто и сильно, пока правительство не выведет войска из Ирака".
Вы же понимаете, они опять врут! Ирак - абсолютно формальный повод. Усама бин-Ладен с его "Аль-Каедой" был злейшим врагом даже Саддама Хусейна. 11 сентября 2001 года не было ни Ирака, ни Афганистана. Просто, войдя в Ирак, Америка подкинула "Аль-Каеде" удобный повод. Ваххабитам же совершенно безразличен иракский народ, представителей которого они убивают десятками, а то и сотнями в день. Сегодня они взрывают мечеть шиитов или убивают их духовного лидера, и валят всё на суннитов, завтра - наоборот. А послезавтра - кровавое выяснение отношений непосредственно между суннитами и шиитами. Стравливая две враждующих мусульманских ветви - шиитов и суннитов - они провоцируют их на взаимное уничтожение. Ведь для них и шииты, и сунниты - неверные, убивать которых якобы велел сам Аллах. Вскоре после трагических событий в Лондоне, руководитель "Британского Центра исторических исследований "Аль-Макрези" и, по совместительству, один из лидеров британских ваххабитов Хани аль-Сибаи, в интервью телеканалу "Аль-Джазира", повторяя мысль своего наставника Усамы бин-Ладена, разъяснил отношение ваххабитских убийц к нам с вами: "Ислам не проводит различия между гражданскими лицами и военными. Люди либо принадлежат к "Дар аль-Харб", либо нет… Если этот теракт - дело "Аль-Каеды", то это её большая победа. Теракт ткнул в грязь лицом восемь самых могущественных стран мира".
Этот "учёный" имел в виду саммит большой "восьмёрки", который проходил в те дни в Шотландии. И, обратите внимание, это речь не обмотанного взрывчаткой полуграмотного юнца, идущего на смерть во имя Аллаха, это слова "учёного", который воспитывает таких юнцов, вкладывает в их полупустые головы ваххабитскую ересь, но сам на смерть никогда не пойдёт, потому что не верит в сказки о прелестных гуриях в раю. Он предпочитает пользоваться их услугами на земле, в соответствующем квартале Лондона.
Что же такое - "Дар Аль-Харб"? Ваххабиты делят весь мир на две территории: "Дар аль-Ислам" и "Дар аль-Харб". "Дар аль-Ислам" - дословно "обитель ислама", территория, на которой живут ваххабиты, называющие себя мусульманами. "Дар аль-Харб" - "обитель войны", территория, на которой живут все неверные. На этой территории, вместе с язычниками, теперь оказались евреи с христианами и мусульмане, которых ваххабиты не считают таковыми. Путём военного и духовного джихада "Дар аль-Харб" должен быть превращён в "Дар аль-Ислам". В этом конечная цель и сверхзадача террористов - сделать всех нас ваххабитами. Вот истинная причина ваххабитского терроризма, Ирак же - только преподнесённый им повод.
Почему-то именно Великобритания приютила многих лидеров ваххабизма и непосредственных главарей ваххабитских банд. У себя на родине некоторые из них давно уже были бы казнены. Но ханжеская забота о правах человека спасла их от справедливого возмездия, сделав их подданными Британской короны. Вот они и отблагодарили сердобольных "благодетелей"
Другой подданный её королевского Величества, лидер радикальной британской ваххабитской организации "Аль-Мухаджирун" шейх Омар Бакри Мухаммад ещё 18 апреля прошлого года в интервью португальскому журналу "Publico" заявил: "Все исламские террористы - мои братья. Наш терроризм - это закон XXI века. Мы не делаем различия между гражданскими и не гражданскими, виновными и невиновными. Только - между мусульманами и неверными. А жизнь неверного ничего не стоит. Она не священна… Я мечтаю вывесить зелёное знамя ислама над резиденцией британского премьер-министра на Даунинг Стрит, 10. Уверен, что когда-нибудь это случится, потому что это - моя страна. Мне нравится здесь жить".
Надежды этого шейха небеспочвенны. Пятая часть населения только Лондона - мусульмане. Идеи ваххабизма, их террористические атаки находят поддержку у молодых британцев мусульманского происхождения. Многие из них, если не большинство, - непременные члены одной из ячеек "Аль-Каеды в Европе", которая опутала все европейские страны (совсем недавний пример - Франция). Уже сегодня исламская молодёжь выходит на площади Лондона с требованиями исламизировать Британию по ваххабитскому образцу. Взрывы в Лондоне осуществили четверо молодых британцев, четверо законных граждан Англии.
Прогнозы - удручающие. Исламизация Европы, особенно Франции и Англии - переходит в необратимый процесс. Аналитики предсказывают, что к 2050 году это вполне может произойти. Интересно, ее Величество Королева Великобритании наденет паранджу или удовлетворится хиджабом?

Мирон РЕЙДЕЛЬ, "Литературный Европеец"

Вернуться на главную страницу


Размышления о революции во Франции

Даниэль ПАЙПС, New York Sun

На снимке: Н.Саркози (слева) и Д.Виллепэн
на заседании Национального собрания
Фото: "Фигаро"

 

Беспорядки, начавшиеся во Франции 27 октября 2005 г. под звуки криков "Аллах акбар!" (Аллах велик!), были вызваны мусульманскими подростками и могут стать поворотным пунктом в европейской истории.
Эти беспорядки, которые начались в Клиши-су-Буа, на окраинах Парижа, в течение 11 дней стали возникать и в других французских городах, а также в Бельгии и Германии. Подобные акты насилия, которые стали называть самыми различными именами - интифада, джихад, партизанская война, бунт, восстание и гражданская война - наводят на серьезные размышления.
Конец эры, время культурной и политической наивности, когда французы могли позволить себе ошибаться, не предвидя или не "прощупывая" и не выясняя, что к чему, подходит к концу. Как и в других европейских странах (в особенности, в Дании и Испании), "пачка" связанных между собой проблем, относящихся к присутствию мусульман, передвинулась на первые места политического календаря во Франции - туда, где эта пачка проблем скорее всего и останется на десятилетия.
К упомянутым проблемам относятся такие, как утрата былой значимости христианской веры и связанный с этим крах в области демографии; система социального обеспечения "от колыбели до могилы", которая привлекает иммигрантов, но в долговременной перспективе истощает экономическую "жизнестойкость" государств; отдаление от исторических традиций и проведение экспериментов с изменением образа жизни и с пустопорожним мультикультурализмом - попытками осуществить "мирное сосуществование" различных культур; неспособность охранять границы или ассимилировать иммигрантов; возникновение криминальных структур, из-за чего в европейских городах совершается значительно больше актов насилия, чем в американских городах, и, наконец, подъем приверженности к исламу (как религии) и к радикальному исламу.
Теперешний бунт во Франции - это никоим образом не первый случай мятежей и волнений в Европе, организованных с частичным участием мусульман - несколько ранее им предшествовали мятежи в Бирмингеме (Англия) и в Архусе (Дания). В самой Франции история насильственных действий, организованных мусульманами, ведет начало с 1979 года. Современные волнения отличаются от предыдущих своей длительностью, размахом, предварительно разработанным планом и характерными своей жестокостью действиями по отношению к полиции, местному населению и к собственности этого населения.
Французская пресса деликатно называет происходящие волнения "городскими актами насилия" и выдает мятежников за жертв системы, в которой они живут. Основные СМИ отрицают, что все это связано с исламом, и игнорируют факт распространения исламистской идеологии и влияния этой идеологии на ситуацию в стране; эта идеология отличается злобной антифранцузской направленностью, открыто выражаемым стремлением господствовать над страной и заменить французскую цивилизацию исламской.
Мусульмане - уроженцы северо-западной Европы, в прошедшем году применяли три различных типа джихада. Первый - грубый, "топорный" вариант джихада, был применен в Великобритании; в результате были убиты случайные пассажиры автобусов, двигавшихся по Лондону. Второй - "целевой" вариант, был применен в Голландии; там выбирались отдельные политические лидеры и деятели культуры, которым угрожали расправой, причем в ряде случаев они подверглись нападениям. Теперь, во Франции, был применен вариант более "диффузного" нападения, когда с одной стороны, атаки были менее смертоносными, но, с другой - менее политически оправданными. Пока неясно, какой из этих методов окажется наиболее эффективным с точки зрения тех, кто его применяет, но "британский вариант" оказался явно контрпродуктивным, так что в дальнейшем, скорее всего, будут использоваться голландская и французская модели стратегии.
Два ведущих французских политика и возможные кандидаты в президенты Франции - Николя Саркози и Доменик Виллепэн - реагировали на возникшие волнения по-разному. Первый из них призвал действовать жестко и энергично (объявить "нулевую терпимость" ["tolerance zero"] к преступлениям, совершаемым в городах, а второй счёл нужным принять более мягкие меры (обещая разработать "план действий" по улучшению условий жизни в городах и предместьях).
Беспорядки начались через восемь дней после того, как Саркози провозгласил новую политику "безжалостной войны" с городскими волнениями, а два дня спустя он же назвал бунтующую молодежь "накипью". Многие бунтовщики считают, что они - участники ожесточенной борьбы с государством, и поэтому придают большое значение атакам на символы этого государства. В типичной статье, посвященной волнениям, цитируются слова некоего Мохаммеда, 20-ти лет, сына марокканского иммигранта, который заявил: "Саркози объявил состояние войны … и он ее получит". Представители восставших потребовали, чтобы французская полиция оставила "оккупированные территории" (выделено переводчиком); в ответ на это господин Саркози сказал, что часть вины за беспорядки несут "фундаменталисты".
У французов имеются три возможности реагирования на беспорядки и волнения. Они могут считать себя виновными и начать умиротворять участников этих беспорядков и волнений, предоставляя им различные прерогативы и преимущества. Они могут также разработать так называемый "план больших инвестиций" в пригороды городов, требования о котором выдвигают некоторые группы (например, группа SOS-Racism). Они могут с облегчением вздохнуть, когда волнения закончатся и, как они это делали после предыдущих кризисов, вернуться к обычным делам. Наконец, они могут рассматривать случившееся в качестве "первого залпа" возможной революции и предпринять нелегкие меры с тем, чтобы устранить характерные для предыдущих десятилетий игнорирование и терпимость к трудному положению городов и их окраин.
Я ожидаю, что будут предприняты меры, соответствующие "смеси" первых двух возможностей, и что, несмотря на рост популярности господина Саркози, преобладать будет подход его соперника господина Виллепэна - умиротворение участников беспорядков.
Для того, чтобы Франция проснулась, вышла из сонного состояния, нужно, чтобы случилось нечто более ужасное, чем сейчас. И все же нельзя уйти от такого прогноза на будущее: "сладкий сон всемирной культурной совместимости" сменится, по мнению Теодора Далримпла, "кошмаром перманентного конфликта".

Перевод Анатолия Курицкого

Вернуться на главную страницу



Студенты МГУ прослушали лекцию
о мировом заговоре. Много смеялись

На социологическом факультете МГУ состоялась лекция по выработке национальной идеи.
За несколько дней до лекции студентам раздали книгу "Идея выживания, или Почему зачищают землю русскую". В ней, между прочим, говорилось о кавказских диаспорах, оккупировавших наши города, и, например, древней иудейской секте, стремящейся к мировому господству.
Лекция проходила уже после окончания учебного времени. Студенты собирались медленно.
- 4-й курс, поднимите руки. Сколько вас, трое? Вот трое и сдадут сессию, - строго шутила куратор курса. Постепенно набралось около полусотни человек.
Сначала выступал декан. Он говорил об "угрозах России". Он противопоставил процесс глобализации и попытку создания однополярного мира. Первое явление - закономерное, со вторым нужно бороться. Россия - это суверенная, самодостаточная цивилизация. Главная цель либерального проекта - уничтожение России. Социологи как раз и должны поспособствовать выработке национальной идеи в стране.
К микрофону подошел один из авторов книги, член фонда "Единство нации" Вячеслав Белокур.
- Мне нечего добавить, - сказал он. - Мне хотелось бы задать несколько вопросов.
- Есть ли социологи не по призванию? - спросил докладчик. - Кто-нибудь чувствует, что пришел в университет зря?
Я спиной почувствовал присутствие в зале куратора. С трибуны смотрел декан. Студенты молчали. Этот результат, однако, удовлетворил выступавшего.
- Моя профессия - разведчик, - признался лектор. - Я работал за рубежом. Теперь нахожусь в тупике. Мне нужно, чтобы вы помогли мне ответить на некоторые вопросы. Как нам определить национальные интересы? Сегодня, как никогда, необходимо общее примирение и национальное единство.
- А почему вы решили, что России кто-то угрожает? - спросила одна студентка. Она не училась на соцфаке, а проникла нелегально.
Белокур сослался на мнение ООН: уровень потребностей следующего поколения не должен уступать предыдущему (это называется "устойчивое развитие"). А у нас он неуклонно снижается. Этого же нельзя не признать! Страна рушится. Если кто-то думает, что сможет отсидеться, - он не прав.
Перешли к вопросам по книге. Ее еще раз раздали перед лекцией.
- На странице восемь сказано про кавказские диаспоры, окопавшиеся в наших городах, - отметили в зале. - Как это связано с идеей всеобщего примирения, нет ли здесь противоречия?
- Не надо бояться слова "русские", - объяснил лектор и попытался разделить нацию и национальность. Нация шире, чем национальность. Поэтому получается, что возможен "русский азербайджанец" или "русский еврей". Национальность не важна. Главное - сплотиться перед угрозами, стоящими перед Россией.
- Скажите... Я чувствую себя в России своим, но я еврей, - поднял руку молодой человек.
- Кто ближе русскому человеку: русский же олигарх или еврей - сосед по лестнице? - говорил лектор. "Конечно, сосед", - отвечал он на свой вопрос.
- Но у вас в книге написано про вирус, захвативший еврейскую секту три тысячи лет назад. Почему его никто не видел за это время?
Студенты смеялись. Куратор курса делал страшное лицо.
- Я провела контент-анализ вашей книги, - поднялась девушка, сидевшая за мной. Она давно тянула руку, но ее не замечали. - В вашей книге сто семьдесят раз использованы слова "угробить" и "развалить". Кроме как пропагандой, это никак не назовешь. А пропаганда в высших учебных заведениях, - продолжала она железным тоном, - согласно двадцать девятой статье Конституции и статье Уголовного кодекса, запрещена!
- Скажите, кто вы по национальности? - пытался узнать докладчик у девушки. Она была смуглая, но говорила без акцента.
- Какая разница! - закричали почти все студенты вокруг.
- Мои предки - армяне, которые защищали Советский Союз. А не только русские, как написано в вашей книге!
В конце выступавший говорил про миротворящий русский национализм, еще раз - о примирении и объединении, а потом выступил декан, напомнивший про опасность со стороны Америки. Студенты уже не слушали.
- Кто-то согласится с этой книгой, кто-то нет. Но главное, что вы задумаетесь над этими проблемами, - завершил свое выступление декан.
В этом никаких сомнений не оставалось.

Илья ВАСЮНИН, "Новая газета"

Черная параллель
Редакционный комментарий
газеты "Ведомости"

Опасаясь всплеска революционной активности левых, побаиваясь либералов и не слишком доверяя неорганизованным патриотам, власти начали создавать свои патриотические дружины. В идеологии этих новых санкционированных патриотов причудливо переплетались требования вернуться к патриархальной допетровской Руси, освободить страну из-под власти чужаков, придать господствующее положение православной церкви, а поверх всего прочего - сохранить действующую власть.
Это было сто лет назад. Припомнить историю заставило празднование 4 Ноября в Москве. Так же как и в 1905 г., на столичные улицы вышли толпы националистов. Как и век тому назад, они требовали удалить из правящего класса чужеродных бюрократов и освободить Россию из-под ига инородцев. Официальной реакции властей почти не последовало. Лишь глава Мосгордумы Владимир Платонов пообещал "разобраться" с руководителями акции.

Вглядитесь в эти патриотические "лица"...

Сто лет назад правительство и двор тоже не обращали внимания на проповедь руководителей Русской монархической партии и Союза русского народа - Владимира Грингмута, Александра Дубровина, Николая Маркова и Владимира Пуришкевича. Националисты называли себя "черной сотней" по аналогии с "черными слободами" и купеческими сотнями, которые в XVI-ХVII вв. несли на себе все налоговые тяготы - в отличие от "белых", пользовавшихся покровительством высшего боярства. В начале ХХ в. русский народ, говорили националисты, тоже был черной сотней, а инородцы умышленно тормозили инициативу русского предпринимательского сословия и полностью оградили царя от народа. Значок члена союза представлял собой крест, возвышающийся над св. Георгием, поражающим змея.
Власть поддерживала деятельность черной сотни и административным ресурсом, и финансово. Националистам тайно выделялись оружие и деньги, а их листовки печатались в правительственных типографиях. Во время многочисленных столкновений "истинно русских" людей со студентами и демонстрациями оппозиции и даже во время еврейских погромов полиция и армия нередко бездействовали или "опаздывали" на несколько часов.
В ответ на возмущение либералов градоначальник Одессы Нейгарт, при котором случился чудовищный погром 1905 г., заявил: "Вы же сами просили свободы шествий и собраний".
После настойчивых требований общественности Нейгарта предали суду, а суд не нашел признаков преступления в его действиях. Вскоре его назначили нижегородским губернатором. Не понесли серьезного наказания участники покушения на экс-премьера Сергея Витте и лидера кадетов Павла Милюкова. Из 1860 "истинных патриотов", преданных суду за преступления, совершенные в 1905-1906 гг., более 1700 были помилованы сенатом или царем. В 1907 г. правительство способствовало созданию фракции националистов в Думе во главе с Пуришкевичем и Марковым.
Защитники монархии не раз публично дискредитировали двор и правительство. Например, Владимир Пуришкевич бросил с думской трибуны стакан в Павла Милюкова, а Николай Марков обзывал депутата Осипа Пергамента "жидюгой" и обещал "оторвать ему голову". Правые радикалы чем дальше, тем больше требовали у правительства новых и новых денежных ассигнований, шантажируя их тем, что в противном случае большинство в Думе получит оппозиция. В частности, накануне парламентских выборов 1912 г. Николай Марков требовал у премьера и министра финансов Коковцова около миллиона рублей на избирательную кампанию. Получив отказ, Марков обвинил премьера в казнокрадстве. Наконец, после неудач русской армии в Первой мировой войне, видя, что власть слабеет, многие крайние националисты, в том числе и Пуришкевич, присоединились к либеральной оппозиции и требовали расследовать деятельность высших сановников и членов царской семьи. Разрабатывались даже планы свержения царя. А один из правых монархистов, Василий Шульгин, принял в феврале 1917 г. акт отречения Николая II.
Это к вопросу о том, насколько разумно и дальновидно выкармливать националистов.

07.11.2005, №208 (1489)

Вернуться на главную страницу


Cексуальный туризм
арабских "блюстителей нравов"

Даниэль ПАЙПС, FrontPageMagazine.com

В последнее время в индийских СМИ появились материалы, в которых описывается постыдное поведение арабов из стран Персидского залива в городе Хайдарабад, на востоке Индии. Примерами могут служить статьи "Ненадежные женихи" (автор - Р.Акхилешвари, газета Deccan Herald) и "Одна несовершеннолетняя девушка, много арабов" (автор - Мохаммед Ваджихуддин, газета Times of India).

Все они - старые хищники, которые обрели новые силы. Обычно это бородатые, в ниспадающей свободными складками одежде мужчины с дорогими тюрбанами на голове. Все большее количество богатых, среднего возраста арабов гордо шествуют по неухоженным улицам Хайдарабада, подобно средневековым монархам, обходящим свои гаремы в те дни, которые мы ошибочно считаем ушедшими в историю. Эти поддерживаемые виагрой арабы совершают страшное преступление, прикрываясь исламскими законами о женитьбе - "никаа" (nikaah).
Ваджихуддин приводит детали создавшейся проблемы.
Злоупотребляя арабскими законами, которые позволяют мусульманам иметь одновременно четырех жен, многие пожилые арабы не только женятся в Хайдарабаде на несовершеннолетних, но и оформляют браки с несколькими девушками за один "сеанс". При этом "арабы предпочитают девушек-подростков, невинных невест", говорит Джамеела Нишат, дающая молодым женщинам консультации и советы по вопросам, связанным с этой болезненной проблемой.
Арабы обычно "женятся" на молодых девушках на короткий период, иногда только на одну ночь. В действительности, пишет Ваджихуддин, формальности, относящиеся к женитьбе и разводу, часто улаживаются в одно и то же время, ускоряя тем самым весь этот процесс. Акхилешвари отмечает, что "ковыляющие старые арабы могут удовлетворить свое вожделение с местными девочками за незначительную сумму в 5000 рупий". Между прочим, по существующему курсу пять тысяч рупий эквивалентны немногим более 100 долларам США.
Недавно по индийскому телевидению прошел "смотр" восьми будущих невест, в большинстве своем - несовершеннолетних, во время которого они предлагались будущим поклонникам. "Все это напоминало бордель. Девочки шествовали перед арабом, который приподнимал чадру, прощупывал волосы, осматривал фигуру и разговаривал с той или иной "невестой" через переводчика", вспоминает один из ассистентов Джамеелы Нишат.
Ваджихуддин также приводит весьма специфическую историю. Первого августа сорокапятилетний Аль Рахман Исмаил Мирза Абдул Джаббар, шейх из Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ), обратился к посреднику по этим вопросам - семидесятилетнему Зайнабу Би, в обнесенном стеной городе недалеко от исторического Шар Минар. Посредник "доставил" двух девушек - Фархиин Султану и Хину Султану, возрастом 13-15 лет, за вознаграждение в сумме двадцать тысяч рупий (примерно 450 долл. США). Затем они пригласили qazi (исламского судью, на английском обычно пишут qadi) Мохаммеда Абдула Вахида Куреши - для того, чтобы провести по всем правилам церемонию бракосочетания. Судья использовал одно из положений исламских законов и обвенчал девушек с арабом. После свадебной ночи с этими девушками араб на рассвете покинул город.
Вот так обстоят дела с подобными "женитьбами".
Санита Кришман, руководительница организации по борьбе с торговлей людьми (Prajwala), выражает достаточно знакомое всем мнение о том, что в Индии дети-девочки не представляют особой ценности. "Если девочку продали или ее жизнь по той или иной причине разрушена, это не рассматривается в качестве национальной трагедии. Это не является проблемой ни для общины, ни для общества". А вот что говорит о фальсифицированных женитьбах Маулана Хамеедуддин Агиль, руководительница Миллат-е-Исламии (местной организации, по-видимому, не связанной с Пакистанской террористической группой, пользующейся дурной славой): "Они совершают грех. Это не nikaah, это - проституция под другим именем".
Но такие высказывания - исключение; исламские власти в Индии почти ничего не говорят об этой пародии на законы Шариата.
Мусульманские политики в Хайдарабаде, по-видимому, в еще меньшей степени обеспокоены решением создавшейся проблемы. "Этот вопрос не стоит в повестке дня каких-либо политиков", - говорит Мазхар Хуссейн, директор социальной благотворительной организации - Конфедерации добровольных ассоциаций. Маджлис-Иттихадул Мусламин (MIM). Главная партия мусульман Хайдарабада не проявляет никакой заинтересованности в этом вопросе: "Нельзя отрицать того, что благосостояние многих семей изменилось к лучшему благодаря таким женитьбам", - бодро говорит Султан Салахуддин Овайзи, президент MIM.

Комментарии:
1. По иронии судьбы, все девушки, которых предлагают таким образом, - мусульманки; ни индусок, ни других на эту "роль" не приглашают.
2. Поведение арабов в Индии в определенной степени такое же, как японцев и западников в Таиланде. Различие состоит лишь в том, что в Индии оформляют браки, девушки должны быть невинными, а местные власти, по-видимому, рады поставлять своих несовершеннолетних девушек для участия в сексуальном туризме.
3. Участники арабского сексуального туризма приезжают не только в Индию, но и в другие бедные страны.
4. Подобная торговля людьми - лишь часть проблемы, характерной для Саудовской Аравии и стран Персидского залива; для ознакомления с другим аспектом этой проблемы см. статью "Саудовцы импортируют рабов в Америку".
5. Внебрачное сожительство, принудительный труд, оформленная договором неволя, рабство - всеми этими серьезными проблемами никто в странах Персидского залива даже и не собирается заниматься, тем более решать их. Дело дошло до того, что один известный саудовский богослов заявил: "Рабство - это составная часть ислама", и тот, кто говорит, что его (рабство) следует упразднить, "является неверным". До тех пор, пока такие взгляды открыто высказываются и не осуждаются, совращение малолетних, без сомнения, будет продолжаться.
6. Лицемерие, характерное для этой деятельности, возможно, является его самым отвратительным аспектом. Откровенно признанное занятие проституцией лучше, чем религиозно разрешенные фальшивые женитьбы, потому что первое считается пороком, в то время как второе выступает в обличье добродетели.
7. Ваджихуддин сравнивает арабских мужчин со "средневековыми монархами", и такая аналогия весьма удачна. Все эти сделки, в которые вовлекаются несовершеннолетние мусульманки, и которые производятся под покровительством Ислама, еще раз указывают на преобладание допотопных обычаев в мусульманском мире и на неотложную необходимость модернизировать исламскую религию.
____________________

Один читатель указал на наличие парадоксальной ситуации: мужчины из ОАЭ в поисках сексуальных приключений едут в Индию, в то время как Дубай - самый большой город Эмиратов - печально известен развернувшейся там "торговлей сексом". По этому вопросу рекомендую прочитать статью Пеймана Педжмана "ОАЭ: Мусульманская федерация государств - центр международной проституции".

Перевод с английского Анатолия Курицкого

Вернуться на главную страницу


Серый мир -
победа спецслужб?

Андрей СОЛДАТОВ, Москва

Спустя четыре года после 11 сентября, дивный новый мир, в котором мы оказались после терактов, окончательно оформился.
Сразу после 11 сентября человечество было поставлено перед лицом нового глобального страха - страха перед неприметным человеком с маленьким чемоданом, в котором будет химическая или ядерная бомба- при том, что совершенно неизвестно, сколько таких чемоданов появится в один прекрасный день в Европе, США, Австралии, России и так далее.

Считалось, что человечество столкнулось с новым видом врага, который невидим, неидентифицируем, воюет без линии фронта, без ясной цели, с ним нельзя вступить в переговоры, и никаких правил ведения войны он не признает.
Соответственно, старые методы и средства ведения войны - все эти танки и самолеты, Пентагоны и прочее, придуманные для войны ХХ века - сразу устарели и казались никому не нужными.
Спустя четыре года картинка кардинально поменялась. Западная цивилизация приспособилась под своего врага, но и враг приспособился под западную цивилизацию.
Теперь противник полностью идентифицирован - известно, кто это, известна (примерно, конечно) мощь этого врага - то есть сколько и где террористических акций он может проводить за год. Появилась даже линия фронта - есть театры ведения военных действий, совсем как во времена колониальных войн ХХ века в Афганистане или Вьетнаме. Оказались востребованы даже танки.
Кроме того, кучка фанатиков, из которой была сформирована группа смертников для осуществления терактов 11 сентября (напомню, что смертники даже взяли себе вторые имена - имена первых последователей Мухаммеда, что характерно скорее для сектантов, чем для террористов), превратилась за это время в мощное движение с региональными подразделениями, имена лидеров которых также известны.
У врага, то есть у "Аль-Каеды", есть даже каналы передачи своей точки зрения всему миру - интернет-сайты, телевидение. Через них враг предлагает перемирия, выдвигает ультиматумы, то есть пользуется теми же методами психологической войны, что и западная цивилизация.
Фактически враг оказался не столь уж необычен, как это казалось четыре года назад. И в результате со временем его образ (случайно так получилось или намеренно) все больше стал напоминать образ главного врага Запада в ХХ веке - то есть красную угрозу.
Точно так же, как в 50-60 годы Запад боялся, что красные угробят западную цивилизацию, снеся ее как варвары, теперь все боятся нашествия варваров под флагом "Аль-Каеды". И точно так же ради борьбы со сторонниками этого врага, живущими на Западе, ужесточаются методы спецслужб.
На прошлой неделе директор британской контрразведки MI-5 призвала отказаться от части гражданских прав британцев ради победы над террором. А ведь у MI-5 - большой опыт в этой области. При Маргарет Тэтчер эта служба следила за очень большим числом активных граждан - от борцов за мир до экологов, подозревая их в связях с коммунистами.
Уже тогда такие знающие люди, как писатель Ле Карре, говорили, что эти методы мало отличаются от методов КГБ. Но тогда этому сравнению мешала только идеология.
А после 11 сентября повсюду в цивилизованном мире победила одна идеология - идеология спецслужб.
Проблема только в том, что эти организации органически не терпят ничего нового и яркого, им бы все посерее.
И как в 70-е годы из-за подозрительности этих организаций были скомпрометированы протестные движения молодежи, точно так же сейчас из-за терактов оказалось уничтожено, например, движение антиглобалистов - по сути, единственное после периода "холодной войны" яркое движение протеста.
Бутусов в 80-е пел, что мир станет цвета хаки. Прогноз не оправдался: после 11 сентября мир становится просто серым.

Агентура.ру

Вернуться на главную страницу


 

Президент Пакистана -
о евреях

Даниэль ПАЙПС, New York Sun

Когда в конце 1997 г. произошло падение курса валюты Малайзии, премьер-министр этой страны Махатир Мохамад заявил о наличии у него "точной, не вызывающей сомнения информации" о том, что виноваты в этом евреи. "Мы не хотим сказать, что это - заговор евреев, но в действительности начало этому падению валюты положил еврей, и - можете назвать это совпадением - [финансист Джордж] Сорос - еврей". Махатир Мохамад далее сказал, что таким же образом, каким "евреи ограбили бы палестинцев … так они поступают с нашей страной".

Антисемитизм Махатира настолько типичен для выступлений в мусульманском мире в наше время, что я провел "тревожную параллель" между ними и антисемитизмом в нацистской Германии 1930-х гг.
На этом фоне становится ясным историческое значение речи президента Пакистана Первеза Мушаррафа, произнесенной им 17 сентября этого года перед членами Американского Еврейского конгресса. По совпадению с упомянутым выше заявлением Махатира, он также отметил роль Джорджа Сороса, но в совершенно ином контексте - он назвал его символом еврейской финансовой доблести.
Президент Мушарраф с похвалой отозвался о еврейских группах в Соединенных Штатах, отметив, что они были "в первых рядах оппозиции против этнических чисток мусульман в Боснии", и добавил: "мне стало известно, что самый большой вклад в нормализацию положения в Боснии внес еврейско-американский бизнесмен и филантроп Джордж Сорос".
В большинстве сообщений печати о речи Мушаррафа основное внимание уделялось вопросу о возможности установления Пакистаном дипломатических отношений с Израилем (например, Агентство новостей Reuters сообщало: "Пакистанский лидер призывает американских евреев оказать помощь в установлении мира"). Но потенциально важно - не только то, что Мушарраф произнес речь, обращенную к еврейской организации - но и то, что в этой речи содержались уважительные, корректные и дельные суждения о свойствах евреев.
Он начал свою речь с важного высказывания о том, что евреи и мусульмане "имеют и много схожих свойств, и некоторые расхождения (few divergences) в своих верованиях и культуре". Затем он отметил три специфических свойства: вера в единственность Бога, схожие способы приветствий и схожие выражения, имеющиеся в Талмуде и Коране. Что же касается Моисея, указал он, то это - пророк, о котором часто упоминается в Коране.
Президент Мушарраф отметил, что "многие события в жизни и истории наших народов переплетаются". Затем он более подробно остановился на вопросе о "богатой и очень длительной" истории взаимодействия двух обществ. Он упомянул о "блестящих примерах" Кордовы, Багдада, Стамбула и Бухары, золотом периоде существования мусульманской Испании и о совместных переживаниях во время испанской инквизиции (joint experience of the Spanish Inquisition). Обобщая, он корректно отметил, что евреи и мусульмане "не только сообща жили и пользовались благами преуспевания, но и сообща страдали".
На фоне этих высказываний президент Мушарраф назвал период времени после 1945 г. "аберрацией", заблуждением. Как я также отмечал, 1945-й год был переломным годом, характерным тем, что евреи перестали покидать христианский мир и направляться в страны мусульманского мира; они стали перемещаться в противоположном направлении. Другими словами, в прошедшие шесть десятилетий резко изменилась структура перемещений, существовавшая 13 веков. М-р Мушарраф не стал приписывать кому-либо вину за этот "водоворот", и ограничился высказыванием о том, что подобные проблемы возникли во время "самого кровавого века человеческой истории".
Он одобрительно отозвался о роли американских евреев в деле защиты боснийских мусульман и сказал, что они достойны похвалы за готовность оказывать "юридическую и иную поддержку" мусульманам в Соединенных Штатах. "Я хочу выразить признательность за эти действия и высоко ценю их", сказал он. П.Мушарраф также польстил евреям, назвав их "возможно, самой выдающейся и влиятельной общиной в Америке". Говоря о будущем, он подчеркнул важность проявления сочувствия в процессе исправления мусульманско-еврейских отношений к лучшему.
Чтобы оценить значение этой речи, нужно понять, как ее воспринимают мусульмане, "услышать ее ушами мусульман". Например, о Холокосте он сказал, что это - "самая большая трагедия" еврейского народа; может быть, это не звучит слишком необычно, но для большого числа мусульман, (в том числе для палестинского лидера Махмуда Аббаса), отрицающих факт Холокоста, это заявление является важным.
Речь президента Мушаррафа может оказать существенное влияние на отношение мусульман к евреям только в том случае, если это будет частью более широкого движения. В отведенный на задание вопросов период я спросил президента, предпримет ли он какие-либо шаги для того, чтобы его видение и понимание "еврейского вопроса" получило распространение. Он признал, что еще не продумал, что делать дальше, но здесь, в окружении большого числа людей и перед целым "букетом" телекамер, он пообещал предпринять именно такие шаги.
Описанное выше обращение президента Мушаррафа к евреям - это часть его более широкого проекта создать "Движение умеренности" в исламе. Хотя до сих пор по этому вопросу ведется больше разговоров, чем действий, даже такой разговор - важное достижение. К сожалению, только Мушарраф и другой мусульманский лидер - король Иордании Абдалла Второй - высказываются за создание умеренной версии ислама, но хорошо, что, по крайней мере, эти руководители имеют подобные намерения.
Усилия, предпринимаемые президентом Мушаррафом, заслуживают понимания и поощрения.

Перевод с английского Анатолия Курицкого
Оригинал статьи на английском языке: Musharraf's Historic Speech

Вернуться на главную страницу


По ночам здесь раздаются то дикие пьяные вопли, звуковое сопровождение ритмичной драки. Иногда слышен скрежет сдвигаемых со склепов плит, глухие удары проваливающихся под землю мраморных памятников прошлых веков....
Стивен Кинг мог бы найти здесь источник вдохновения, а режиссер, снимающий фильмы по его рассказам - отличную съемочную площадку, без затрат на изготовление декораций. Рязанские власти даже могли бы гордиться таким экзотическим уголком города. Могли бы, если бы не одно "но" - это кладбище, на котором похоронены многие достойные люди, и то, что сейчас на нем творится, иначе, как БОЛЬШИМ ПОЗОРОМ не назовешь. Если мы не можем чтить память умерших, не стоит надеяться, что после того, как нас не станет, кто-то будет помнить о нас.

В начале XIX века здесь и кладбища-то не было, так, глухая окраина, поросшая бурьяном. Затем тут появился церковный приход, само собой - всех его опочивших на век священнослужителей стали хоронить здесь же.
Затем здесь нашли свое последнее пристанище солдаты, погибшие на фронтах Первой мировой. Потом на небольшом кладбище стали хоронить родственников священнослужителей. Правда, говорят, что этот приход был неким подобием церковного штрафбата - сюда отправляли не поладивших с местным церковным генералитетом священников.
Со временем город разрастался, и кладбище оказалось почти в самом центре. Сосланные за черту города священнослужители уже после смерти вернулись в Рязань. Во время Второй мировой на Лазаревском стали хоронить погибших военнослужащих, во многом этому способствовал и расположенный неподалеку военный госпиталь. Пиком массовых захоронений можно считать послевоенные годы - тогда доставалось всем рязанским кладбищам. Война, как огромная печь, в которой сгорали жизни, продолжала даже после своего окончания, в тяжелые голодные послевоенные годы, "поставлять" умерших.
Пройдя по кладбищу, можно увидеть большое количество захоронений военнослужащих, умерших уже после 45-го года - от ран и болезней.

МАРОДЕРОПОЛИГОН

Вплоть до 50-х годов Лазаревское кладбище можно было назвать "показательным". Затем ситуация изменилась. Несмотря на то, что оно находится в самом городе, по нему пронесся мародерский смерч.
Практически все старинные склепы были вскрыты и разграблены. Нелюди не гнушались ничем - разламывали истлевшие гробовые доски, вытряхивали из остатков одежды прах, снимали с костей браслеты, кольца и часы, выламывали из челюстей золотые зубы.
Кладбище стало похоже на поле брани - разрытое, расковырянное, кругом валялись обломки склепов и человеческие кости.
В конце 60-х наступило забвение. Много лет на эту оскверненную землю никто не заходил. Никто, кроме многочисленной армии бомжей. Они селились в склепах, прорывали подземные ходы между ними, благо особого труда это не составляло, сами себе предоставляя "многокомнатные землянки с перспективой расширения". Под Лазаревским кладбищем создавался целый бомж-сити. С одного конца территории можно было пройти на другой, причем, не выходя из-под земли, а местные жители, старающиеся не совать нос на кладбищенскую территорию, даже представления не имели о масштабах ведущихся разработок рязанских катакомб. Если бы Карибский кризис не разрешился бы в разумную сторону, то после ядерной зимы, помимо тараканов выжили бы еще и бомжи Лазаревского кладбища.

ЛИХОЕ ПОСТСОВЕТЬЕ

К 90-м годам зарастающее бурьяном заброшенное кладбище превратилось в токовище рязанских неформалов.
Первопроходцами были тяжелые рокеры, называющие себя "сатанистами". Пьяные гортанные песни-оралки-хрипелки из репертуара "Напалм Дэз" и "Кэннибал корпс", раздающиеся по ночам с середины кладбища, заставляли жителей, возвращающихся с работы мимо кладбища, выписывать крюк по обходным дорогам. Металлисты, в буквальном смысле, крепко здесь окопались, захватив один из склепов и превратив его в некий "Дэз-клуб" со всеми атрибутами - свечами, гитарами, плакатами и кабалистическими звездами на стене. Эта тусовка даже самопровозгласила себя неким сообществом "Железный орден".
Году в 93-м к ним хотели присоединиться рязанские панки, прогнанные милицией с кремлевского вала. Но лицензию на тусовку "орденарцы" им не выдали, устроив даже боевые действия прямо на кладбище. Тогда обиженные панки удалились в другой конец кладбища и назвали себя "Золотой орден", который аборигены сразу же перекрестили в "Плюшевый".
Лазаревское кладбище превратилось в некий городской филиал озера Черненького. Периодические рейды милиционеров Железнодорожного РОВД успеха не имели, лишь на пару дней прерывая насыщенную программу оттяга.
Но к концу 90-х неформалы пропали, полностью предоставив оперативный простор начинающим подыскивать новые места жительства бомжам.

ЛАЗАРЕВСКАЯ КАМБОДЖА

На территории кладбища воцарилось относительное благополучие. Смотритель пас на кладбище коз, нанимал за калым бомжей косить траву и приводить кладбище в порядок. Но несколько лет назад маленькая деревянная часовенка, расположенная в самом сердце кладбища, была сожжена какими-то сволочами. Смотритель, который жил в ней, остался на улице. Потом он умер. Однако силами священнослужителей на месте сгоревшей часовни построили небольшой, но красивый храм.
В прошлом году, во время бури, на могилы, повредив ограды, упало несколько деревьев. Тогда кто-то из городских чиновников провел операцию по вырубке. Этим летом нескрываемая больше тенью деревьев трава вымахала в два человеческих роста. Кладбище превратилось в джунгли. Приезжающие с разных концов страны люди не могут найти могилы родственников. А большая часть кладбища вообще стала непроходима.
Единственные, кто ведет неравную борьбу с бурной растительностью - бабульки из храма и родственники усопших. Ходить по кладбищу опасно - обвалившиеся склепы заросли травой, а, провалившись в них, вряд ли удастся выбраться самостоятельно.

ИСТОРИЯ ПОД НОГАМИ

Недавно исполнилось 155 лет со дня рождения нашего великого земляка, первого русского лауреата Нобелевской премии (1904), человека, чье имя навсегда прославило рязанскую землю наравне с Есениным и Циолковским - академика Павлова. Дом-музей Ивана Петровича, расположенный на улице, названной в его честь, уже давно проводит праздничные мероприятия. Однако мало кто знает, что вся семья великого русского ученого-физиолога - отец-священнослужитель, мать и сестры - похоронены на Лазаревском кладбище.
В прошлом году американская научная делегация, находящаяся в Москве, прибыла в Рязань и навела порядок на могиле семьи академика. Они вырвали сорняки, привели в порядок участок и возложили цветы.
По всему городу недавно разместили огромные транспаранты, посвященные юбилею нашего земляка с надписью "Весь я русский", а в это время на зарастающем кладбище в центре Рязани все больше разрушается обелиск из черного мрамора, на котором еще по дореволюционному написана фамилия его отца: "Павловъ".
Несколько лет назад была сравнена с землей часть кладбища. Надписи на снесенных памятниках были сделаны на иврите. А оставшиеся еврейские захоронения были изуродованы - памятники и фотокерамика разбиты и исписаны свастикой.
По рассказу смотрительницы храма, приезжающие издалека люди, чьи родственники имели неосторожность родиться евреями, не найдя родных могил, просто подолгу сидят на разровненной площадке. Неужели расизм царит и на рязанском кладбище? Или это просто очередной акт вандализма? Такой же, как и изувеченный мемориал лауреата сталинской премии, ставший излюбленным местом проведения молодежных пьянок.

Дмитрий ФЛОРИН, "Новая газета"

На снимке:Останки тайных захоронений НКВД на Лазаревском кладбище (Фото: Рязанский "Мемориал")

Вернуться на главную страницу


Киев, Москва, Санур - далее нигде

Крис МАКГРИЛ,
The Jerusalem Post - Guardian

Последний раз Юлия Сегаль была вынуждена бросить свой дом при Гитлере. Ее родители-евреи имели особые причины опасаться наступления нацистов, поэтому ее семья в 1941 году спешно уехала с Украины. С тех пор Юлия жила в Москве, где стала известным скульптором.
Сейчас некоторые ее работы можно увидеть в галерее, которая находится в ее последнем доме, - в поселении Санур в Северной Самарии
В скульптурах 67-летней Сегаль выражен протест против насилия со стороны палестинцев, против политики израильских лидеров и демонтажа поселений. Эти скульптуры восхищают еврейских активистов, которые превратили Санур в центр демонстраций протеста против планов Шарона эвакуировать этим летом поселения из сектора Газы и Северной Самарии.
"В России было невозможно сказать правительству "нет", - говорит Сегаль. - Но здесь другая ситуация. Это - не Россия, и солдаты, которые приходят сюда для эвакуации поселений, - отнюдь не нацистские молодчики. Поэтому, может быть, с помощью всех тех, кто обещает поддержать нас, мы сможем заставить правительство изменить свои планы".

Юлия Сегаль с одной из своих недавних работ

Санур - одно из четырех предназначенных к эвакуации поселений в Северной Самарии. Израильские власти ожидают демонстрации с участием тысяч противников размежевания в Сануре и соседнем поселении Хомеш. В эти два поселения уже прибыли десятки протестующих из других городов Израиля. После того как в домах жителей Санура не осталось места для размещения вновь прибывших, они стали разбивать палатки.
Одна из протестующих - 41-летняя Эрит Франкель. Она приехала сюда вместе с мужем и семью детьми. "Мы хотели продемонстрировать свою солидарность с жителями поселения Санур. Вначале мы планировали пробыть здесь всего три дня. Но сейчас видим, что есть надежда изменить ситуацию, поэтому мы решили оставаться здесь до тех пор, пока не будет отменен вывод поселений", - говорит она.
В Санур также приехало много противников размежевания из других стран, в том числе и из США. На них надеты футболки ярко-оранжевого цвета - цвета солидарности с поселенцами. На футболках написано "Ни пяди земли" и "Пусть мой народ остается здесь".
Одна из израильских газет даже назвала Санур современным аналогом крепости Масада, защитники которой убили свои семьи и затем покончили с собой, лишь бы не оказаться в плену у римлян, которые осаждали крепость. Это событие положило конец древнему государству Израиль.
Сейчас в Сануре официально проживает около 50 семей поселенцев. Но еще три года назад это поселение было по сути заброшенным, так как Сегаль и многие ее соседи вынуждены были покинуть Санур из-за атак палестинцев. Из-за этих атак было также прервано автобусное сообщение с отдаленными поселениями.
До вспышки насилия Санур был одним из любимых мест для эмигрантов из России, которые основали здесь колонию художников, открыли выставочную галерею. В галерее преобладают произведения г-жи Сегаль, в центре - самая большая скульптура. Это огромные очки, и если посмотреть на их линзы под одним углом, то можно увидеть идиллическую картину природы Самарии. Если же посмотреть в другом ракурсе, то можно увидеть боевиков ХАМАСа на параде, убитых евреев, а вверху - смеющихся Ясира Арафата и Ицхака Рабина. На стене висит портрет Арафата, который, словно младенец, сосет грудь Усамы бин-Ладена.
"Украинцы, казахи и русские не выгоняли меня из дома, но мои еврейские братья хотят это сделать. Здесь никогда не жили арабы. Вначале здесь размещались турецкие солдаты. Потом хозяевами были британцы, затем - иорданцы. Почему это место не должно быть нашим?" - спрашивает Юлия Сегаль.
Некоторые израильтяне раздражены тем, что наиболее непримиримо настроенные поселенцы стали прикреплять к своей одежде оранжевую "звезду Давида", тем самым напоминая о знаках, носить которые на одежде нацисты заставляли узников гетто. Так поселенцы ассоциируют себя с жертвами погромов.
"Оранжевая звезда - символ того ужаса, который несут спланированные этнические чистки евреев в Газе и Северной Самарии, - говорится в листовке поселенцев. - Лозунг тех, кто пережил Холокост: "Пусть это никогда не повторится!". Но сейчас та трагедия, которая произошла в Европе, повторяется на нашей земле - на Земле Израиля".
Кампанию за возвращение евреям поселения Санур начал несколько лет назад Йоси Даган, 24-летний представитель ортодоксальной еврейской группы, который убедил три религиозные еврейские семьи последовать его примеру и поселиться в Сануре. Даган говорит, что он голосовал за Шарона, и не может понять, почему старый воин сейчас решил оставить поселения.
"Армия выиграла войну с терроризмом, а затем пришел премьер-министр и по причинам личного характера превратил эту войну в политическое поражение", - говорит Даган. Он надеется на то, что на демонстрацию в поселении Санур соберется 10 тысяч израильтян. При этом поселенцы понимают, что они не должны проявлять никаких актов насилия по отношению к израильским солдатам, так как в этом случае они утратят ту поддержку общества, которой пользуются.

* * *

На снимке вверху, над заголовком - картина-карта Юлии Сегаль, к которой есть такие незамысловатые строки:

Разглядевшие поймут,
чем от этой карты веет:
серое - позеленеет,
если белое сотрут.

Фото: М.Польский (www.jerusalem-korczak-home.com)

Вернуться на главную страницу


И все им кричат: "Дураки! Дураки!"

"И это им очень обидно" (Б.Окуджава). И не только им. Мне тоже. Если тебя все время называют дураком, то ты либо начинаешь верить, либо начинаешь обижаться, злиться, а затем и ненавидеть тех, кто это делает. Особенно обидно, если не только называют, но и ведут себя с тобой как с дураком - обещают что-то хорошее, обманывают, и уверены, что ты радуешься тому, что эти обещания выполнены наилучшим образом.
Правда, последнее время я стал замечать одно интересное обстоятельство. Те, кто так себя ведет, всегда принадлежат к категории видных деятелей и сторонников нынешней власти. Остальные меня дураком или не считают, или, по крайней мере, этого не демонстрируют. Хотя бы по телевизору.

Потому что если мне, зрителю, в понедельник показывают фильм (не художественный, а историко-публицистический) "Цеховики", где очень доходчиво и прямо говорится, что необразованные, недальновидные и жестокие деятели советской власти и КГБ (несколько раз - для наглядности - показали здание на Лубянке) не понимали важной позитивной роли частного бизнеса и наносили вред стране и народу, преследуя предпринимателей, сажая их в тюрьмы и даже расстреливая, то я это понимаю. И если во вторник той же недели долго объясняют, что с Ходорковским и Лебедевым все сделали правильно, по закону, по совести и на пользу опять же и стране, и народу, то я, может, снова бы понял, если бы это был не один и тот же канал. А так я вынужден либо предположить, что на госканале РТР - гласность и свобода слова, либо что меня там принимают за дурака. Предположить первое я почему-то не решаюсь.
Значит, второе. Но почему О. Добродеев начал считать меня дураком? Вроде были знакомы и даже одновременно работали в "Медиа-Мосте". Он тогда мне даже не намекал на то, что так низко меня ценит. Видимо, он считает, что если он теперь - важнейший винтик государственной машины, а я имею наглость что-то вякать против и (о ужас!) делать это публично, то...
Но вот министр финансов А. Кудрин заявляет, что бизнес в целях минимизации налогов не должен использовать "дыры и несовершенство законодательства". Он это говорит на конференции, проведенной РСПП. То есть попросту утверждает, что не депутаты и министры, в том числе и он, во главе с президентом, должны хорошо делать свою работу, а промышленники и предприниматели обязаны латать дыры и компенсировать несовершенство их деятельности. Я не знаю, что подумали те, кто слушал Кудрина вживую, а я, прочитав его тезис в газете, сначала опять не понял, почему он считает меня дураком, ведь он меня лично не знает. Потом сообразил, что он же министр, а значит, всех, кто не министр и даже не в ранге министра, как Добродеев, имеет право считать дураками.
Я настолько уже к этому привык, что в сомнительных случаях стал использовать этот признак как критерий. Вот, скажем, многие спорят: СПС и его новый лидер Н. Белых - это прокремлевская партия или либеральная оппозиция? Отвечаю: прочитайте интервью в "Коммерсанте". Там Белых говорит, что вопросы объединения СПС и "Яблока" будет курировать его заместитель Л. Гозман потому, что в этом деле он, Гозман, достиг больших успехов. Любой, кто хоть чуть-чуть в курсе, знает, что эти успехи вполне сопоставимы с успехами министра Зурабова в повышении уровня социальной защищенности льготников или Эйхмана - в развитии еврейской культуры.
Не то чтоб мне очень хотелось, чтобы СПС и "Яблоко" объединились, и против Гозмана я ничего не имею, а Белых просто не знаю, но мне уже ясно, что, говоря так, он считает меня дураком, а значит, он - ярый и явный сторонник действующей власти. А то, что он вице-губернатор и член команды губернатора, назначенного Путиным взамен предыдущего, ставшего министром и начавшего деятельность в этом качестве с попыток отозвать лицензии у "ЮКОСа", это ничего не значит. Такой человек, может, и способен быть скрытым оппозиционером, а тот, кто так явно считает меня дураком, - четкий претендент на должность "в ранге министра" в правительстве Путина.
Конечно, хуже всех обо мне думает ФСБ. Такого плохого к себе отношения я вообще не встречал. Они считают, что я не только дурак, но еще и не умею читать и нахожусь в полном маразме и потерял память. Во-первых, выносить транспаранты для пикета в поддержку Путина и Мещанского суда из здания на Лубянке средь бела дня и надеяться, что я поверю, что это и есть свободное волеизъявление народа, - признак того, что меня считают не просто дураком, а клиническим дебилом с перинатального периода. Во-вторых, написать на самом большом транспаранте "Вор должен сидеть в тюрьме!" означает выразить уверенность, что я не читал один из самых популярных романов советской эпохи - "Эра милосердия" братьев Вайнеров - и забыл содержание культового фильма С. Говорухина "Место встречи изменить нельзя", снятого по этому роману. Так вот - я читал, смотрел и помню, что эту фразу капитан Жеглов произносит тогда, когда оправдывает свои действия по фальсификации доказательств, что вызывает прямое осуждение главного героя старшего лейтенанта Шарапова и опосредованное - авторов. Я не собираюсь анализировать ни роман, ни фильм, но либо авторы плаката (ФСБ) намекают, что доказательства вины Ходорковского и Лебедева фальсифицированы и все, кто это сделал, совершили уголовное преступление, либо еще больше, чем РТР, Минфин и СПС, уверены, что я ну совсем дурак.
Конечно, то, что такое количество людей (и структур) из власти так плохо обо мне думают, очень неприятно и обидно. Еще хуже, что они ведут себя так, как позволить им может только дурак. Или трус, но я, правда, не знаю, что тут хуже и обиднее. Единственное, что утешает, это то, что ведь все это - не обо мне одном. Это они про всех нас так думают и не стесняются нам это сообщать. И то, что мы это терпим, - это факт нашей жизни и биографии каждого из нас.

Александр ОСОВЦОВ,
директор программ РОО "Открытая России", "Грани.РУ"

 

Вернуться на главную страницу


 
Слово редактора
mz
mz
У нас в Америке
mz
 
Недельная
глава Торы
 
mz
mz
mz
mz
mz
mz
На еврейской улице
mz
mz
Парк культуры
mz
Почти Серьезно
mz
Будьте здоровы
mz
mz
mz
mz
Архив
 
 
israelinfo.ru - Израиль на ладони
Dolfi
Ben Zion. Еврейский ответ на еврейский вопрос. Все о сынах Сиона в мире и пост-советском пространстве. Обсуждение актуальных проблем антисемитизма и шовинизма. Множество статей о еврейской культуре. Еврейские анекдоты. Еврейская музыка. Еврейская литература

Ami 24273 байт

redlights.gif
languages-study.gif
jew_p.gif
supreme.jpg
Jerusalem Chronicles

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Электронный адрес, по которому вы можете обращаться к нам :

shkolnik2002@yahoo.com

Главный редактор – Леонид Школьник   

 © Все права на материалы, находящиеся на сайте   http://www.newswe.com     охраняются  в соответствии  с международными законами, в том числе положением об авторском праве.  При любом использовании материалов сайта  ссылка на www.NewsWe.com обязательна.